В Небесной Области, на четвёртом этаже Ядра, взору открывалось величественное деревянное строение, примостившееся на вершине крутого утёса, если посмотреть вдоль горного хребта. На карнизах, напоминавших традиционный корейский ханок, красовалась массивная табличка с высеченной надписью «Зал Сондо». Это было место, где сотни искателей приключений тренировались в Дао в погоне за силой бессмертных.
Один из бессмертных Небесной Области, Чо Ян Ын, прогуливался среди учеников, заложив руки за спину и наставляя их.
— Закройте глаза и сосредоточьте разум. Избавьтесь от суетных мыслей. Сосуд должен быть пустым, чтобы наполниться во время медитации; думайте только о «Пути».
Ученики были искателями приключений с третьего этажа Ядра, которые с усердием проходили суровые тренировки, чтобы обрести силу бессмертных и облегчить свои походы. Вскоре утреннее занятие подошло к концу, и каждому из них раздали тарелки, наполненные зеленью.
В блюдах аккуратно лежали листья Гуджисин, снежный женьшень и зерновая трава. На вкус всё это было отвратительно, но регулярное употребление постепенно накапливало духовную энергию в теле.
— Ешьте с благодарностью к природе. Только тогда Путь откроется вам.
Чо Ян Ын тоже начал трапезу вместе с учениками.
Вид того, как он небрежно запихивает в рот горькую зелень, привёл учеников в трепет. Проникшись к учителю ещё большим уважением, они укрепились в своём решении постигать силу бессмертных с удвоенным усердием.
— Как и ожидалось от Учителя.
— Однажды я стану таким же, как он.
Ученики принялись за еду, не подозревая о том, что на самом деле думает Чо Ян Ын. Это на вкус как мусор.
*
— Куда это ты собрался? — спросил Чо Ян Ын.
— Я иду на встречу с Великим Мастером, — ответил Чо Ян Ын, поглаживая длинную, величественную седую бороду.
Попивая чай рядом с Чо Ян Ыном, тот даже не пытался скрыть скептицизм по поводу столь нелепых слов. Он никак не мог поверить в заявление о том, что Чо Ян Ын встретился с учителем Небесного Бессмертного.
Небесный Бессмертный был известен как основатель даосской магии. И всё же у этого основателя был учитель? Это абсурд.
Если бы такой человек действительно существовал, он бы давным-давно достиг Истинного Просветления.
— Хех, ты мне не веришь, — усмехнувшись, произнёс Чо Ян Ын.
— На моём месте ты бы поверил? — парировал тот.
— Нет, я поначалу тоже не верил.
До тех пор, пока он воочию не увидел Пять Ци, парящих над головой До Джуна.
В тот момент Чо Ян Ын заметил свиток, засунутый за отворот халата собеседника. Он спросил:
— Зачем ты берёшь с собой сад Туши?
— Это подарок для Великого Мастера. Не могу же я явиться с пустыми руками.
Сад Туши был артефактом, который при определённых обстоятельствах мог представлять опасность. В отличие от обычных картин, эта тушевая живопись использовала различные оттенки чернил без цвета для изображения образов. К тому же она позволяла людям входить внутрь по своему желанию.
Мир без понятия времени — если кто-то застрянет внутри, он сможет блуждать вечно.
— Кроме того, ты действительно больше никогда не придешь на наши собрания? — спросил Чо Ян Ын.
Среди десяти бессмертных Небесной Области Чо Ян Ын, его собеседник и Хео Сан-Я образовали группу, известную как Общество Небесной Пищи. Однако после того, как Чо Ян Ын внезапно объявил: «Я больше не буду это есть», он полностью перестал посещать их сборища.
— Всё равно это чистая случайность, — пробормотал Чо Ян Ын.
— Случайность? Что именно?
— Кхе. Ничего.
Когда Чо Ян Ын встал и зашагал прочь, Чо Ян Ын подумал: Великий Мастер, значит?..
— Эй! — окликнул он его.
— Хм?
— Где именно находится этот твой Великий Мастер?
— Он в Зале Халлим.
Это было додзё, которым управлял Чо Ян Ын.
— Еще вопросы есть? Если нет, то я пойду. — Небрежно махнув рукой, Чо Ян Ын направился к Залу Халлим.
Глядя на его удаляющуюся фигуру, Чо Ян Ын задумчиво хмыкнул. Он что, говорит правду?..
*
Когда-то До Джун передал Чо Ян Ыну отрывки из трудов Яо Пина по даосской магии. Естественно, мастерство Чо Ян Ына взлетело до небес, значительно превзойдя понимание остальных бессмертных.
Вуууш!
Техника, которую использовал Чо Ян Ын, называлась «Прохождение Пустоты». Это было даосское искусство, позволяющее парить в небесах. Хоть техника и была ещё не до конца отточенной, Чо Ян Ын использовал её, чтобы взлететь к средней части горы Дэхянсан, и в конце концов изящно приземлился.
В поле зрения показалось деревянное строение, размером похожее на додзё других бессмертных. Это был Зал Халлим, владения Чо Ян Ына. Однако, в отличие от оживлённых залов с учениками в других додзё, Зал Халлим пугал своей пустотой. Это было вполне ожидаемо, так как у Чо Ян Ына не было учеников.
— Вы здесь! — окликнул Чо Ян Ын мужчину, шагавшего туда-сюда по внутреннему двору Зала Халлим.
Вэй Чжунцы слегка кивнул, увидев улыбающегося Чо Ян Ына. Этот бессмертный когда-то спас его от смертельных ранений во время битвы против Гуан Лэ, и в знак благодарности Вэй Чжунцы пообещал отплатить за услугу.
Чо Ян Ын донимал его бесконечными просьбами об одном и том же: о самгёпсале.
Чтобы помочь Вэй Чжунцы исполнить его желание, До Джун установил походный гриль в переднем саду додзё Чо Ян Ына. Глаза Чо Ян Ына сияли от любопытства, пока До Джун и Вэй Чжунцы доставали из сундука Ивалы три килограмма самгёпсала, уголь и щипцы, готовясь к полноценному барбекю.
Вэй Чжунцы склонил голову набок.
— Разве бессмертному, находящемуся на тренировке, действительно можно есть свинину?
— Ой, брось! Что важнее: тренировки или самгёпсал?
У Вэй Чжунцы не нашлось ответа. Если подумать, даже в Центральных Равнинах некоторые даосские секты употребляли мясо. Например, секта Удан строго придерживалась вегетарианства, а вот секта Малхуа разрешала есть мясо.
До Джун протянул руку к углям, и с громким звуком вспыхнуло пламя. Вскоре огонь улёгся, превратившись в ровное свечение, а уголь затрещал при горении. Затем он водрузил над огнём решётку, по которой тут же разнеслось аппетитное шкворчание, когда три толстых ломтя свежего самгёпсала коснулись раскалённого металла. По мере приготовления подрумяненное мясо испускало манящий аромат.
Вэй Чжунцы помедлил, прежде чем потянуться за щипцами, которые держал До Джун.
— Небесный Демон, умоляю, позвольте мне.
— Всё в порядке. Это несложная работа.
— И всё же...
Между ними ощущалась явная иерархия.
Чо Ян Ын слышал от До Джуна о том, что тот когда-то был лидером Небесной Секты Демонов в Центральных Равнинах. Что ещё важнее, сам Небесный Бессмертный был учеником этой самой секты. Его звали Яо Пин, в секте его знали как Бессмертного Демона, и он некогда служил Мастером Отряда Небесной Тайны. А До Джун... был Небесным Демоном, несравненным лидером секты.
Вэй Чжунцы тоже прекрасно знал о репутации Бессмертного Демона. Внутри секты лишь немногие избранные знали истинную личность Небесного Демона, и Яо Пин был одним из них.
Сомнений нет — Небесный Бессмертный был основателем даосской магии, подумал Чо Ян Ын.
Однако, судя по тому, что он слышал от Вэй Чжунцы, До Джун изучил и отточил даосскую магию исключительно ради того, чтобы победить Небесного Бессмертного и забрать его в свою секту на должность Мастера Отряда Небесной Тайны.
И всего за два года он одолел его, используя лишь даосские искусства.
Его талант не поддается осмыслению.
Превзойти человека, который посвятил всю свою жизнь даосской магии, всего за два года — это было сродни чуду.
Пока Чо Ян Ын погрузился в раздумья, шкворчание продолжалось: До Джун переворачивал самгёпсал, позволяя ему прожариться равномерно, прежде чем нарезать на кусочки на один укус. Рядом уже были подготовлены свежий салат, листья периллы, чеснок и домашнее кимчи для заворачивания.
— Можете есть.
*
— Практикующий даосизм не должен допускать ни малейшей ошибки. Следует отказаться от жадности, голода и похоти, чтобы слиться с природой и достичь с ней истинной гармонии. Лишь полностью растворившись в природе, вы сможете вознестись как истинный бессмертный.
Как и подобает учителю, наставляющему учеников, Чо Ян Ын вещал с красноречием и уверенностью. Хотя по правде говоря, даже он сам находил концепцию слияния с природой недостижимо далёкой целью.
Внезапно в его разуме эхом отзванились слова Чо Ян Ына: «Я иду на встречу с Великим Мастером».
Великий Мастер — учитель собственного учителя. Неужели заявление этого чудака могло оказаться правдой?
Рябь пробежала по спокойному озеру мыслей Чо Ян Ына. Я не могу продолжать думать об этом. Я должен увидеть всё своими глазами.
Чо Ян Ын обратился к ученикам:
— Меня не будет некоторое время. Даже в мое отсутствие не смейте запускать тренировки.
Ученики хором ответили:
— Есть, Учитель!
Чо Ян Ын бросил на них взгляд, после чего повернулся и направился к академии.
Ученики, сидя со скрещенными ногами и закрытыми глазами, приняли его слова близко к сердцу и с новыми силами погрузились в тренировки.
*
Палочки для еды в руках Чо Ян Ына двигались так быстро, что казались размытыми, а его рот не останавливался ни на секунду. Он пожирал жареный самгёпсал с яростью человека, который не ел целый месяц.
Неужели так выглядит человек, перед которым положили тарелку с мясом из Нищенской Секты?
— Какого чёрта ты творишь?! — воскликнул Чо Ян Ын, у которого глаза чуть не вылезли из орбит.
Чо Ян Ын повернул голову прямо с набитым ртом, заметив появление коллеги.
— Мммф, чьё зделяежь?..
— Т-ты сказал мне, что Великий Мастер здесь, поэтому я пришел убедиться во всем лично, а вместо этого застал так называемого бессмертного, набивающего брюхо мясом среди бела дня! — голос Чо Ян Ына зазвучал громче от возмущения.
Чо Ян Ын, однако, едва обратил на него внимание, будучи слишком занят поглощением еды.
И тут взгляд Чо Ян Ына упал на Вэй Чжунцы.
— В-Вэй Чжунцы? — шокировано заикнулся он.
Неужели Вэй Чжунцы и был Великим Мастером?
В глазах Чо Ян Ына мелькнуло замешательство. Тем временем Вэй Чжунцы лишь лениво бросил на него взгляд, прежде чем вновь переключить внимание на мясо.
Тогда Чо Ян Ын устремил взор на До Джуна, который жарил самгёпсал рядом с Вэй Чжунцы. Нет, если быть точным, смотрел он вовсе не на До Джуна — его манил блестящий на гриле самгёпсал.
У него во рту слюнки текли, и он невольно сглотнул.
Для Чо Ян Ына, который питался пресной зеленью ради преданности тренировкам, аромат жареного самгёпсала оказался сокрушительным. Шкворчание мяса на решётке, соблазнительные капли жира, капающие на угли — всё это было слишком.
Заметив борьбу Чо Ян Ына, До Джун спокойным голосом предложил:
— Хочешь попробовать?
Чо Ян Ын громко сглотнул слюну.
— Н-н-но...
До Джун взял палочки для еды и протянул их Чо Ян Ыну. Но тот не взял их. Вместо этого он просто стоял на месте, по всей видимости, ведя внутреннюю борьбу.
В этот момент Чо Ян Ын резко встал и шлёпнул Чо Ян Ына по затылку.
— Если Великий Мастер предлагает, ты берешь это с поклоном и говоришь: «Да, пожалуйста, большое спасибо!»
— П-погодите, Великий Мастер? Вы хотите сказать, что этот человек?.. — выражение лица Чо Ян Ына выражало крайнее неверие.
Но сейчас это было не главное.
— Я-я вообще-то на тренировке! Мясо категорически запрещено! — твердо заявил он, однако его взгляд упорно продолжал соскальзывать на мясо.
Наблюдая за этим, До Джун невозмутимо взял лист салата и лист периллы, сложил их вместе, положил сверху идеально прожаренный кусочек самгёпсала, добавил жареный чеснок и капельку кимчи. Он аккуратно завернул всё это в аккуратный сверток на один укус.
— Держи, угощайся, — предложил До Джун.
***
Ученики усердно следовали наставлениям Чо Ян Ына, полностью погрузившись в тренировки. В этот момент раздвижная дверь со скрипом отворилась, и вошел Чо Ян Ын. По какой-то причине его выражение лица было необычайно суровым.
Он окинул взглядом учеников и произнёс:
— Все открывайте глаза.
Ученики открыли глаза и вместо своего наставника увидели перед собой Чо Ян Ына. Все они выглядели озадаченными.
Чо Ян Ын заговорил:
— С сегодняшнего дня я буду вашим учителем вместо него.
— Что? Ч-что вы имеете в виду? — спросил один из учеников.
— Ваш прежний учитель отправился в лучший мир.
В лучший мир? Подождите.
— Э-это значит, что Учитель...
Чо Ян Ын медленно кивнул.
— Да. Он постиг Истинное Просветление.
Глаза учеников наполнились благоговением и трепетом.
— О-откуда вы знаете об этом, Учитель?
— Я сам был свидетелем.
— Вы видели это?
— Именно так.
Чо Ян Ын тщательно подбирал слова. Он никак не мог заставить себя рассказать им правду о том, что Чо Ян Ын съел завернутый До Джуном самгёпсал, расплакался от радости, что якобы и привело его к Истинному Просветлению.
Он решил унести эту тайну в могилу.