Онлайн чтение книги Аннет Annette
1 - 172

Анетт попятилась, бледная как мел. С ужасом на лице она смотрела на свой кинжал, торчащий в шее Дитриха. Только её широко раскрытые глаза и приоткрытые губы сейчас имели значение для Райнгара. Взгляд, полный неверия в то, что она совершила, и инстинктивного страха перед убийством человека, пронзил его насквозь.

И потому ни о чем другом он думать не мог. Неважно было, когда она выбралась из-за валуна и как всё это время прятала кинжал. Она ударила точно в уязвимое место, и с перерезанной сонной артерией Дитриху было не выжить. Значит, то, что должен был сделать Райнгар, было совершенно очевидно.

— Кхх...

Хватка Дитриха ослабла. Выпустив кинжал, который он сжимал из последних сил, он, пошатываясь, приподнялся. Широко раскрыв глаза, он потянулся правой рукой, словно пытаясь вытащить железку из шеи. Райнгар не упустил этот момент, когда его подмышка оказалась совершенно открытой.

— Угх...

Вскочив, он вонзил кинжал Дитриха ему же в бок. Загнал острое лезвие до самой рукояти в это мягкое, смертельно уязвимое место. Обхватив бьющееся в конвульсиях тело Дитриха, Райнгар закрыл глаза и начал горячо молиться богам.

Это я его убил. Значит, это мой грех. Не этой женщины.

Повторяя это про себя, Райнгар не отпускал тело Дитриха. Он крепко обнимал тяжелое, горячее тело и слушал каждый его предсмертный вздох. Словно так смерть Дитриха станет менее мучительной. Словно так дух Эриха сможет его простить.

Тело в его объятиях в последний раз сильно содрогнулось. Затем из него вырвался долгий, медленный вздох. Райнгар не открывал глаз, пока этот вздох полностью не угас.

«Как думаешь, насколько он глубокий?»

Даже с закрытыми глазами он видел свет. И мальчика, подперевшего подбородок рукой у каменной стены высокого колодца. Искренне любопытствующее лицо Эриха.

«Если упадешь туда, то уже точно не выберешься, да?»

Райнгар медленно открыл глаза.

Дыхания Дитриха больше не было слышно. Лезвие кинжала, наполовину вошедшее в шею, тускло поблескивало. Бусины на рукояти слегка покачивались. Круглые аметисты, отражающие лунный свет.

Глядя на них, Райнгар перевел дыхание, затем протянул руку и вытащил кинжал Анетт.

Кровь из раны на мертвом теле больше не хлестала. Обтерев лезвие о край одежды убитого, Райнгар наконец отпустил тело Дитриха. Осев на сырую землю, он поднял голову и встретился взглядом с Анетт. Женщина, смотревшая на него сверху вниз, просто стояла неподвижно. В её широко распахнутых глазах смешались страх и облегчение, а побелевшие руки были крепко сжаты в кулаки.

Анетт.

Райнгар проглотил ком, подступивший к горлу. Для всех этих невыразимых чувств время еще не пришло. Хоть они и пережили еще одну битву, их побег еще не был окончен. Через несколько часов наступит рассвет, и у них больше не было времени на промедление.

Он мертв. Анетт судорожно втянула воздух.

Лицо Дитриха было умиротворенным, он казался просто уснувшем. Бледный лунный свет падал на его тело, лежащее на лесной дороге. Глядя на него, Анетт снова содрогнулась. В крепко сжатых ладонях выступил холодный пот.

«Стой здесь. И ни в коем случае не выходи. Поняла?»

Чтобы нарушить это обещание, ей не потребовалось принимать решение. Тело среагировало само, прежде чем она успела о чем-то подумать. Когда она достала спрятанный на груди кинжал и выбралась из-за валуна, в её голове была только одна мысль.

Я должна его спасти. Иначе он умрет.

Даже Анетт, ничего не смыслящей в сражениях, было видно, что Райнгар всё время был на волосок от гибели. Он едва отбивал атаки Дитриха, а сам почти не переходил в нападение. А после того, как оба мужчины бросили мечи и сцепились на земле, ситуация стала и вовсе отчаянной. Огромный кинжал Дитриха, казалось, в любую секунду вонзится в грудь Райнгара.

Райнгар был ранен в руку, к тому же потерял много сил в схватке с собаками. Нет, еще до этого он был сам не свой. Его горячее тело и хриплое дыхание давно уже тревожили Анетт.

Поэтому, Анетт, ты должна спасти его. Только ты можешь спасти этого мужчину. Если ты сейчас ничего не предпримешь, он умрет.

Ты потеряешь его.

Это отчаяние и заставило её вытащить нож. Подкравшись к Дитриху со спины, затаив дыхание, она изо всех сил ударила его ножом. Сопротивление плоти и мышц, расступающихся под острым лезвием... Это ощущение, врезавшееся в ладонь, она не забудет до конца своих дней.

— Ты молодец, Анетт...

Сказал Райнгар, сидя на земле. Анетт, не отрывавшая взгляда от лица мертвеца, перевела взгляд на него. Она стояла как вкопанная, не решаясь подойти ближе.

— Благодаря тебе я жив. ...Ты спасла меня.

Райнгар слабо улыбнулся. Затем опустил голову и посмотрел на кинжал в своей руке. Лезвие, очищенное от крови, снова тускло блестело. Аметистовые бусины покачивались, отражая лунный свет.

— Это ты меня спасла, Анетт.

Повторил он с нажимом и снова поднял голову. Мокрые растрепанные волосы прилипли ко лбу. Анетт до боли в сердце захотелось откинуть их назад. Тело мужчины, который сражался не на жизнь, а на смерть, было сплошь покрыто кровью, потом и грязью.

Это ты меня спас.

Только она собралась это сказать, как Райнгар начал подниматься. Опершись о землю, он наполовину встал, но пошатнулся и снова осел. Что не так? Анетт поспешно бросилась к нему.

— Райн.

Обойдя труп Дитриха, она опустилась на колени рядом с Райнгаром. Бинты на левой руке насквозь пропитались кровью. Темно-красная жидкость стекала по предплечью и капала на землю. Нужно остановить кровь. Анетт с трудом сглотнула пересохшим горлом и заговорила:

— Кровь не останавливается. Что нужно сделать, чтобы остановить её?

— Нужна ткань. Что-то, что можно использовать как бинт...

Чистая ткань. Не дожидаясь, пока Райнгар договорит, Анетт выхватила свой кинжал из его руки. Приподняв юбку, она надрезала подол сорочки и с силой дернула — мягкая ткань с треском порвалась. Длинным лоскутом ткани она обмотала бинты на его левой руке и туго завязала. Быстро орудуя окровавленными руками, она до боли прикусила губу.

В тихом лесу царили лишь тьма и тени. Мертвые тела собак и человека уже начинали коченеть. Но всё это больше не пугало Анетт. В ней крепла лишь одна предельно ясная мысль: нужно во что бы то ни стало выбраться из этого леса, из этой бесконечной тьмы.

Мы выберемся. Обязательно.

— Этого хватит? Сможешь двигаться?

Завязав белую повязку на его левой руке, Анетт всмотрелась в его лицо. Райнгар, пристально глядя на неё, протянул руку. Его большие пальцы мимолетно, словно лаская, коснулись её щеки. От одного этого короткого прикосновения в Анетт влилась решимость.

— ...Идем.

Райнгар поднялся первым. Подобрав упавший длинный меч, он вложил его в ножны и подвел ближе боевого коня Дитриха. Привязав поводья лошади, на которой они приехали, к седлу боевого коня, он сначала посадил Анетт. Мужчина, запрыгнувший следом, слегка покачнулся, но Анетт сделала вид, что не заметила этого. Она также старалась не смотреть на неподвижно лежащее тело Дитриха, не сводя глаз лишь с полной луны высоко в небе.

Лошадь, везущая их двоих, тронулась с места. Луна постепенно клонилась к западу, а от тела мужчины за спиной густо пахло жаром и кровью. Вдыхая эти запахи, Анетт осторожно накрыла ладонью его руку. Большую и сильную руку мужчины, сжимавшую поводья. Руку, испачканную кровью и грязью.

В этот момент Райнгар молча опустил голову и прислонился к её плечу. Она почувствовала на голой коже шеи жар его дыхания и температуру губ.

Только тогда она поняла, что капюшон, скрывавший её голову, спал, но это уже не имело значения. Они уже покинули замок Рот, и больше не было глаз, которые могли бы заметить её светлые волосы.

Тебе было тяжело. Правда?

Прошептала Анетт про себя, медленно моргнув. Мужчина, уткнувшийся лицом в её плечо, молчал. Он был измотан, и она, понимая это, тоже не решалась заговорить.

Она не смела говорить о том, чем пришлось пожертвовать, чтобы добраться сюда. Им оставалось лишь тихо опереться друг на друга, вынося тяжесть расплаты за всё содеянное.

Полная луна еще долго освещала им путь. Деревья отбрасывали длинные черные тени. Вдалеке время от времени протяжно выли волки. Две связанные вместе лошади неспешно брели по лесной дороге.

Казалось, этому лесу не будет конца. Лошади, хорошо видящие в темноте, шли по узкой тропе без остановки. Анетт проделала весь этот путь в полном молчании. Ездить верхом оказалось гораздо труднее, чем она себе представляла. От одной только необходимости держать равновесие в седле все мышцы её тела окоченели.

Они остановились лишь однажды. Когда луна полностью скрылась, а солнце еще не взошло, и наступила абсолютная тьма, в которой не было видно даже собственных ног, только тогда Райнгар ненадолго остановил лошадей. Напоив животных из ручья, они опустились под большим деревом. Закрыв глаза и прислонившись друг к другу, они пережидали эту последнюю темноту.

Вскоре, когда начал брезжить рассвет, они снова сели на лошадь, но теперь Райнгару даже это давалось с трудом.