Небесная Секта Демонов была загадочной организацией.
Судя по слухам, циркулирующим в мире боевых искусств, это было место, где собирались самые грозные мастера. Официально Праведную Секту представлял Боевой Альянс, а Зло — Кровавая Секта. Однако странствующие рассказчики часто утверждали, что истинным правителем Центральных Равнин было вовсе не правительство, не Боевой Альянс и не Кровавая Секта, а именно Небесная Секта Демонов.
Гуан Лэ, прямой ученик главного монаха Шаолиня, родился под звездой Небесной Резни. Он уничтожил Шаолинь, секту, вырастившую его, и отправился в путешествие по Центральным Равнинам. Хотя он владел высшими боевыми искусствами, он не мог противостоять элитным силам Боевого Альянса, которые стремились привлечь его к ответственности за преступления. Чтобы спастись, он решил спрятаться в Куньлуньских горах — коварной горной цепи, известной своей суровой местностью.
Семь дней спустя у подножия окутанных туманом Куньлуньских гор Гуан Лэ случайно наткнулся на Небесную Секту Демонов.
Не верится, что такое место существует!
Увлеченный, он автоматически направился туда.
Для Гуан Лэ, которому наскучила монотонная жизнь в Шаолине, это место казалось захватывающим.
Небесная Секта Демонов строго следовала принципу выживания сильнейшего. Однако существовало одно правило: никаких убийств среди соратников по секте. Пока это правило соблюдалось, члены секты могли изучать ее боевые искусства и постоянно становиться сильнее, закладывая прочный фундамент для власти.
Несмотря на то, что Гуан Лэ родился под звездой Небесной Резни, он строго придерживался этого единственного правила и быстро продвигался вперед, в конце концов заслужив престижный титул Верховного Демона.
Даже следуя правилам секты и утвердившись в качестве доминирующей силы внутри нее, Гуан Лэ носил в себе один насущный вопрос на протяжении более чем десяти лет. И дело было не только в нем; этот вопрос беспокоил многих членов Небесной Секты Демонов.
*
Вернувшись на пятый этаж Ядра, Гуан Лэ пробормотал:
— За все годы, проведенные в Небесной Секте Демонов, у меня остался один вопрос, на который я так и не смог найти ответ. Существует ли Небесный Демон на самом деле?..
Проведя более двадцати лет на Центральных Равнинах, Гуан Лэ тренировался внутри секты и поднялся до одного из трех Верховных Демонов. И все же он ни разу не видел Небесного Демона лично.
Самим титулом Верховного Демона казался естественной ступенью в секте — званием, даруемым тем, кто освоил магические искусства секты и внушал страх другим. Хотя он заслужил славу и признание внутри организации, ему так и не довелось удостоиться аудиенции у Небесного Демона.
Некоторые члены утверждали, что встречались с Небесным Демоном, но все их истории оказались выдумкой.
Одни говорили, что Небесный Демон был писцом в хранилище боевых искусств секты. Другие описывали его как молодого уборщика, подметающего внутренний двор каждое утро. Третьи верили, что он был лавочником на рынке или целителем, известным как Демонический Бессмертный.
Вэй Чжунцы слушал молча.
Гуан Лэ продолжил:
— Поэтому я пришел к такому выводу.
Возможно, Небесный Демон не был реальным человеком, а являлся вымышленным персонажем — инструментом, созданным исключительно для поддержания порядка внутри секты. И возможно, звание Небесного Демона было честью, которую мог заслужить любой член секты, если у него хватало силы.
Я должен сам стать Небесным Демоном.
В мире, где правили сильные, сила была всем. Гуан Лэ верил, что если он станет сильнейшим членом Небесной Секты Демонов, это будет равносильно тому, чтобы самому стать Небесным Демоном.
Вэй Чжунцы внезапно выплюнул кровь из-за полученной травмы. Хотя он знал, что Гуан Лэ когда-то был командиром легиона под началом Ваала, он не ожидал, что его мощь окажется настолько сокрушительной. Несмотря на использование Барьера для минимизации ущерба, его ребра, вероятно, были сломаны, а органы перевернулись вверх дном. Вэй Чжунцы прикусил губу.
— Как забавно. Выходит, так называемый Небесный Демон в конце концов стал служить подчиненным Ваала? — Он усмехнулся, глядя на Гуан Лэ, чье выражение лица яростно исказилось от слов Вэй Чжунцы.
В то же время его руки побагровели — явление, наблюдаемое при использовании Сурийской Кровавой Ладони, техники, доведенной до совершенства. На первый взгляд она напоминала первую ступень Арморизации, но ее истинная сила была несравнима.
— Тебе лучше следить за языком. Твоя ничтожная жизнь в моих руках. Из уважения к нашему прошлому товарищей по секте я проявлю милосердие в последний раз. Пади передо мной! — рявкнул Гуан Лэ.
Вэй Чжунцы тяжело задышал, но не позволил своему взгляду потускнеть. Напротив, его глаза горели ярче, чем у Гуан Лэ, пылая вызовом. Он обнажил меч. Белый узел на его рукояти покачивался на ветру. Это была эмблема Отряда без тени, тайных инспекторов Небесной Секты Демонов.
В его памяти, словно кадры кинохроники, пронеслись воспоминания о прошлой жизни.
Хотя он был всего лишь инспектором, Небесный Демон лично обучал его фехтованию — Искусству Меча Демона Девяти Небес. Несмотря на годы тренировок, он не овладел ни единой техникой из этого искусства, но наставления Небесного Демона помогли ему выжить в суровой Обители глубин.
— Как и все остальные в секте, ты не смог довести до совершенства ни одно из ее боевых искусств. Причина, по которой ты так отчаянно цепляешься за Сурийскую Кровавую Ладонь, заключается в том, что ты не смог полностью овладеть техниками секты. Я не прав? — бросил вызов Гуан Лэ Вэй Чжунцы.
На лбу Гуан Лэ вздулись вены, и он заскрежетал зубами.
Вэй Чжунцы сильнее сжал рукоять меча, и его голос прозвучал остро:
— Ты не хотел этого признавать, верно? Что такой так называемый гений Шаолиня, как ты, не смог освоить техники секты, как и все остальные.
Но в этом не было никакого позора. Даже если кто-то не смог овладеть боевыми искусствами Небесного Демона, над этим не стоило насмехаться. Во всяком случае, это был вполне ожидаемый результат.
— После десяти лет упорных стараний ты не смог овладеть даже одной техникой. И все же ты смеешь говорить о том, что присвоишь себе титул Небесного Демона?! — усмехнулся Вэй Чжунцы.
Лицо Гуан Лэ больше не походило на человеческое. Искаженное ревностью, обидой и яростью, оно ничем не отличалось от лица свирепого монстра.
— Если Небесный Демон не существует, откуда, по-твоему, взялись боевые искусства секты? — снова бросил ему вызов Вэй Чжунцы.
Гуан Лэ не хотел этого признавать. Посвятив десять лет изучению и практике боевых искусств секты, он не смог освоить ни единой базовой техники. Он заучил мнемонические фразы Ладони Морозного Демона до такой степени, что мог воспроизвести их без ошибок, но несмотря на более чем десятилетние усилия, он не смог достичь даже первого уровня мастерства.
В конце концов он вложил все силы в Сурийскую Кровавую Ладонь, забросив остальное. Хотя это вознесло его на позицию Верховного Демона, в глубине души Гуан Лэ все еще таилось чувство неполноценности.
Гр-р-а-а-х!
С львиным ревом Гуан Лэ бросился на Вэй Чжунцы.
Вэй Чжунцы исполнил первую форму Искусства Меча Демона Девяти Небес, в то время как Гуан Лэ высвободил свою доведенную до совершенства Сурийскую Кровавую Ладонь.
Обе силы столкнулись с оглушительным грохотом.
*
Мужчины выплюнули кровь, но их состояние сильно различалось. Вэй Чжунцы рухнул на месте, в то время как Гуан Лэ, хоть и получив глубокий порез на груди, сумел избежать смертельной раны.
Гуан Лэ был взбешен не тем, что его ранил член ничтожного Отряда без тени, а тем, что его едва не убила незавершенная первая форма Искусства Меча Демона Девяти Небес. И хотя свою роль сыграло фиолетовое Окно Статуса Вэй Чжунцы, сама техника происходила из Небесной Секты Демонов, что лишь усиливало ярость Гуан Лэ.
Вэй Чжунцы плашмя лежал на земле, кашляя и выплевывая очередную порцию крови. Его грудь была жутко исколежена, а кровь струилась вниз, пропитывая пол.
Ослепленный яростью, Гуан Лэ больше не заботился о чести. Его единственной мыслью было убить Вэй Чжунцы. Его руки, пропитанные багровой энергией, снова начали зловеще светиться.
Веки Вэй Чжунцы медленно закрывались, но Гуан Лэ заметил, что его угасающий взгляд устремлен не на него, а куда-то за его плечо — вдаль.
Он пробормотал:
— Не... бес... ный... Демон...
Мгновение спустя глаза Вэй Чжунцы полностью закрылись.
Гуан Лэ медленно, донельзя медленно повернулся и увидел стоящего на краю обрыва человека.
— Э? Что это еще за мелкая сошка?
Должно быть, это был один из членов Кровавого Альянса, которого он упустил ранее. Однако одежда незнакомца выглядела странно; Гуан Лэ никогда прежде ничего подобного не видел. На мужчине было простое черное пальто, не дававшее никакой очевидной защиты.
Усмехнувшись, Гуан Лэ приготовился сделать рывок к нему. Но его тело не слушалось. Сколько бы энергии он ни призывал, ничего не работало.
Что... что происходит?..
Абсурдность ситуации на удивление успокоила его. Гуан Лэ перевел взгляд на мужчину. Тот смотрел не на него, а на истекающего кровью Вэй Чжунцы.
Вэй Чжунцы снова закашлялся, и кровь окрасила его губы. На этот раз незнакомец слегка повернул голову, чтобы встретиться взглядом с Гуан Лэ, и в тот момент, когда их глаза пересеклись, Гуан Лэ задрожал.
Холодные, запавшие глаза мужчины не выражали никаких эмоций.
Гуан Лэ тут же вспомнил слова, пробормотанные Вэй Чжунцы.
— Не... бес... ный... Демон...
И тогда его глаза расширились от осознания. Истинный хозяин Небесной Секты Демонов, окутанный тайной — чье лицо, голос и само существование до сих пор оставались скрытыми.
Гуан Лэ яростно отнекивался про себя. Но его инстинкты возобладали над логикой. Его колени неконтролируемо задрожали, а ноги затряслись, как тонкие древесные ветки.
Это давление... что это такое?..
Он не мог нормально дышать. Верно ли, что он вообще дышал? Казалось, он забыл, как набирать воздух в легкие.
Мужчина произнес одно-единственное слово:
— На колени.
Бум!
Гуан Лэ рухнул на колени с тяжелым глухим звуком, но это произошло не по его собственной воле. Его тело двигалось совершенно самостоятельно.
Бум!
На этот раз его лоб ударился о землю.
И снова это сделал не он.
Мужчина прошел мимо повергнутого Гуан Лэ и поднял Вэй Чжунцы с земли.
Сердце Гуан Лэ чуть не разорвалось. Мог ли этот человек действительно быть... Небесным Демоном?..
Дико дрожа, Гуан Лэ охватил страх, какого он никогда прежде не испытывал. Даже в присутствии Демонического Короля Ваала, даже когда тот проклинал его, он чувствовал лишь раздражение. Что же это было теперь?..
Затем через входное отверстие вошло другое существо. Это был один из Бессмертных с четвертого этажа Ядра — Чо Ян Ын, о котором Гуан Лэ тоже знал. Мужчина передал Вэй Чжунцы Чо Ян Ыну, который взвалил его себе на спину и поднялся на четвертый этаж.
Теперь на пятом этаже остались только Гуан Лэ и этот мужчина.
Сила, сковывающая Гуан Лэ, исчезла.
Поняв, что снова может двигаться, он поспешно отступил на десять метров, увеличивая расстояние между ними, и приготовился к контратаке. Вокруг его рук начала клубиться багровая энергия.
— Ты лишь разочаровываешь меня, — холодно произнес мужчина.
Из рук До Джуна поднялась синяя аура. По мере того как она росла, земля вокруг них начала покрываться льдом.
Глаза Гуан Лэ широко раскрылись от шока.
— Л-Ладонь Морозного Демона?..
Как он мог не узнать ее?..
— Т-ты... настоящий Не... бес...
Но его слова оборвались, не успев долететь до конца.
Под громкий треск мороз стремительно распространился, сковав льдом Гуан Лэ и весь пятый этаж Ядра целиком.
***
Чирик-чирик.
Вэй Чжунцы очнулся в комнате. Его торс был туго обмотан бинтами, но боли он не чувствовал. Кости хорошо срослись.
Затем он вспомнил момент перед тем, как потерял сознание.
Через приоткрытую раздвижную дверь он увидел До Джуна, сидящего на веранде и смотрящего на гору. Вэй Чжунцы медленно подошел к нему, опустился на колени и глубоко поклонился.
— Мне искренне жаль за доставленные хлопоты. У меня нет оправданий, — извинился он.
— Ты в порядке? — спросил До Джун.
— Да. Благодаря вам...
— Тогда это все, что имеет значение.
До Джун взял свой портфель и встал.
Уже собираясь уходить на работу, он замедлил шаги и спросил:
— Ты все еще регулярно практикуешь техники?
— Да, я тренируюсь каждый день.
— Если есть что-то, чего ты не понимаешь, не стесняйся спрашивать меня.
Оставив эти слова позади, До Джун исчез.
Мгновение спустя вошел Чо Ян Ын, неся тарелку с нарезанными фруктами. Не увидев До Джуна, он спросил:
— Он... он уже ушел?
— Да.
— Тьфу ты, неужели он не мог хотя бы попрощаться перед уходом?..
Тогда Вэй Чжунцы заметил свой меч, прислоненный к стене. Белый узел на его рукояти порвался во время схватки с Гуан Лэ, но теперь он почему-то вновь был в идеальном состоянии.