Онлайн чтение книги Город Ведьм City of Witches
202 Те, кто едва не потеряли самое дорогое (1)

Шэрон сидела на краю своей кровати.

Смотря нее внешний вид, к Сиву будто бы вернулись воспоминания того дня, когда ее выгнали из жилища на крыше. Вот только сейчас она выглядела даже более подавленной, чем тогда. Ее когда-то живо струящиеся волосы смотрелись вялыми и лишенными блеска.

— …Сиву… — позвала она дрожащим голосом, при этом сама выглядя невероятно хрупкой.

— Мне сказали, что ты поранилась из-за меня… ты в порядке?

Он давно не видел ее в таком унылом настроении. Хотя Шэрон обладала некоторыми причудливыми сторонами, но вокруг нее всегда царила живая и энергичная атмосфера, как будто ‘никогда не унывать’ – это ее личный жизненный девиз. Сиву хотелось утешить ее, так что он сел рядом с ней на краюшек кровати.

Шэрон, услышав его слова, лишь покачала головой.

— Я в-в порядке… я н-не сильно пострадала, н-но…

Заикнувшись несколько раз, ее тело вздрогнуло, когда она мельком вспомнила ту шокирующую сцену. Ее голос и тело задрожали, как у пациента с переохлаждением, из-за чего она крепко сжала его руку.

— Я-я думала… что с тобой правда случится что-то плохое!.. Я думала, что ты… умрешь… *Шмык*!.. Ухх…

Ее плач почти что превратился в вой, и она в итоге упала на руки Сиву. Ее тело испускало свежий аромат, а благодаря объятию Сиву почувствовал всю ее мягкость.

Поскольку ее плечи затряслись от рыданий, он похлопал ее по спине, чтобы утешить.

— Мне было… так… так страшно! Я-я так перепугалась—! *Вааа*!..

— Все хорошо, все в конце концов улеглось, не так ли? Смотри, я совершенно здоров и невредим, правда?

— Н-но я… ничего не смогла сделать!..

Облегчение, бессилие, страх и отчаяние: все эти чувству одновременно переполняли ее сердце. Когда же к Шэрон немного вернулось спокойствие, она обнаружила себя крепко прижавшейся к Сиву. Одно то, что он обнимал ее так близко, уже приносило ей утешение.

Это ее поведение напомнило Сиву о его собственной беспомощности в те моменты, когда он чуть не умер. Он мог сопереживать ей, и поэтому его сердце тоже охватили эмоции. Гнев к герцогу Тиферет, заставившей Шэрон плакать, и благодарность к ней самой за такую сильную заботу: обе эти эмоции поднялись внутри него как приливные волны.

— Видишь? Со мной все хорошо, даже мои раны уже излечились. Так что давай успокоимся и отдохнем, хорошо?

— Ммм!.. Я-я попробую… успокоиться…

Тем временем близняшки, которые следовали за Сиву сзади, тихо наблюдали за происходящим из-за дверей.

— — …

Одиль подтолкнула Одэтт в бок, схватила ее за запястья и осторожно закрыла дверь. В свою очередь понимая, что сейчас было не время для шума, Одэтт немного помолчала, прежде чем нарушить тишину вопросом:

— Почему?

— Просто оставь Сестру. Сейчас ей нужно дать волю эмоциям больше, чем нам…

— Но я тоже хочу быть обнятой Страшим Братом…

— Разве ты не обнималась с ним только вчера?

— Это было для того, чтобы поквитаться с тобой, Сестренка!

Под эту вспыхнувшую ссору близняшки устроились в гостиной на диване.

Сегодняшний день для них также прошел нелегко. Когда они вспоминали сцену того, как Сиву беспомощно валялся на крыше в собственной крови, их сердца не могли не забиться быстрее. Эта картина будто бы воскрешала воспоминания того травмирующего опыта, встречи с Ведьмой Водолеем в Геенне.

— Ладно, сейчас Сестра нуждается в Ассистенте больше, чем мы. Нам нужно проявить внимательность.

— Но у меня плохое чувство из-за этого! Такое чувство, будто здесь что-то не так!

— У меня тоже, но что мы можем сделать? Ассистент всегда на нашей стороне, и этого никто не отменит.

Одиль узнала от своих наставниц о том, в каком состоянии находился Сиву при возвращении в современный мир. Он оказался в очень затруднительном положении, неспособный сформировать никакие нормальные отношения с окружающими по причине того, что его судьба оказалась оторвана от мира. Более того, ему пришлось сталкиваться с опасностью в виде Гомункулусов и злых Изгоев.

Когда она впервые увидела эту ведьму, то почувствовала себя так, будто оказалась предана Сиву, из-за чего даже немного разозлилась на него, однако в то же время она был немного благодарна Шэрон. Особенно после того, как Шэрон тут же бросилась на поле боя, лишь услышав, что Сиву остался там один. Одиль понимала, что, пока эта девушка будет рядом с Сиву, он больше не будет страдать одиночеством.

— Это то, что называется быть взрослыми.

— Хмм…

— Давай, Одэтт, почему бы нам лучше не посмотреть на новенькие пижамы?

— Ладно…

Пока Сиву успокаивал Шэрон, близняшки успели переодеться в только что купленные пижамы и устроиться на удобном диване, непринужденно болтая всю эту долгую ночь.

***

В филиале Кванхвамуна кипела бурная деятельность.

Впервые с момента своего создания филиалу пришлось столкнуться с такой огромной рабочей нагрузкой. Не только ведьмам, принадлежавшим к филиалу, предлагались огромные награды за их труд, но такое же отношение получали и Изгои.

— Сколько работы… — сокрушалась управляющая филиалом Суа, между тем массируя свои виски.

Большую часть для она проводила за ответами на поток жалоб, поступающих по Горячей Линии, из-за чего она не без справедливости ощущала, как потратила годовой запас умственной энергии. В конце концов, за один день погибло более трех тысяч человек, и эта катастрофа произошла в первую очередь по причине того, что нападающая сторона не установила ни один Межпространственный Барьер.

Филиалу пришлось манипулировать воспоминаниями более чем 15.000 тысяч человек. Правительству Южной Кореи также пришлось взять под свой контроль средства массовой информации и временно изолировать каждого свидетеля, включая полицейских и военнослужащих, развернутых в этом районе.

В отличие от прежних времен, когда слухи могли идти только из уст в уста, с появлением беспроводных сетей новости стали распространяться со скоростью лесного пожара, поэтому приходилось действовать быстро, чтобы этого не произошло. Борьба с таким масштабным инцидентом более чем напоминала попытку потушить лесной пожар с помощью единственного ведра воды.

Однако, несмотря на эти трудности, пусть и с трудом, но им все же удалось уложиться в срок. Десятки ведьм осуществляли массовый гипноз, чтобы манипулировать воспоминаниями людей, но из-за нехватки сил Кванхвамун сделал запрос о помощи другим филиалам. Учитывая, что филиал должен быстро реагировать на происходящее, а также направлять ведьм из других мест, положительный результат можно было назвать никак иначе, чем чудом.

Правительство решило обозначить этот инцидент как несчастный случай, вызванный утечкой газа. Вероятно, они возложили ответственность на какого-то архитектора или целую компанию, которой принадлежало здание. Лучшего варианта они не могли придумать, потому что корейское правительство, ровно как и другие державы по типу США, Китая и Японии, хотели избежать раскрытия миру существования ведьм. Это означало, что они не могли позволять иностранным СМИ раскрыть происходящее.

Конечно, учитывая характер этого инцидента, многие люди усомнились бы в произошедшем. Осознав эту подозрительность, некоторые индивиды даже попытались бы раскрыть правду. Но для этого им также приходилось полагаться на силу технологий. Ведь люди склонны доверять заявлениям правительства больше, чем зарубежным СМИ, даже если те подкреплены доказательствами, особенно когда последние утверждали о существовании каких-то чудовищ, сеющих хаос и убивающих все, что движется.

Со временем интерес и внимание к инциденту постепенно бы спал. Даже если потом появились бы новые голоса, их легко можно было бы отвергнуть как очередную теорию заговора, а также заставив его источник потерять во влиянии.

Именно так и текла история времени. Хотя в каждом произошедшем инциденте, за которым стояли Гомункулусы или Изгои-преступники, была своя причина, однако они еще ни разу не раскрыли общественности существование ведьм.

— Граф Денеб, на связи управляющая филиалом Суа.

[Я слушаю. Говорите.]

Однако во всем происходящем был свой положительный момент. Потому что в Корее как раз находилась граф Денеб, ведьма, обладавшая непомерной магией манипулирования разумом. Ее магия самосущности была способна воздействовать на тысячи, а то и на десятки тысяч людей, у которых не было магического сопротивления.

— Могу ли я узнать о текущей ситуации?

[Мы только что закончили лечить выживших внутри здания и в настоящее время занимаемся осмотром остальных пострадавших… нам понадобится примерно двенадцать часов на то, чтобы закончить с этим.]

— Пожалуйста, позвольте мне выразить глубокую благодарность за вашу помощь.

[На данный момент этого будет достаточно. Мы обсудим остальное потом.]

Суа прервала связь с Графом и позвонила герцогу Тиферет.

Вторым лучом надежды оказалась Элоа, которая оказалась в Корее, чтобы выследить сбежавшего Красного Рыцаря. Из-за использования завета она на время потеряла зрение, но после отдыха она сразу пошла искать виновника инцидента.

— Ваша Светлость, вы меня слышите?

[…Слышу.]

— Вы бы не хотели сделать небольшой перерыв?

Даже несмотря на свои обширные навыки выслеживания, Элоа еще ничего не обнаружила. Это могло означать как то, что вдохновитель умела заместила следы, так и то, что какое-то время не будет наблюдаться никаких непосредственных угроз.

Зная, что Элоа старалась изо всех сил, Суа предложила ей сделать перерыв, но ее ответ был как никогда твердым.

[Я буду продолжать поиски столько, сколько смогу.]

— Если вы так говорите, Ваша Светлость—

Однако связь внезапно оборвалась отрывистым и усталым голосом Элоа.

***

Элоа огляделась по сторонам с пустым выражением лица.

Всего сто лет назад эту восточную часть мира можно было назвать простой сельской местностью. В то время здешние достопримечательности перечислялись горами и полями. Однако теперь все полностью изменилось. Высокие, обращенные к небесам здания будто изгибали саму землю, чтобы вместить десятки себе подобных. И в этом замысловатом городском пейзаже, похожем на паутину, проживали миллионы людей.

Тем не менее, у Элоа не было такого настроения, чтобы предаваться сентиментальным чувствам по поводу этих перемен. Не говоря уже о том, что у нее не было даже сил на поиск виновника происшествия, хотя это и являлось ее главной задачей. Вместо этого она просто бежала по течению туда, куда ее несут ноги, при этом скрывая свои истинные эмоции.

— …

Она искренне считала, что нашла Эа Садалмелик.

Поставьте какого-то человека в ситуацию, в которой она находилась тогда, и он определенно разделил бы те же чувства, что и она, или как минимум с подозрением отнесся бы к мужчине по имени Сиву. Поэтому даже после произошедшего Элоа все еще не могла избавиться от подозрений в отношении него.

Однако…

Хотя возможно, что умерший враг всей ее жизни могла быть воскрешена, ей не удалось найти никакой мотивации, чтобы действительно воскресить ее. Все это из-за резких голосов, разносившихся из глубины ее измученного сердца.

«Э-это не много!.. У-у меня самой не много денег… н-но я дам их все вам! С-сиву не такой человек, который будет делать что-то настолько отвратительное… и-и я знаю, что вы хороший человек, Герцог… просто здесь возникло недоразумение… п-прошу, не делайте то, о чем вы потом пожалейте…»

Это слова принадлежали Изгою с волосами цвета хаки, которая была не против пожертвовать всем своим будущим ради спасения этого мужчины, отчаянно умоляя ее.

«Он близкий гость нашей семьи! Да я в жизни не поверю, что он связан с этим инцидентом! Он вообще не такой человек, который стал бы творить подобное!»

Эти слова прозвучали как результат редкого порыва графа Денеб, которая противостояла ей.

«Это вы сделали это с ним?»

Именно такие слова вырвались из уст ведьмы-подмастерье, которая обвиняла ее.

Она могла видеть свое отражение в напряженных глазах этой ученицы. В этот момент образ Рави совпал с ней. И в то же время до нее дошло, что она чуть не стала злодеем, которая собиралась лишить жизни кого-то дорогого этой девушки.

— Я… — Элоа опустилась на землю, обхватив себя руками.

«Я думала, что поступаю правильно…»

«Что, может, если я протяну руку помощи тем, кто потерял кого дорогого их сердцу, это хотя бы немного, не принесет им утешение…»

«Но сейчас… я… больше ничего не понимаю…»

Всевозможные границы ее мировоззрения, до этого кристально чистые, вдруг стали неясными.

Что было правильно, а что нет.

Что следует делать, а что не следует.

Справедливость и месть.

Жертвы и преступники.

Мудрость и высокомерие.

Сострадание и эгоизм.

Эти границы растворялись, словно бурля внутри нее в непонятном аморфном состоянии. Она чувствовала себя так, будто вот-вот провалится под землю.

«Я хочу убежать…»

«В любом случае, мне больше нет необходимости передавать свою стигму…»

«Ведь Рави Тиферет… моя единственная ученица…»

«И имя Тиферет… закончится на мне…»

— … Нет.

Элоа медленно поднялась. Со всей силой она собрала осколки своего разбитого сердца и укрепила собственную решимость.

Она знала, что это бесполезно. Безжизненная марионетка не станет живой только потому, что к ней привязали веревочки.

«У меня еще осталось то, что я обязана сделать.»

«Когда все будет исполнено, еще не поздно будет подвести итог.»

«Я еще не развеяла свои подозрения.»

«Так что… мне нужно найти этого мужчину…»

Элоа обратила свой взгляд вверх и взлетела в ночное небо Сеула, чтобы найти недостающее и довести дело до конца. Бледная луна, украшавшая эту беспросветную ночь, выглядела так, словно она беззвучно плакала.