На мгновение все мысли замерли. Он мог лишь зачарованно смотреть, как шаги мужчины эхом разносились по пустому пространству — резкие и чёткие. Тук-тук шагов звучал словно колокол в опустошённом мире. Три шага, два, один. Он остановился прямо перед лестницей.
Затем с грохотом откуда-то сверху обрушилась вспышка ослепительно-белого света. То было «Затерянное сокровище» — копьё света Брионак, способное уничтожить всё, к чему прикасалось. Оружие высшего порядка, которым мог воспользоваться лишь тот, кто достиг абсолютной вершины во всём.
Однако рука, бросившая его, дрожала. Царь измерений чувствовал страх — не осознанный, но инстинктивный. Это был чисто животный ужас. Его тело отреагировало раньше, чем разум успел это осознать.
Боюсь? Я? Царь измерений не мог в это поверить.
Он был самым могущественным существом во всех измерениях. По умолчанию вечный и бессмертный, способный одной мыслью стирать целые планы бытия. По сути, бог во всём, кроме имени. И всё же он дрогнул перед простым человеком. Это было позорно.
И тем не менее даже он видел правду: стоявший перед ним мужчина представлял угрозу. Они даже не обменялись ударами, но он уже понимал — атаки этого человека достигнут цели. Сомнений не было. Энергия, исходившая от тела До Джуна, говорила сама за себя.
Но мне всё равно не о чем беспокоиться.
В этой пустоте он обладал одной из владык царя — Стиранием. Он мог просто удалить силу этого человека из самого бытия. Даже Уроборос, носитель мифической силы, решил не входить сюда, вероятно, опасаясь именно этой власти.
Ты сам вырыл себе могилу, Уроборос... — подумал Царь измерений, переведя взгляд на змею, обвившуюся вокруг запястья мужчины.
Чтобы ступить на мерный путь, искателю приключений требовались как Ключи, так и сила Уробороса. И дорога эта вела лишь к одному: к смерти. Искатель приключений никогда не сможет победить Царя измерений.
Внезапно пространство вокруг них начало трескаться. Одна за другой в первозданно-белой пустоте возникали трещины — всего шестнадцать штук. До Джун молча оглядел их одну за другой, заглядывая с первого этажа Ядра вплоть до самой Обители глубин.
— Я подготовил идеальную сцену для финала. Ты должен быть благодарен, — произнёс царь.
Глубоко внизу люди на этажах Ядра перешептывались, указывая на гигантские пространственные врата, открывшиеся в небе, но их голосов было не слышно.
Глаза До Джуна были прикованы к вратам, ведущим в Обитель глубин. Сквозь них было видно, как Изаас летит на полной скорости, отчаянно взмахивая крыльями, но после громкого стука отлетает назад, словно врезавшись в невидимую стену. Он был не одинок. Несколько сильнейших рангов обрушили атаки и навыки, пытаясь пробить барьер вокруг До Джуна и Царя измерений, отчаянно пытаясь добраться до них.
— Они и впрямь думают, что ты победишь, — сказал царь. — Эти низшие создания верят, что если они разберутся с монстрами, остальное ты возьмёшь на себя.
Поэтому он решил показать им ещё более глубокое отчаяние. Он позволит им воочию увидеть, как ломается их царь. Пусть смотрят, как их маяк надежды рассыпается в прах беспомощного поражения. Пусть отчаяние пустит корни там, где некогда расцвела надежда.
— С другой стороны... с чего они вообще решили, что так легко справятся с монстрами? — Не успел он договорить, как пространство рассекли новые трещины.
Из этих пространственных разломов хлынули монстры, каких не встретишь на обычных равнинах Земли или в Ядре. То были Испытания — грозные создания, рождённые в Обители глубин. Каждое само по себе представляло ужасающую силу, а теперь они выбирались наружу в несметных количествах.
Окружающая среда менялась, словно в режиме реального времени разворачивалось стихийное бедствие, и каждый монстр излучал пугающее присутствие. Даже сильнейшим рангам пришлось бы выложиться по полной, чтобы справиться хотя бы с одним Испытанием, но здесь они заливали измерение бесконечным роем.
— С этим покончено, Царь Земли. — Царь измерений поднял руку. Теперь оставалось лишь применить Стирание, чтобы запечатать силу человека и сделать победу абсолютной.
Он приоткрыл губы и произнёс заклинание:
— Стирание.
Свет собрался воедино, образовав сферу, которая принялась кружить вокруг До Джуна. После этого сила мужчины должна была полностью исчезнуть. Его характеристики, навыки, всё, чего он добился, должно было сброситься. Точно так же, как искатели приключений, вошедшие в Ядро через Нашествие, он был бы вынужден отказаться от сил, которыми некогда владел в своём родном мире.
Но затем он увидел системные сообщения.
[Вы не смеете призывать Власть против этой цели.]
[Из-за разницы в калибре душ Власть аннулирована.]
*
— Почему... почему... передразнил... — недоверчиво бормотал царь.
До Джун бросил взгляд на Царя измерений, чьи губы дрожали, а глаза в неверии хлопали. Затем он перевёл внимание на врата, созданные царем по всему Ядру. Эта структура препятствовала любому взаимодействию между внутренней и внешней частью, играя исключительно на руку До Джуну. Более того, Царь измерений любезно выпустил всех монстров в это пространство.
— Будет немного шумно, но... справишься? — произнёс До Джун, мягко проводя пальцами по голове Уробороса.
Уроборос тут же понял, что имел в виду До Джун. Он говорил о третьем особом эффекте, который прежде никогда не использовался в бою.
Змея Статусного окна (Проглотившая Уробороса)
Особый эффект 3: Превосходит пределы цвета.
Издавна было известно, что Ядро ограничивает истинную силу человека. Вместо этого искатели приключений получали через туториал змею Статусного окна, и к ним применялись ограничения по цветам: красный, оранжевый, жёлтый, зеленый, синий, индиго и фиолетовый. Лишь Уроборос обладал способностью превосходить две ступени выше этой системы, достигая того, что именовалось чёрным. Сила чёрного цвета была не просто очередным шагом вверх; она существовала на совершенно ином уровне по сравнению с так называемым спектром радуги.
Для большинства искателей приключений эта система считалась благословением. Но только не для До Джуна. Хотя он и владел чёрной змеей Статусного окна через Уроборос, для него это оставалось пределом. Всего лишь ещё одними цветными оковами, наложенными на его мощь.
И всё же Уроборос знал правду. Сила его господина уже давно переросла подобные рамки. Лишь экосистема Ядра, сама система насильственно сдерживала эту мощь. И потому весь последний месяц Уроборос неуклонно тренировался, готовясь выдержать истинную мощь своего хозяина.
Кюу!
Змей издал уверенный крик, словно говоря До Джуну, что он и впрямь готов.
До Джун улыбнулся и направил циркуляцию искусства Небесного Демона. На лбу Уробороса замерцала звезда, и закрутился каскад разноцветного света. Боль была невыносимой, казалось, его тело сейчас разорвёт на части. Он едва не потерял сознание, но заставил себя вытерпеть это чистой силой воли.
До Джун вытащил один из двух своих ключей — Космос. То было оружие, которое он долгое время называл мечом Небесного Демона.
Он влил часть накопленной энергии в клинок. С гулким звоном тёмная, чистая энергия хлынула по лезвию — неосязаемая, но острая бритва. Она проявилась волнами, образовав свирепую режущую ауру, которую в мире боевых искусств именовали ци меча. Впрочем, это была не просто ци меча. То, что собралось вокруг клинка, казалось далеко за пределами этого понятия.
До Джун взмахнул мечом единым плавным движением.
— Что?..
Никакого взрыва, ни звука разрываемого воздуха. Напротив, воцарилась полная, абсолютная тишина.
— Какого чёрта?.. — Царь измерений замер на месте, потому что всё, что существовало мгновение назад, каждое Испытание исчезло в единой вспышке.
Не просто повержены. Они были стёрты.
В мгновение ока, без времени на раздумья или осознание, каждый монстр просто перестал существовать. Даже Брионак, гигантское копьё света, преграждавшее путь До Джуну, исчезло.
*
Никто не произнёс ни слова, наблюдая за финальной битвой через пространственные врата.
Сначала, когда появились врата и До Джун встал напротив мужчины, предположительно бывшего Царем измерений, воздух наполнился напряжением. Они подбадривали До Джуна затаив дыхание. Когда же одна за другой хлынули волны Испытаний, накатила паника. Отчаянно пытаясь помочь, они испробовали всё, чтобы пробить врата и присоединиться к нему. Но сколько бы мощных навыков они ни использовали, им не удавалось даже оставить царапину на вратах.
В конце концов им пришлось смириться с тем, что они могут лишь смотреть, как того и желал Царь измерений. И эта беспомощность обернулась отчаянием. Нарастала фрустрация от невозможности сражаться плечом к плечу с До Джуном и страх, что он действительно может погибнуть. Именно тогда До Джун перешёл к действиям.
— Что... это было? — тупо пробормотал Имфельхейм.
До Джун взмахнул мечом всего раз. Одним-единственным движением каждое Испытание исчезло, сгинув без следа, словно их стёрли из самого бытия.
То были не гоблины или орки. То были Испытания Обители глубин — монстры невероятной мощи. Среди них находился Малан — гигантское, подобное божеству существо, которое Имфельхейм одолел с большим трудом лишь после долгих дней непрерывного боя.
Если бы силы До Джуна и врага были равны или если бы он превосходил их лишь умеренно, наблюдающие за битвой искатели приключений в Ядре разразились бы ликованием, стоило ему расправиться с монстрами. Они бы обнимали друг друга со словами: «Как и ожидалось! Царь Земли так силён».
Всё должно было быть именно так.
— Что сейчас произошло?..
***
— Как это... вообще возможно? — бормотал Царь измерений.
Он приземлился на землю после того, как лестница, на которой он стоял, исчезла от удара До Джуна. Пытаясь успокоить дрожащую руку, он крепко сжал кулак.
В тот момент он кое-что понял. Прими он этот удар в лоб, он вполне мог погибнуть. Да, его тело было бессмертным. Но былая уверенность испарилась.
— Как простой смертный вроде тебя может обладать такой силой?! — взревел он в ярости и неверии.
Впервые в жизни Царь измерений столкнулся со стеной. Он раз за разом пытался применить свою власть, но свет больше не мог сковать До Джуна.
Вместо этого система вновь и вновь повторяла одно и то же сообщение:
[Вы не смеете призывать Власть против этой цели.]
[Вы не смеете призывать Власть против этой цели.]
Его зубы со скрипом сжались, челюсть онемела от напряжения. Он ненавидел это. Он ненавидел всё. Но больше всего он ненавидел этот взгляд в глазах До Джуна.
То не было высокомерием. То не было презрением. Он даже не смотрел на него свысока. Нет, До Джун смотрел на него так, как смотрят на случайного монстра — словно на очередное препятствие на своём пути.
И Царь измерений как никто другой понимал, что этот взгляд вполне оправдан. Оттого становилось ещё невыносимее.
— Как... как ты умудряешься использовать такую силу в моем домене, Царь Земли?! — Это был скорее крик отчаяния, нежели вопрос.
До Джун молча посмотрел на него какое-то время, а затем спокойно и тихо ответил:
— Твой домен... может стать моим доменом, верно?
— О чём ты вообще несешь?..
То, что произошло дальше, превосходило любые представления Царя измерений о возможном. Его мир, царство небытия, чистая, девственно-белая пустота... стирался. Словно ночь поглощает день, подступающая тьма начала пожирать белизну вокруг него.
Внутри этой темноты он почувствовал, как начинает угасать его собственное существование. Свет вокруг полностью померк, однако сам Царь измерений всё ещё слабо сиял. Но это сияние угасало, мерцая подобно догорающему на ветру пламени.
Он почти инстинктивно поднял голову вверх.
— Ах... аххх...
Высоко в ночном небе сияли семь звёзд — прекрасных, лучистых, выстроенных словно созвездие. Каждая звезда обладала знакомым ему цветом: красный, оранжевый, жёлтый, зелёный, синий, индиго и фиолетовый. В тумане угасающего сознания Царь измерений в последний раз взглянул на До Джуна.
До Джун молча посмотрел на него, после чего развернулся и вышел за пределы домена. Когда его фигура исчезла за границей, семь мечей души ярко вспыхнули, образуя созвездие.
Затем Царь измерений почувствовал, как его присутствие окончательно растворяется в небытии.