Всего два года назад Ядро считалось неприступной крепостью, превосходившей любые человеческие возможности. Эксперты по Разломам единогласно сходились на том, что прорваться сквозь Ядро невозможно. Время шло без каких-либо успехов, и настроения в обществе становились всё более мрачными. Некоторые критики открыто обвиняли Бюро охотников и Бегемот в некомпетентности.
Но теперь, спустя всего два года, никто и не помышлял о том, чтобы преуменьшать заслуги героев. Стоило им прорваться в Зону обучения, как Бегемот без остановки добрался уже до шестого этажа. Ожидалось, что к завтрашнему дню они достигнут седьмого. Не совершив ни единой ошибки, они прорубались сквозь Ядро так, будто заучили стратегическое руководство, продвигаясь вперёд подобно опытным игрокам. Их ошеломляющее присутствие вызывало бурные восторги по всему миру, независимо от национальности.
Тем не менее, некоторые обитатели Ядра, носящие титул администраторов, находили это странным. Учитывая все трудности Ядра, их непрерывный натиск казался почти абсурдным. Словно... кто-то за ними присматривал.
— Вот почему я ищу мудрости Великого Верховного, — осторожно высказал свои сомнения один из администраторов Ядра, Царь Равенства.
Ёмра прекрасно знал об этих так называемых героях. Даже Трансценденты, одни из высших существ Ядра, веками проходили через испытания, прежде чем добраться до седьмого этажа. Однако эти герои с Земли справились всего за два года, очистив шесть этажей, начиная с Зоны обучения.
— Не переживай, я пристально за ними слежу, — ответил Ёмра. — Царь Равенства, неужели ты опасаешься, что кто-то из администраторов нарушает правила?
Среди администраторов существовало негласное правило: никому не дозволено оказывать предпочтение конкретному искателю приключений.
— Если мы тщательно проверим их на Поле Суда, то сможем справедливо решить, прибегли ли они к недозволенным методам или же здесь замешан администратор. Если выяснится, что они получали особую помощь, их постигнет заслуженное наказание! Величественная фигура Ёмры, восседающего на троне, излучала непоколебимую властность.
Царь Равенства бросил на него косой взгляд. По правде говоря, у Ёмры уже был грешок: он закрывал глаза на поступки искателя приключений по имени Ли Доджун. В своё время Десять Царей единогласно требовали наказать его за безрассудное воскрешение мёртвых, но Ёмра сделал вид, что ничего не знает, и промолчит.
Если на то пошло, Царь Равенства и другие правители питали к Доджуну куда большие подозрения, чем к Бегемоту. В конце концов, Доджун добрался до четырнадцатого этажа всего за два года. Такого просто не могло быть. Раз уж кого-то и следовало проверить, так это самого Ли Доджуна!
Поскольку право оценивать искателей приключений на Поле Суда принадлежало исключительно Ёмре, они не могли объективно подтвердить достижения Доджуна. Тем не менее одно было ясно: его подвиги, пожалуй, превосходили успехи Бегемота, а не уступали им.
Нужно заняться этим лично.
Приняв решение, Царь Равенства взглянул вверх, на Землю, находившуюся в другом измерении.
Затем он спросил:
— Великий Верховный, позволите ли мне присутствовать на завтрашней оценке?
— Тебе ни к чему утруждать себя. Я сам во всём разберусь.
— Понимаю. Однако, как администратор, я тоже имею право убедиться в том, что они действительно достойны. Я не ставлю под сомнение твоё суждение, мне лишь хочется воочию увидеть весь процесс. Прошу, дай мне разрешение.
— Что ж, ладно. Поступай как знаешь.
Царь Равенства в знак благодарности поклонился и исчез.
Ёмра тяжело сглотнул.
Похоже, мне не удастся просто позволить им пройти насквозь.
По правде говоря, Ёмра планировал сразу же одобрить Бегемот и отправить их прямиком на восьмой этаж Ядра, поскольку знал, что за столь быстрым прогрессом группы стоял Доджун. Впрочем, это не имело особого значения, ведь достижения Бегемота, скорее всего, намного превосходили успехи любого искателя приключений, получавшего одобрение за всю историю.
Шло мирное субботнее утро. Юн Хи убиралась в доме вместе с Кью-Кью, более известным как Уроборос, когда раздался звонок в дверь. Она заглянула в домофон и увидела снаружи пожилого мужчину. Однако его вид был... весьма необычным. Он был облачен в парадные одежды, словно сошедшие со страниц эпохи Чосон, а на голове красовался затейливый головной убор с бутафорскими кистями.
Интересно, он знаком с отцом... подумала она.
Стоило на пороге объявиться какому-нибудь эксцентричному гостю, как в девяти случаях из десяти выяснялось, что он так или иначе связан с Доджуном.
Прежде чем впустить его, Юн Хи поинтересовалась, кто он такой. Старик представился Царем Равенства и, как и ожидалось, разыскивал Доджуна. Хотя этот царь был ей незнаком, оставлять пожилого гостя томиться на улице она не стала и решила впустить его в дом.
— Мой отец сейчас покинул дом по делам, — сообщила она. — Мне позвонить ему?
— Хм... Понятно. Ты случайно не знаешь, когда он вернется? Если нужно, я могу зайти позже.
— Я не уверена. Наверное, вернется, как закончит работу... Он говорил, что будет дома к обеду. Но раз уж вы проделали такой путь, не хотите ли выпить чашку чаю, пока ждете? — предложила Юн Хи.
Она отправилась на кухню, наполнила чайник водой и включила его. Затем достала пакетик зеленого чая и опустила его в кружку.
Значит, это дочь Ли Доджуна. Добрая девочка.
Царь Равенства тихо сидел в гостиной, наблюдая за тем, как Юн Хи готовит чай.
В этот момент его взгляд зацепился за что-то странное. По полу полз Кью-Кью. Это была маленькая змейка длиной около фута, и Царь Равенства мгновенно признал в ней змею Статусного окна.
— Юная леди, — окликнул он её.
— Да?
— Эта змея Статусного окна принадлежит вам?
— Ой, нет. Это папина. Мы зовем его Кью-Кью, — ответила Юн Хи.
— Хм... Оставлять змею Статусного окна без запястья — это чистой воды самоубийство...
Но кое-что не давало ему покоя. Эта змея Статусного окна была белой, и даже не первой ступени — красной. Для искателя приключений, достигшего четырнадцатого этажа Ядра, это было крайне необычно и попросту невозможно. Пока Царь Равенства размышлял над этой странностью, Юн Хи вернулась с чаем и небольшим угощением — рисовым пирожком с красной фасолью, оставшимся от вчерашних ночных перекусов.
Возможно, всё дело было в сладковатом аромате, но Кью-Кью не мог отвести глаз от пирожка. Заметив это, Юн Хи взяла кусочек и аккуратно положила его змейке в пасть. Малыш с удовольствием захрустел угощением.
— Ого, а вот это уже странно, — пробормотал Царь Равенства.
— Простите?
— Змея Статусного окна питается исключительно камнями мастерства. Раньше мне не доводилось видеть ничего подобного.
Юн Хи ярко улыбнулась и произнесла:
— Кью-Кью ест абсолютно всё. Особенно он любит миндаль.
— Вот как... — Царь Равенства замолчал и умолк.
Стоило пасте из красной фасоли коснуться его языка, как её насыщенная ореховая сладость растаяла во рту, лишив его дара речи. Он медленно пережевывал пищу, наслаждаясь каждым кусочком. Ещё никогда в жизни ему не доводилось пробовать столь восхитительных рисовых пирожков. Не прошло и минуты, как он умял целых пять штук.
Кью-Кью, расправившись со своей порцией, довольно отрыгнул. Кью-ю.
На мгновение его чешуя потемнела, приобретя глубокий угольный оттенок. Это длилось всего секунду, но глаза Царя Равенства чуть не вылезли из орбит. В то мгновение, пока пасть змейки была открыта, он успел заглянуть ей в рот.
— Ю-юная леди, — заикаясь, произнес Царь Равенства.
— Да?
— Это... это существо... неужели Ли Доджун и вправду приручил его?
— Это существо?
— Я говорю об Уроборосе! — воскликнул Царь Равенства.
Уроборос был тем самым существом, что лежало в основе самого Ядра, являясь Мифом во плоти. Существом, символизирующим Совершенство и Бесконечность, прародителем змей Статусного окна. Именно благодаря ему искатели приключений вообще могли выживать в Ядре.
Юн Хи кивнула, наблюдая за тем, как дрожат губы Царя Равенства. Лицо старика побелело. Каким бы могущественным ни был администратор, приручить Уробороса было совершенно немыслимо.
В этот момент до Царя Равенства дошло: он ведь заявился сюда с пустыми руками.
Он резко схватил Юн Хи за руку и выпалил:
— Госпожа!
— Д-да?
— Я вернусь вечером!
С этими словами Царь Равенства чуть ли не выбежал из дома. Правда, у самого порога он на секунду замер, сгрёб с тарелки оставшиеся рисовые пирожки с фасолью прямо в рот и наконец скрылся за дверью.
Юн Хи ошеломленно уставилась на пустое место.
Завершив долгое совещание, посвященное грядущей экспедиции в Ядро, Доджун вернулся домой и сразу почувствовал необычную суету внутри. Неужели дети уже вернулись со школы? Нет, дело было не в этом. В доме ощущалось всего три присутствия — Юн Хи, Уроборос и кто-то ещё.
Доджун услышал голос незнакомца:
— Это называется Цветок Кожи. Даже если твою плоть полностью сорвет с костей, стоит заполучить этот цветок, как тело полностью восстановится. А это? Это Небесный Дух. Самый ценный драгоценный камень на небесах! Хо-хо-хо!
Он открыл дверь и шагнул внутрь.
— Я дома.
— О, с возвращением, отец!
Доджун бросил взгляд на сокровища, разбросанные по гостиной, но быстро потерял к ним интерес, переведя взгляд на пожилого мужчину в парадных одеждах. Это был Царь Равенства. Старик никогда прежде не встречался с Доджуном лично, но сам Доджун прекрасно знал, кто перед ним стоит.
— Приветствую, Царь Равенства. Какими судьбами в моём скромном жилище? — поприветствовал его Доджун.
На секунду Царь Равенства захлебнулся от эмоций. Владыка узнал его! И мало того — назвал по имени!
— Э-это величайшая честь за всю мою жизнь! Сам факт того, что я стою перед Хозяином Уробороса, переполняет меня неизъяснимой благодарностью! Прошу, прости моё невежество за то, что не поприветствовал тебя должным образом раньше. Умоляю, помилуй этого глупого старика своей безграничной милостью!
Доджун почесал щеку, слегка ошеломленный тем, с каким невероятным пиететом держался старик.
Царь Равенства продолжал низко кланяться, а его голос дрожал от благоговения.
— Я приготовил скромный дар. Если ты примешь его, это станет величайшей честью за всю мою жизнь!
Спустя короткое время, когда все сокровища были благополучно спрятаны в Сумке Ивелы, Доджун побеседовал с Царем Равенства. Больше всего старика заинтересовало известие о том, что Доджун помогает искателям приключений из группы Бегемот.
На следующий день Бегемот ступили на седьмой этаж Ядра. Под юрисдикцией Ёмры должна была состояться промежуточная оценка. Обычно Ёмра проводил такие осмотры в одиночку, но сегодня на них присутствовал и Царь Равенства.
Что это он жует?.. Ёмра нахмурился, глядя на Царя Равенства, который на протяжении всего времени то и дело тащил в рот какие-то сладости из карманов своих одежд.
Он вновь сосредоточился на трех нервничавших перед ним искателях приключений. Их достижения казались скромными по сравнению с успехами Доджуна, но выглядели выдающимися на фоне среднего уровня остальных искателей.
Хм. Придется оценить их по всей строгости.
Атмосфера царила тяжелая и торжественная.
Ёмра трижды ударил посохом о землю и объявил:
— Ваша промежуточная оценка тепе—
Но он даже не успел закончить фразу, как неподалеку раздался бессовестно пристрастный голос:
— СДАЛИ!