Онлайн чтение книги Аннет Annette
1 - 14

Глава 14

— Возьми на себя командование пятью сотнями новобранцев. От набора до обучения — всё на тебе. Это очень пригодится тебе, когда займёшь это место в будущем.

Слова Дитриха вырвали Райнгара из задумчивости. Когда займёшь это место. Дитрих невозмутимо продолжал говорить вещи, в которые трудно было поверить.

— Будь Эрих жив, это место досталось бы ему, но теперь ты должен продолжить его дело.

— …….

— Кому ещё я могу со спокойной душой доверить свою спину, как не тебе?

Вместо поспешного ответа Райнгар отвёл взгляд. Через окно за спиной Дитриха виднелась стена заднего сада. За аркой, ведущей к казармам, просматривалась часть плаца. Там как раз шла перекличка после завтрака.

— Кстати, забавно, что ты переезжаешь в главный особняк. А меня вытеснили сюда.

Дитрих сменил тон на шутливый и заговорил бодрее. Главный особняк графа предназначался для лорда, старшего сына и вассалов. Второй сын, Дитрих, жил с женой и детьми отдельно, в этом флигеле.

— В любом случае, хорошо, что мы будем жить ближе. Меня всегда беспокоило, что ты живёшь в казармах.

— …….

— Это станет большим утешением для отца. И для меня тоже. Если ты будешь там, у тебя будет возможность присматривать, как поживает старший брат.

Вассалы замка Рот разделились на фракции вокруг двух кандидатов в наследники. Разделившись на «главный особняк» и «флигель», они тайно следили друг за другом. Дитриху, должно быть, интересно, с кем переписывается и встречается его брат Фолькер.

Значит, он предлагает мне стать шпионом.

— Вряд ли у меня будет такая возможность, особняк велик. Я буду целыми днями в лагере, а в комнату приходить только спать.

— А, ну конечно, только если представится случай. Специально стараться не нужно.

Даже получив решительный отказ, Дитрих не изменился в лице. Он улыбнулся так, словно ожидал этого, оставляя дверь открытой. Дело пахнет керосином. Райнгар понял, что началось перетягивание каната между двумя братьями графского рода.

— План набора новобранцев предоставь в ближайшее время. Кроме тебя поручить это некому, так что об отказе даже не думай.

— Слушаюсь.

— Хорошо. Можешь идти. Увидимся на ужине.

Дитрих с улыбкой кивнул. Ужин. Услышав это слово, Райнгар почувствовал себя странно, словно впервые узнал его значение. Для аристократов ужин был ежедневным собранием всей семьи, на котором присутствовали также вассалы и благородные дамы.

Графиня тоже будет. Как вчера.

— Да, командир. Разрешите идти.

Райнгар скрыл свои сложные чувства за почтительным поклоном. Поворачиваясь и выходя из кабинета, он чувствовал спиной пристальный взгляд. Впрочем, сколько бы Дитрих ни сверлил его взглядом, прочесть мысли Райнгара он не мог.

Но и Райнгар не мог видеть, что у того на уме, поэтому, чтобы избежать неприятностей, ему следовало быть предельно осторожным и бдительным.

***

Самым мучительным событием дня для Аннет, безусловно, была ночь с мужем. Следующим по степени пытки был ужин. Если ночь с мужем была подобна глотку из кубка с нечистотами, то ужин был подобен принятию ванны в этих нечистотах. Глоток можно сделать быстро, а вот купание длилось мучительно долго.

Сегодня Аннет, как обычно, отдалась в руки служанок, готовясь к этому грязному омовению. Она позволила им уложить волосы в прическу, надеть на неё платье и повесить на шею тяжёлое ожерелье.

Граф Рот, похоже, получал удовольствие, демонстрируя её людям. Вероятно, именно поэтому он вызывал портных, чтобы сшить ей множество платьев, и дарил драгоценности. Чтобы хвастаться принцессой Роана перед людьми. Словно редкой охотничьей собакой или породистым скакуном.

Когда туалет был завершён, граф приходил за ней в комнату. Это было единственное время, когда муж сопровождал её, но разговоров почти не велось. Аннет, опустив глаза и сомкнув губы, просто брала его под руку и шла в обеденный зал. Даже прикосновение через одежду было ей настолько противно, что по коже бежали мурашки.

— Лорд прибыл.

Даже в объявлении герольда её имя было опущено. На этом месте, где её полностью игнорировали, Аннет приготовилась терпеть долгое унижение и подняла голову.

И увидела неожиданное лицо.

В тот момент, когда она увидела его, сердце ухнуло вниз. Не успела она опомниться, как оно замерло. Почему этот человек здесь? Пока она задавала себе этот вопрос, пульс отдавался во всём теле.

Успокойся, Аннет Роан. Он что, съест тебя?

Мысленно одёрнув себя, она опустила глаза. Но даже отведя взгляд, образ мужчины остался перед глазами. Может, он бросился в глаза из-за одежды? Его простая туника без краски и чёрные штаны разительно выделялись среди роскошных дублетов аристократов. А может, просто потому, что его рост и мощная фигура подавляли всё вокруг.

— Стол полон. Приятно, когда семья растёт.

Довольно произнёс Галант Рот и двинулся вперёд. Следуя за ним, Аннет высоко подняла подбородок и опустила веки. Осанка принцессы была её второй натурой и последней гордостью.

— Познакомься, Райнгар. Это графиня Рот.

Когда граф вдруг представил её, она почувствовала унижение. Вчера за ужином он игнорировал её, словно она не стоила представления, а теперь вдруг решил проявить вежливость по своему усмотрению — это бесило. С чего бы вдруг. Хотя это обычное отношение.

— Это сэр Райнгар. Самый надёжный из моих рыцарей.

Тот факт, что граф представил его на тризенском, тоже был постыдным. Ей было стыдно и зло от того, что этот человек видит, как муж обращается с ней. Все здесь давно знали, что её ни во что не ставят, но почему сейчас сердце так бешено колотилось — она не понимала.

— Рада встрече, сэр.

Поэтому Аннет вела себя ещё более высокомерно. Она напрягла язык, стараясь чётко произнести жёсткие звуки тризенского, и, согласно этикету, первой обратилась к нему, протягивая правую руку. Поцелуй руки дамы был обязательным правилом вежливости.

Берта и Луиза, наблюдающие за этим, наверняка ухмыляются. Мужчины, возможно, тоже с трудом сдерживают смех. И всё же Аннет всегда протягивала руку новым знакомым, требуя поцелуя почтения. Те, кто видел Аннет впервые, не знали её истинного положения в этом доме и, помня о былом величии принцессы, охотно склонялись и целовали ей руку. Это была маленькая месть и гордость Аннет.

Но этот мужчина не склонился покорно.

Он стоял прямо, лишь опустив глаза на руку Аннет. Его опущенные веки и густые ресницы смутили её. Протянутая в пустоту руку выглядела нелепо, но убрать её сейчас было нельзя. Оставалось только надеяться, что он поскорее возьмёт её и поцелует.

— Для меня это честь, мадам.

Мужчина так и не коснулся её руки. Коротко ответив, он лишь раз поклонился, обозначив приветствие. Это было сухое приветствие, без поцелуя почтения и даже без зрительного контакта.

— Садитесь все. Подавайте еду.

При словах графа Аннет, наконец, сама убрала руку. Ей казалось, что она слышит насмешки наблюдателей. Делая вид, что ничего не произошло, она села на своё место, больно прикусив губу изнутри. И мысленно проклинала мужчину, севшего справа от неё, в самом конце стола на двенадцать персон.

Он проигнорировал меня.

Если подумать, это было ожидаемо. Этот человек прекрасно знает истинное положение Аннет. Он ясно видел, что её никто не уважает. Он даже ловил её, когда она бежала в одежде служанки. И после этого — какой авторитет принцессы?

Ах, глупая Аннет.

Сердце в груди колотилось. Лицо горело от стыда и чувства унижения. Она изо всех сил старалась казаться невозмутимой, взяла приборы и принялась за еду.

Всё это время она ни разу не взглянула на мужчину справа. Делала вид, что не видит движения его рук на периферии зрения, не слышит его голоса, когда он кому-то отвечал. Весь ужин Аннет была сосредоточена только на том, чтобы игнорировать Райнгара. Если он даже не смотрит на неё, будет справедливо отплатить ему тем же.

Так ужин шёл своим чередом. Аннет пропускала мимо ушей непонятные разговоры, привычно оставаясь в изоляции. Но каждый раз, когда собравшиеся смеялись, её ухо невольно поворачивалось вправо. Ей было совершенно всё равно, смеётся ли этот мужчина вместе с ними, но она не могла удержать своё внимание от того, чтобы раз за разом не соскальзывать в ту сторону.

***

— Мебель осталась на своих местах. Вещи сэра Эриха мы тоже не убирали. Убрали только одежду и личные письма.

Райнгар лишь кивнул на слова дворецкого, потому что сказать было нечего. Сказать «хорошо» казалось самонадеянным, «спасибо» — как-то нелепо. Как должен вести себя тот, кто занял чужую комнату и вытеснил вещи хозяина? Этому Райнгара не учили.

Поэтому он сделал вид, что осматривает комнату, и прошёлся по ней. Помещение, разделённое на гостиную и спальню, было просторным и на удивление роскошным. Огромная кровать, дорогая мебель, стол, украшенный искусной резьбой. Повсюду стояли серебряные подсвечники, сияющие белизной.

Серебряные подсвечники. Сын служанки и правда выбился в люди.