Онлайн чтение книги Аннет Annette
1 - 132

— И что теперь будешь делать? Это же все равно что пустить лису в курятник.

Жалобам Волкера не было конца. И чем дольше он ворчал, тем больше стрел летело в сторону Берты. Его логика заключалась в том, что если бы Берта изначально держала принцессу в ежовых рукавицах, ничего подобного бы не произошло.

— Если бы ты с самого начала приставила к ней служанку, всё было бы нормально. Или повесила бы замок на дверь. Надо было с самого начала жестко за ней следить.

Слушая нелепые обвинения Волкера, Берта сдержала вздох. Можно подумать, служанка всю ночь дежурила бы перед её спальней. Как бы она помешала ей выскользнуть ночью в одежде горничной? И вообще, какой замок. Сказал бы еще, что надо было запереть её в башне сразу после свадьбы.

— Всё-таки надо было сказать отцу. Тогда нужно было сделать по-моему.

— Нет. Лучшим выходом было промолчать. Если бы отец узнал, он бы наверняка обвинил нас.

— Обвинил бы тебя. А не нас.

И что мне делать с этим трусливым, нерассудительным мужем. У неё пропало всякое желание спорить, поэтому она просто закрыла рот, но Волкер, видимо, расценил это как признание вины и еще более триумфально продолжил выражать недовольство.

И как же всё так вышло.

Как ни крути, вины Берты в этом не было. Ни в том, что граф поручил Райнгару охранять карету и прибыть с ними во дворец, ни в том, что императрица придралась к служанке Анетт, ни в том, что граф проявил смекалку и представил Райнгара её личным рыцарем — ни в чем этом её вины не было. Это была просто череда непредвиденных событий и неудач.

Перед лицом этого Берта была бессильна. Ей оставалось лишь смотреть, как всё выливается из опрокинутого кем-то другим кубка, не имея возможности даже попытаться его подхватить.

— Надо прямо сейчас сказать отцу. Сказать ему, чтобы он немедленно разлучил эту парочку.

— И что вы ему скажете? Что знали об этом с прошлого года, но всё это время скрывали? Думаете, отец не разозлится еще больше?

— Значит, прикажешь оставить этого ублюдка и эту шлюху вместе?

— Успокойтесь, Волкер. Мы ведь еще даже не знаем, что на уме у сэра Райнгара.

Она сказала это, чтобы успокоить Волкера, но это было также утешением и для неё самой. На самом деле еще неизвестно, как поведет себя Райнгар. За те несколько месяцев, что они были в разлуке, его мысли могли измениться. Прошло почти полгода с тех пор, как его изгнали из замка. Достаточно времени, чтобы опасная похоть остыла.

— Для начала вам лучше встретиться с ним. Узнать, что он думает, а уж потом...

— С чего бы это мне? Сама и иди. Это же был твой план.

— Но ведь это вы приняли клятву на крови.

— Эту клятву принял и отец.

Волкер холодно усмехнулся. И вот на это Берте возразить было нечего.

— Рыцарю, который однажды нарушил клятву, нельзя верить. Этот ублюдок угрожал мне даже сразу после того, как принес клятву в тот день. Чтоб он провалился в ад.

— ......

— Этот ублюдок совсем спятил. Держу пари, он и сейчас только о том и думает, как бы залезть в постель к этой девке. Надо было просто убить его тогда. Ах, ну не может же быть всё так хреново, как вообще всё могло так запутаться!

— Хорошо. Я пойду и поговорю с ним.

В конце концов, и в этот раз пришлось вмешаться Берте. Она к тому же опасалась, что Волкер, так пыхтя от злости, может сгоряча всё выболтать графу.

Всё уже произошло, и она выбрала скрывать это. Это ни в коем случае не было ошибкой, это решение по-прежнему было правильным. Какая разница, если он стал её личным рыцарем и стоит на страже перед её комнатой? Главное, чтобы он не пробирался в её постель.

— Прошу вас, Волкер. Пожалуйста, не совершайте необдуманных поступков. Не нужно заранее пугаться и ворошить прошлое.

— Прошлое, говоришь. Молюсь, чтобы так и было.

— Это императорский дворец. Как они посмеют снова вытворять подобное здесь?

Берта еще раз твердо успокоила мужа и себя, а затем покинула комнату, пока он снова не начал ворчать и обвинять её.

Комната Волкера находилась на втором этаже в западном крыле главного дворца. В главном дворце останавливались главы семей с титулами, их жены, а также дворяне, близкие к императорской чете. В случае с графом Ротом, два его сына получили комнаты недалеко от покоев отца, а вот невесток отправили в отдельный дворец.

Здание находилось недалеко от главного дворца, и спальни были прекрасны, но Берте было неприятно такое неравное отношение. Жена графа, которая была графиней лишь на словах, остановилась в главном дворце, а истинная хозяйка замка Рот была выслана в отдельный дворец.

Вчера вечером, когда по прибытии во дворец появилась маркиза Либехафен и забрала только Анетт, она почувствовала себя чуть ли не униженной. И сегодня в зале приемов император с императрицей обращались и приветствовали только Анетт. Независимо от её благоговения перед монархами, Берте было крайне неприятно это откровенное неравенство.

«А где служанка графини?»

Склонность императрицы к Анетт была просто поразительной. Это разочаровывало еще больше, так как именно общения с императрицей Берта больше всего ждала по прибытии во дворец. Она даже научилась ездить верхом, чтобы произвести хорошее впечатление.

«Ваше Величество, прошу прощения, но служанка родом из Триссена, поэтому она плохо говорит на всеобщем языке».

«Как же тогда она служит аристократке? Ведь графине должен быть неудобен язык Триссена?»

И это всё, что императрица сказала Берте. К Луизе отнеслись как к пустому месту, так что, может, её положение еще ничего? С горькой усмешкой Берта окинула взглядом раскинувшийся перед ней величественный коридор.

Где находятся покои Анетт, она заранее узнала через маркизу Либехафен. Ей сказали, что это участок между часовней и «Чайной комнатой императрицы», дверь напротив мраморного бюста богини. Берта подозвала проходившего мимо слугу и велела проводить её до часовни, а затем снова спросила дорогу к «Чайной комнате императрицы». Следуя за слугой, который без лишних вопросов пошел вперед, она оказалась в тихом коридоре.

— Достаточно. Можешь идти.

Берта остановила слугу. Она стояла на месте, пока почтительно поклонившийся слуга не скрылся в том направлении, откуда они пришли. Ей не было нужды искать мраморный бюст, как сказала маркиза. Потому что в коридоре стоял всего один мужчина.

Почувствовав чье-то присутствие, Райнгар повернул голову и посмотрел в её сторону. На его лице не дрогнул ни один мускул, так что прочесть его мысли было невозможно. Встретившись с ним взглядом на мгновение, Берта вместе со своей служанкой направилась к нему.

Её старая няня, как всегда, следовала за ней, словно тень. Единственный человек, кроме Берты и Волкера, знающий об отношениях Анетт и Райнгара. Горничная, приставленная к Анетт в качестве служанки, знала, что она шпионка, но не знала истинной подоплеки.

А может быть, теперь уже узнала.

— Сэр рыцарь.

— Миледи.

Райнгар ответил, когда Берта заговорила первой. Мужчина, стоявший примерно в трех шагах от неё, сегодня казался особенно огромным. Его голова была так высоко, что ей приходилось сильно задирать голову, чтобы встретиться с ним взглядом.

Берта окинула взглядом красивое лицо и аккуратный дублет молодого рыцаря, а затем опустила глаза. Меч на его поясе мозолил ей глаза с самого начала.

Возможно, именно из-за него она сейчас чувствовала себя подавленной.

— Я пришла повидаться с графиней.

Скрыв напряжение, Берта высокомерно вздернула подбородок. Почтительно опущенный взгляд мужчины придал ей уверенности. Пусть он и при мече, он — рыцарь низкого происхождения, а она — аристократка.

К тому же, он покушался на жену своего господина, и его жизнь висит на волоске. В этой ситуации Райнгар был обязан склониться перед Бертой.

— Графиня спит.

Поэтому его неожиданный ответ заставил Берту на мгновение оцепенеть.

Она молча посмотрела в лицо мужчине. Райнгар по-прежнему почтительно опускал глаза, и Берта даже усомнилась, не показалось ли ей, что он только что бросил ей вызов.

Что он имел в виду: что принцесса спит днем и ей нужно просто уйти? Или же он хотел показать, что она спит, и что он об этом знает? Какое из этих двух посланий было важнее?

— ...Вот как. Откройте дверь.

Скрыв волнение, она повторила приказ, он на мгновение замолчал, а затем, не говоря ни слова, повернулся и открыл перед ней дверь.

Берта с прямой спиной прошла мимо него и вошла внутрь. Просторная гостиная и захватывающий вид на море, открывающийся из больших окон, бросились ей в глаза. У нее скрутило живот, и в этот момент она встретилась взглядом со служанкой Анетт. Деревенщина, в одночасье поднявшаяся из прачек, была одета в приличное платье, а на лице читалось напряжение.

— А графиня?

— Она в спальне. Кажется, спит...

— В такое время?

— Эм, ну, она неважно себя чувствует...

Берта нахмурилась, глядя на съежившуюся женщину. Хоть она и была горничной, её манеры были лучшими среди остальных. Раньше она не заикалась и не бросала фразы на полуслове. Не может быть. Берта подавила свое предчувствие и продолжила разговор.

— Неважно себя чувствует? Что болит?

— Этого я не знаю, но недавно приходил врач...

— Врач? Кто его позвал?

— Е-Её Величество Императрица прислала...

Служанка то и дело облизывала губы, поглядывая в сторону Берты. Заметив её взгляд, то и дело скользящий куда-то за плечо Берты, та вдруг почувствовала холодок по спине. И тут она осознала, что не слышала звука закрывающейся входной двери.

— Графиня, э-э, с тех пор как ушел врач, всё время спит...

С трудом закончив свою ложь, служанка опустила голову. Наблюдавшая за ней Берта тихо сглотнула пересохшим горлом. Ей даже не нужно было поворачивать голову, чтобы проверить, что происходит у нее за спиной. Было очевидно, что Райнгар стоит в открытых дверях и наблюдает за ней.

И поэтому она больше не могла это отрицать. На самом деле она почувствовала это еще там, за дверью. Рыцарь, охраняющий дверь спальни, сошел с ума; принцесса вымотана после кувырканий с мужчиной, а служанка обо всем знает.

О, Боги.

Берта крепко зажмурилась, а затем, медленно выдохнув, снова открыла глаза.