Пятое апреля раньше было национальным праздником. Это был официальный выходной, призванный побудить людей сажать деревья и ухаживать за ними, но в итоге его убрали из праздничного календаря из-за якобы низкой продуктивности. Для большинства людей это теперь был просто обычный день. Однако для некоторых он значил абсолютно всё. Например, давайте взглянем на маленькую садовую лопатку, парящую перед календарем.
Пятое апреля было обведено ярко-красным кружком. Апофис целый месяц с нетерпением отсчитывал дни до Дня посадки деревьев. Меч вовсю затараторил, обращаясь к До Джуну:
— Эй, Царь Земли, до Дня посадки деревьев осталось всего три дня. Пусть весь год меня игнорировали, но в День посадки деревьев всё иначе.
Сколько раз он уже это повторил? К этому моменту от его слов у любого мозоли на ушах бы появились. В последнее время Апофис стал знатным болтуном.
— В прошлый День посадки деревьев глаза тех малышей сияли как звезды, когда они меня увидели. Моя популярность взлетела до небес! Меня со всех сторон облепили дети! Да ты вообще понимаешь, как это утомляло, Царь Земли?! Тебе не понять! Ни за что на свете!
— Должно быть, приятно, — сухо заметил До Джун.
— Т-тц! Я совсем не это имел в виду.
Огрызнулся Апофис, но, словно опровергая собственные слова, сам того не замечая, принялся напевать весёлую мелодию.
Глядя на то, как Апофис выписывает круги, До Джун невольно усмехнулся. Классическая цундэра во всей красе. Впрочем, клинок провел немало дней в одиночестве дома. Понятно, что он соскучился.
Прошел уже целый год...
Минул ровно год с тех пор, как Гефест перековал Апофис в новую форму. До Джун видел, что за это время его нрав невероятно смягчился. Вот он, парит себе по дому — крошечная лопатка с собственной душой.
Наблюдая за ним, До Джун смягчил взгляд и тихо спросил:
— Разве ты не держишь на меня обиду?
— Обиду? На тебя? Мелкий я?
— Раньше ты ведь был мечом.
Причем гордым демоническим мечом. А этот гордый меч теперь стал демонической лопаткой. Было бы неудивительно, если бы он затаил обиду. На самом деле, когда Гефест перековал его, Апофис рыдал так, словно король, потерявший свое царство.
— Ты лишился своей первоначальной формы.
В голосе До Джуна прозвучало легкое чувство вины. Если бы Апофис заикнулся об этом, он был готов отнести его обратно Гефесту, чтобы вернуть прежний вид меча. Он не делал этого только потому, что сам Апофис не заводил об этом речь.
— Хе-хе-хе... Царь Земли, не нужно меня жалеть.
— Мм?..
— Меч я, копье или кинжал — моя сила осталась прежней. Более того! Теперь я даже больше доволен! Только посмотри на эти изящные изгибы! На эту элегантную форму! Па-ха-ха!
Перед зеркалом в полный рост Апофис завертелся волчком, любуясь собой и заливаясь беззаботным смехом.
До Джун решил не развивать эту тему. Раз клинок явно счастлив, большего и не нужно.
На Третьем испытании перед входом в Обитель глубин крепкий гномий кузнец вовсю трудился у мехов. Хотя пламя в горне не угасало никогда, нагнетаемый воздух лишь усиливал жар, заставляя железо плавиться быстрее. Как и всегда, он прилежно работал, поджидая очередного искателя приключений. Это был смотритель Третьего испытания — Доргул.
Он на мгновение прервал работу, потому что никак не мог сосредоточиться.
Приближается что-то опасное...
Времена стояли тревожные. Доргул обычно сохранял невозмутимость, но в последнее время не мог отделаться от дурного предчувствия. Из Обители глубин то и дело поступали мрачные вести. Самой тревожной из них стала новость о том, что Иллеина завладела демоническим мечом.
Демонический меч Апофис был одним из самых опасных артефактов, когда-либо созданных Соломоном. В прошлом Соломон использовал Апофис, чтобы одним ударом вырезать тысячи жителей Обители глубин. И хотя свою роль сыграла сила самого Соломона, это также служило доказательством чудовищной мощи самого меча.
Доргул видел Апофис лишь единожды. С точки зрения кузнеца, это было зло, которое никогда не должно было появиться на свет. По своим чистым характеристикам с ним не могло сравниться ничто.
Из его груди вырвался тяжелый стон. Возвращение Апофиса сулило лишь одно: скорое возрождение Соломона. А для смотрителя это сулило огромные проблемы.
И тем не менее эти парни только и делают, что валяют дурака... Разве можно после этого называть себя смотрителями?..
Стражи Первого и Второго испытаний, Хашинта и имуги, оба смылись вместе с Туситала на первый этаж побездельничать. Разве смотритель не должен прилежно выполнять поручения Ядра? Сбегать развлекаться в рабочее время — это грубейшее нарушение протокола.
Доргул неоднократно предупреждал их, что Апофис объявился вновь, а значит, возрождение Соломона неизбежно. Им нужно было придумать контрмеры. Однако Хашинта и имуги не желали его слушать — и это было странно, ведь еще пару месяцев назад они вели себя совсем иначе. Вместо этого они лишь отмахивались от надвигающегося кризиса.
— Да ладно тебе, всё норм. У нас же есть Царь Земли, разве нет?
— Эй, Доргул, поднимайся тоже на первый этаж! Тебе разве не надоело целыми днями у огня сидеть?
Одолеваемый разочарованием, Доргул крепко зажмурил глаза. Куда только катится судьба Ядра?..
Ён-Ён сидел в гостиной с остальными детьми, разбирая список принадлежностей для детского сада Бёль на следующий день.
— Семена салата и... — произнес он.
Карсиэль собрал разбросанные семена салата и передал их Бёль, которая аккуратно укладывала каждую вещь в свой детский рюкзачок. Когда с пола были убраны все вещи, из спальни вышла Юн Хи, убравшая постель.
— Всё собрала на завтра, Бёль? — спросила она.
— Угу! Семена, тетрадь и... мм...
Бёль моргнула, загибая свои крошечные пальчики по одному. По списку положено пять предметов, а она упаковала только четыре.
— Чего-то не хватает...
Раздался громкий голос Апофиса:
— Лопатка!
— А! Точно! — Бёль улыбнулась и застегнула молнию на рюкзаке, убедившись, что теперь собрана полностью.
Глядя на нее, Юн Хи тихонько хихикнула.
— Ладно, пора спать.
— Ох... денек выдался, — произнес Ён-Ён, прежде чем вихрем залететь в спальню и рухнуть на кровать.
— Сиэль, чем это Ён-Ён сегодня занимался?.. — поинтересовалась Юн Хи.
— Он... залпом посмотрел десять серий дорамы.
— Ох... ладно. — Юн Хи поняла, что говорить с ним на эту тему бесполезно. Повернувшись к До Джуну, она спросила: — Отец, ты посидишь еще немного?
— Я ненадолго загляну в Ядро.
— Ой, тогда может, завернуть тебе перекусить?..
— Спасибо, но я не голоден.
Он уже поужинал и съел целую тарелку фруктов. При желании он мог съесть еще, но в этом не было нужды.
Из спальни донесся тихий храп. Даже не заглядывая туда, он знал, что это Ён-Ён.
Как только До Джун собрался телепортироваться в Ядро, Апофис откашлялся, словно хотел что-то сказать, но явно мешкал. До Джун тихо усмехнулся и поманил его рукой. Апофис стрелой взмыл в воздух и нырнул прямо ему в руки.
На пятнадцатом этаже Ядра До Джун появился на середине Второго испытания. Оглядевшись и не заметив и следа стража, он пустил в ход ци-восприятие, чтобы просканировать окрестности. Он почувствовал присутствие двух стражей на первом этаже Ядра. Также он уловил другую ауру с отчетливой энергией, свойственной смотрителям.
До Джун повернулся в сторону Третьего испытания и распахнул массивную железную дверь. В тот же миг на него пахнуло обжигающим жаром, обнажая огромную печь и стоявшего рядом с ней гнома. До Джун с одного взгляда понял, что этот гном — смотритель.
— Искатель приключений, да? Долгим же был твой путь сюда.
В отличие от предыдущих стражей, этот гном встретил его с самого начала дружелюбно.
Он окинул До Джуна оценивающим взглядом, примеряясь к нему.
— Случайно не ты тот самый Царь Земли? — спросил он.
Этот титул мог принадлежать лишь одному человеку, так что До Джун кивнул.
— Хм. Хашинта и имуги были о тебе высокого мнения. Сам не знаю почему, но... в общем, позволь представиться. Я Доргул, страж Третьего испытания. Я король гномов. Я кую оружие для искателей приключений, направляющихся в Обитель глубин. — Доргул указал пальцем на горн. Пламя в нем не угасало ни на секунду, потому что он непрерывно раздувал огонь. — Если тебе не нужно оружие, можешь смело отправляться прямо в Обитель глубин.
— Выходит, здесь нет испытания? Вы просто куете для нас оружие? — переспросил До Джун.
— Всякого, кто прошел первый и второй этапы, я считаю уже доказавшим свою ценность. Хотя в каком-то смысле создание оружия само по себе можно назвать испытанием.
В его взгляде не было ни капли лжи.
До Джун открыл Толкователь, чтобы проверить информацию о Доргуле. Прочитав запись, он произнес:
— А, понятно. Вы оцениваете по качеству драгоценного камня.
— Значит, ты уже слышал.
Согласно Толкователю, Доргул вел дела с драгоценными камнями. Он выковывал оружие, используя самоцветы, которые приносили искатели приключений, — чем лучше материал, тем сильнее получалось оружие.
Пусть выкует что-нибудь, просто ради интереса...
По правде говоря, Меча небесного демона ему было более чем достаточно, но ему стало любопытно, какое именно оружие сможет создать Доргул. Он вытащил Камень небесной души и приготовился отдать его.
При виде камня глаза Доргула полезли на лоб, а губы задрожали.
— Г-где ты раздобыл... Камень небесной души?..
Он то и дело повторял: «О боже мой...» — переворачивая самоцвет в ладонях. Затем, помедлив немного, вернул его До Джуну с лицом, полным смирения.
— Я с этим не справлюсь, — произнес Доргул.
— Почему же?
— Это божественный самоцвет. Единственный, кто способен его выковать, — это Гефест, бог всех кузнецов. Но даже мне никогда не выпадала честь встретиться с ним...
Не оставалось выбора, кроме как убрать Камень небесной души обратно. До Джун сказал:
— Какая жалость.
— Погоди минуту. Я не могу отпустить тебя в Обитель глубин без оружия.
— Но у меня уже есть одно.
— Нет, я имею в виду оружие, способное пережить Обитель глубин.
— Способное «пережить»? Впервые слышу о таком требовании.
Не успел До Джун договорить, как Доргул вернулся, держа в руках клинок.
Это был самый обычный меч, пожалуй, 3-го ранга, какие часто встречаются в Ядре. Он вонзил клинок в пространственные врата, ведущие в Обитель глубин, а затем вытащил обратно. Лезвие разлетелось на куски.
— Как видишь, обычное оружие не выдерживает магии Обители глубин. Оно раскалывается под ее давлением. По той же причине ты погружаешь тело в озеро на Втором испытании — весь смысл в том, чтобы повысить сопротивление магии. Твое нынешнее оружие там не выживет.
После этого Доргул направился в кладовую и достал минерал под названием «мантиум» — редкий и ценный самоцвет в Ядре.
— В знак благодарности за то, что показал мне Камень небесной души, я выкую для тебя оружие бесплатно.
До Джун уже хотел отказаться, но вовремя остановился. Ему стало любопытно взглянуть на сам процесс ковки.
Мантиум раскалялся в ревущем пламени горна. Доргул схватил кузнечный молот и принялся изо всех сил колотить по заготовке. Звонкий стук разносился вокруг, а со лба Доргула толстыми каплями струился пот. До Джун вытер со лба собственный пот носовым платком.
— Премного благодарен, — произнес Доргул.
До Джун не отходил от него ни на шаг на протяжении всего процесса. Глядя на происходящее, он вспомнил, как Дакум из Компании Очищающих Гоблинов выковал Клинок падающей луны. На его губах заиграла легкая улыбка. Несмотря на то, что оружие делалось бесплатно, Доргул явно вкладывал в работу все силы.
Наконец завершилась последняя закалка, и на свет появился клинок с синеватым отливом. До Джун изучил его характеристики.
Обитель глубин: 2-й ранг
Характеристики не таили в себе ничего необычного. Второй ранг. Единственное, что выделялось, — приставка к рангу: «Обитель глубин». Ему казалось неправильным просто так принять подарок, ничего не отдав взамен, поэтому До Джун пошарил в Мешке Ивелы, но внутри не оказалось ни еды, ни подношений.
Он уже подумывал ненадолго вернуться на Землю.
В этот момент Доргул искренне произнес:
— Знаешь, Хашинта и имуги действительно доверяют тебе. Сначала я этого не понимал, но теперь, когда я увидел у тебя Камень небесной души... Кажется, я начинаю догадываться. Ты не обычный искатель приключений. Без сомнений, однажды ты пополнишь ряды Трансцендентов. Но! Никогда не проявляй самодовольства. Впрочем, то, что я, смотритель, говорю тебе такое, уже само по себе звучит немного забавно.
В ответ раздался голос:
— Ха, и правда забавно.
В глазах Доргула мелькнуло беспокойство:
— Мой тебе совет: никогда, слышишь, никогда не связывайся с демонами Соломона, Трансцендентами или Узурпаторами, особенно с той демонессой по имени Иллеина. Ходят слухи, что она орудует Демоническим мечом Апофисом.
— Пф-ф, этот парень даже не в курсе, что хозяин уже сменился.
— Этот демонический меч... Апофис опаснее любого другого оружия. Не люблю признавать это, но он, пожалуй, самый мощный клинок из всех, что сейчас существуют в Обители глубин. Прошу, запомни это.
— Хех, вообще-то совсем не обязательно так менЯ расхваливать.
Внезапно Доргул резко вскинул голову и уставился на Апофис:
— Ты ещё кто такой, чтобы постоянно перебивать меня и встревать в разговор?
— Я? Я часть школьных принадлежностей Бёль ко Дню посадки деревьев.