Онлайн чтение книги Город Ведьм City of Witches
619 Иллюзия Альбирео

1.

Глубокая ночь, когда уснули даже сверчки. Сиу в одиночестве переживал колоссальный хаос.

— Что же это творится.

Череда событий произошла совершенно против воли Сиу, и, как и судила Альбирео, это было не что иное, как попадание в водоворот «женских напастей».

— И с какой стати младшая тёща…?

Даже осознание этого не избавляло от замешательства. По обстоятельствам было очевидно, что подмена — дело рук Денеб и графини Йесод. Если рассуждать просто, то вывод напрашивается легко. Денеб хотела отношений с Сиу. Какие бы причины ни стояли за этим, она приняла все его действия. Более того, она без тени отказа приняла даже грубые отношения, обычные для графини Йесод. Её горячая реакция никак не походила на неохотное согласие на чрезмерные требования графини. Но если вернуться к исходной точке и спросить: «Разве младшая тёща способна на такое?» — снова возникала неясность. Может, есть что-то, что он упустил?

— Хфу… Жутковато.

В смятении чувств Сиу, находившийся в своём жилище в воздержании, чувствовал, как у него пересыхает во рту. В этом инциденте не было прямой вины Сиу. Но так или иначе, старшая тёща застала его в отношениях с младшей тёщей, и, если копнуть глубже, учитывая его сложнейшие любовные связи, была высока вероятность, что вина ляжет на него. Сколько людей, увидевших такую сцену, сохранят рассудок?

— Скрип

В этот момент дверь открылась, и вошёл человек. Сиу в состоянии крайнего напряжения медленно обернулся и к своему удивлению увидел Денеб. Он ожидал, что сейчас ворвётся Альбирео и вцепится ему в волосы.

— …

Она уже успела переодеться и накинула на плечи тонкую пелерину. Её осанка была осанкой знатной дамы, с явным намёком на стремление не выставлять свою кожу напоказ. Но человеческое сердце — противоречиво: чем больше она закутывалась, тем ярче всплывал в памяти образ её белоснежного обнажённого тела, увиденный в конце секса. Той самой Денеб, что лежала под ним, тяжело дыша, не замечая даже вошедшей Альбирео, и не отказывалась ни от каких действий.

Он отчаянно терпел позывы своего члена, который не мог удовлетвориться одним лишь семяизвержением. Но сейчас было не время для таких праздных мыслей. Аккуратно уложенные волосы в стиле шиньон без единой растрёпанной пряди, плотно сжатые губы, казавшиеся язвительными. Ни малейшего следа от того момента не осталось на Денеб.

— …

Скорее, она выглядела очень сердитой. Только сейчас ему в голову пришла запоздалая мысль. Почему он не учёл гнев Денеб? Почему он решил, что раз тогда всё было в порядке, то и сейчас, когда она пришла в себя, тоже будет нормально? Все его действия по отношению к ней были такими, что сейчас, в трезвом уме, становилось жарко от стыда. Даже если тогда, в пылу момента, всё как-то прошло, теперь, оглядываясь назад, Денеб могла рассердиться, и ему нечего было бы возразить.

— Сиу, встань прямо.

— Да.

Денеб приближалась твёрдыми шагами, её голос был острым, как тогда, до того как их поймали в аквариуме. Судя по прошлому опыту, такой темп и ритм шагов — подготовительное движение перед ударом по голени. Даже будучи духовным телом, боль всё равно чувствуется.

Он выпрямился, готовясь к удару по голени. И, как и ожидалось, носок туфли Денеб взметнулся.

— Тук

Этот удар разительно отличался от тех, что ему приходилось терпеть раньше. Едва заметная атака, больше похожая на лёгкое касание. Удивлённый, он поднял взгляд и увидел Денеб, скрестившую руки с надутыми губами, словно говоря: «В чём дело?».

— Забудь. В общем. Забудь всё, что произошло сегодня.

Денеб опустила взгляд, словно сам факт воспоминаний был постыдным.

Какая милая! Моя младшая тёща!

Не в силах сдержать любопытство, Сиу спросил первым.

— Что же произошло?

— …

На её лице было выражение, будто она хочет сказать сотню слов, но на самом деле ни одно не срывалось с губ. И это потому, что Денеб тоже была в смятении. Она ясно дала понять сестре, что не откажется от него, и планировала сегодня же вечером явиться к Сиу и устроить сцену. Но по дороге домой из особняка Йесод она отчётливо вспомнила, какие унизительные поступки совершала перед ним. Как устраивала вульгарное шоу мастурбации, произносила реплики вроде «Разве Денеб способна на такое?» и виляла перед ним хвостом. Как её хватали за грудь, дёргали за соски и так далее.

Ярко всплыли в памяти моменты, когда она, терпя немыслимые унижения, тяжело дышала от наслаждения. Это сработало как тормоз, не дав ей сорваться с места, и в голове закрутилась мысль: «А как он отреагирует, если Сиу подробно изложит всю правду?». Сиу наслаждается роскошной жизнью в гареме, но, как ни странно, моральные принципы у него довольно четкие. Разве не в ситуации, где, возможно, была на кону жизнь, он упорно отказывался вступать в связь с Денеб? Вероятно, именно потому, что Денеб — его младшая тёща. Способен ли он на предательство близняшек? Вряд ли. Напротив, её искренность может стать причиной отдаления его от неё. То есть нынешние отношения могут полностью разрушиться, а этого ей не хотелось.

— Во-первых, моя сестра не придёт. Я её хорошо уговорила.

Услышав это, Сиу облегчённо вздохнул. Видно было, что он сильно переживал. Изображая прежнюю холодность, Денеб непринуждённо произнесла ложь.

— Люси умоляла меня. Говорила, что для получения нового образца обязательно нужна моя помощь.

Она опустила часть о взаимной договорённости. Поскольку Денеб пострадала больше всех из-за этого сговора, она простит себе такую ложь.

— Так и думал.

— А всё, что я показывала, было притворством. Потому что ты не должен был догадаться.

— Аа.

— В награду за эту связь я получила немалую выгоду от графини Люси. Сестра тоже поняла и приняла это, так что можешь не волноваться.

Денеб пыталась запоздало исправить ситуацию. Эта искусная ложь заставила Сиу легко согласиться и кивнуть. Казалось, неуклюжая ложь вызывала у него больше доверия, чем необъяснимые внезапные действия Денеб. Чувствуя облегчение от этого, она в то же время ощущала горькую досаду.

— …

Если бы он сказал: «Не лги. Я знаю. Я знаю ваши чувства, леди Денеб», она бы сбежала с ним хоть на край света. Но она знала, что это невозможная мечта, несбыточная надежда.

— Рад, что ничего серьёзного. Я действительно был шокирован.

Её сердце почернело от боли, когда он сидел перед ней с ясным выражением лица, словно ничего особенного не произошло.

2.

Спустя три дня. Альбирео вызвала Сиу в свою комнату. Как бы Денеб ни просила не волноваться, говоря, что всё в порядке, она не могла избавить его от щемящего чувства вины. Сиу напрягся от неожиданного вызова.

— Здравствуйте. Вы звали меня.

— Да, проходи, садись, Сиу.

Альбирео, скрывая желание закричать «Верни мне сестру!», чинно скрестила ноги. Как и следовало ожидать. После того дня отношения между Денеб и Альбирео стали не просто натянутыми, а холодными. Они не ели вместе, избегали совместных распитий. При попытке заговорить Денеб надувала губы и убегала. Запоздалый бунт сестры, бывшей с ней одним целым, стал толчком к решительным мерам.

— Возьми.

— Что это?

Он посмотрел на аккуратно упакованный флакон на столе и спросил. Зеленоватая жидкость объёмом примерно 30 мл была самодельным зельем, модификацией существующего зелья Альбирео.

— Чудо-зелье для предотвращения возможных будущих инцидентов. Сначала садись. Думаю, разговор будет долгим.

— Да.

Альбирео провела рукой по волосам и начала говорить.

— Недавний неприятный инцидент с Денеб и мои наблюдения за тобой привели меня к одному выводу.

Сиу напрягся при упоминании того события. Младашя тёща говорила, что всё обойдётся и не о чем волноваться. Но сейчас, спустя три дня, внезапный вызов вызывал ещё больше беспокойства.

— Если ты, Сиу, не уверен, что сможешь контролировать свои порывы, то я должна вмешаться и помочь.

— Что?

— Это как надеть намордник на свирепую собаку. И это тот самый «намордник». Выпей.

— Не могли бы вы сначала объяснить? Цвет какой-то подозрительный, как будто от него заболит живот.

— Я добавила мятный ароматизатор. Просто выпей.

Под давлением Сиу закрыл глаза и проглотил зелье, дрожа всем телом от тошноты. Вкус был настолько отвратительным, что можно было поверить, будто неприятный привкус добавили специально, невзирая на мяту. Увидев, что он выпил до последней капли, Альбирео наконец начала объяснять.

— То, что ты выпил, называется «Зелье покорного мужчины». Оно ограничивает эрекцию, не затрагивая либидо. То есть, выпив его, ты не сможешь заниматься сексом.

— …Что?

— Не волнуйся. Я также приготовила антидот — «Император ночи».

— В этом названии есть что-то особенное…

Отложив в сторону странный выбор названий, Альбирео достала розовое зелье и потрясла им перед помертвевшим Сиу.

— Если в будущем тебе понадобится «Император ночи», доложи, с кем ты собираешься вступить в связь, и забери его. Близняшки не исключение. Раз в месяц я могу закрыть на это глаза, так что бери, не стесняйся. А после акта выпей это зелье снова передо мной.

— А это не слишком?

Сиу сразу же выразил своё неодобрение. Он и сам, видимо, чувствуя себя неловко, не стал открыто протестовать, но Альбирео понимала, что это грубое нарушение прав. Это всё равно что надеть на него пояс верности. Если бы это было фемдом-игрой между любовниками, ещё куда ни шло, но если ключ от пояса верности находится у тёщи, это превращается в головокружительный фарс. Но Альбирео уже стала невольной свидетельницей инцестуозного эпизода, которого не хотела бы слышать даже на радиошоу. Она вполне могла выдержать и такой фарс.

— Я больше не могу мириться с ростом числа твоих любовниц. К тому же, это позволит тебе избегать необоснованных требований вступить в связь.

— Конечно, эта мера слишком примитивна для степени нарушения прав.

Было ясно, что предлог, выдвинутый Альбирео, весьма шаткий. Если подумать, разве он не сможет обойти её, если захочет, если только Альбирео не будет дежурить у его постели во время секса? Но Альбирео верила в неумение Сиу лгать, если не в другое. Если он попытается заняться чем-то подозрительным, она сразу заметит это в момент, когда он будет забирать зелье. К тому же, это был способ полностью заблокировать оправдание Денеб «ради безопасности близняшек». А также способ предотвратить её попытки манипулировать им, если она тайно придёт к Сиу и воспользуется его слабохарактерностью. Если посмотреть так, то санкции направлены скорее на Денеб, чем на Сиу.

— Это ведь не так уж и сложно, правда?

Конечно, это также был хороший способ проучить непутёвого зятя.

— Хаа, как будто камень с души сняло.

Наблюдая, как Сиу уходит, не пикнув, Альбирео, которая каждый день подвергалась нападкам, наконец почувствовала облегчение от того, что ей наконец-то удалось дать ему взбучку.