Онлайн чтение книги Город Ведьм City of Witches
449 Воссоединение (3)

1.

Как только София Авенега, близкая подруга Амелии, которую Сиу давно не видел, заметила его, она тут же низко поклонилась, извиняясь. Несколько раз склонив голову, она также поблагодарила его за усилия, чтобы остановить Амелию, и пообещала компенсировать причинённый вред в будущем. Учитывая, что его действия частично стали причиной безумия Амелии, Сиу не мог ничего возразить. Хотя видеть, как профессор София берёт на себя ответственность, было приятно.

— Я не буду больше мешать вашему воссоединению. Но я хочу, чтобы вы знали, что я искренне сожалею обо всех неприятностях…

— Всё в порядке. Увидимся в следующий раз.

Он попрощался кивком головы и вышел из угла.

— ...

— ...

И вот она. Амелия, тихо сидящая на стуле. Её прекрасный облик полностью поглотил его внимание, и он даже не заметил цепи на её лодыжках. Она выглядела точно так же, как он помнил.

Сиу смотрел на Амелию. Амелия смотрела на него. Между ними повисло тяжёлое молчание. Время, остановившееся между ними, снова начало течь — это было точно. Неловкость и отчуждённость витали в воздухе, словно замёрзшая долина, только что оттаявшая с приходом весны. Но, как лёд, тающий со временем, эти чувства тоже могли исчезнуть. Хотя смогут ли они вернуть прежние отношения — Сиу всё ещё не знал ответа. Честно говоря, он даже не понимал, зачем пришёл сюда. Он не знал, какие слова могут утешить её — ту, что страдала от одной и той же боли снова и снова. Чёрт, он даже не был уверен, имеет ли право её утешать, но если он промолчит, ничего не изменится. Чтобы разрешить недопонимание или помириться, им всё равно нужно было поговорить.

— Итак, эм...

— Итак, эм...

К его удивлению, Амелия, казалось, думала о том же. Её хрупкие плечи дрожали, и те же самые слова сорвались с её губ.

— Т-ты первый, пожалуйста.

— Т-ты первая...

Повторилось снова.

— ...

— ...

Знакомая ситуация. Сиу уже сталкивался с этим раньше, когда Амелия взяла его в качестве своего единственного раба и вдруг начала относиться к нему мягче. Неожиданно Амелия протянула руку, её движения были скованными, будто у куклы, суставы которой не были как следует смазаны.

Она взяла левую руку Сиу своими тонкими, дрожащими пальцами. Осторожно, почти благоговейно, она провела по ней, словно верующий, коснувшийся руки Папы. Затем, стиснув зубы, она тихо спросила:

— Сиу... твоя рука... в порядке?

Её голос прозвучал холодно. Чрезвычайно деловито, почти как в те времена, когда они ещё не жили вместе в старой хижине. Даже сама Амелия широко раскрыла глаза, удивлённая своим тоном. Она не хотела звучать так. Просто пыталась подавить дрожь в голосе, чтобы он её не услышал.

— Да, всё в порядке. А как начет вас, мисс Амелия? С вами всё хорошо?

— Да. Не беспокойся.

Амелия отпустила его руку. Её действия словно говорили: «Я пытаюсь держаться на расстоянии». Это точно не походило на тёплые объятия после долгой разлуки. Раньше Сиу мог бы неправильно понять её и отдалиться в ответ. Но сейчас он знал: Амелия не пыталась оттолкнуть его, не разлюбила и не возненавидела. Она всё ещё чувствовала вину за его руку и не была уверена, хранит ли он обиду за прошлое. Поэтому не могла радоваться их встрече. К счастью, теперь Сиу понимал скрытый смысл её действий и то, что она чувствовала.

— Мисс Амелия.

Он придвинул стул и сел напротив. В тот же момент Амелия опустила голову. Сиу слышал, как её тихое дыхание стало сбивчивым.

— Прости меня.

— Я про...!

Она уже готова была выкрикнуть свои извинения, но Сиу опередил её. Амелия резко подняла голову. Под золотыми прядями, струящимися, как шёлк, в её глазах собрались капли росы. Она опоздала. Хотела заговорить первой, но вместо этого трусливо ждала, пока он что-то скажет. Хотя обещала себе быть смелой хотя бы сейчас.

— ...Это я должна извиниться... за то, что причинила тебе боль... Сиу...

Амелия продолжила, и её сдержанные эмоции вырвались наружу.

— Прости... за беспокойство... Я не знала... что сделала твою жизнь такой тяжёлой... Я вела себя... будто ты не страдал... Я правда... не хотела... чтобы ты страдал... или был ранен...

До этого она бесчисленное количество раз пыталась подобрать правильные слова. Но сейчас извинения, то, что она хотела сказать, попытки исправить все недопонимания — всё вылилось бесконтрольно, будто прорвало плотину. Её прерывистое дыхание тоже не помогало, слова становились всё менее разборчивыми. Честно говоря, Сиу мало что понял, но одно он знал точно. Амелия не была тем человеком, кто мог легко выразить эмоции в такой ситуации. Годы одиночества лишили её способности передавать чувства словами. Зато её расстроенное лицо, глаза, слёзы, жесты — всё это ясно говорило о том, что она хочет, чтобы он обнял и утешил её.

— Я знаю, мисс Амелия. Я всё понимаю.

Голос Сиу звучал мягко и нежно, будто он успокаивал испуганное животное. Он не хотел, чтобы она боялась его. Когда он впервые восстановил память, то не смог выслушать её. Тогда он чувствовал предательство и злость. Когда Амелия попыталась прижаться к нему, он оттолкнул её. Отнёсся ко всей её доброте с отвращением, будто это ничего не значило.

Да, Амелия была не единственной, кто убежал. Тогда, переполненный эмоциями, Сиу тоже отвернулся от неё. Если бы хоть один из них проявил зрелость и хладнокровие, чтобы начать нормальный разговор, ничего этого бы не случилось. Если бы он тогда просто выслушал её... Он не мог не думать: «Что было бы, скажи я ей тогда эти слова?».

— Я подожду, так что говори всё, что хочешь.

Он погладил её руку, мокрую от слёз.

— Я не оставлю тебя одну, не заткну уши и не убегу.

Сиу встал. Амелия удивлённо уставилась на него, гадая, что он задумал, а он просто осторожно раскрыл объятия и обнял её. Прижал её маленькую круглую голову к своей груди. Когда он был рабом, ему всегда казалось, что Амелия больше него. Конечно, не физически — она всегда была миниатюрной — но её холодное и властное поведение невольно заставляло его робеть. Но сейчас она казалась такой маленькой. Настолько хрупкой и беззащитной, что трудно было поверить, будто она всё это время страдала в одиночестве.

— Давай поговорим друг с другом как следует, хорошо?

2.

Амелия ещё глубже зарылась в его объятия. Даже когда между ними уже не осталось расстояния, она всё равно ухватилась за воротник Сиу дрожащими пальцами и прижалась щекой к его груди, оставляя следы слёз. Тем временем Сиу просто ждал, пока она выплачется, крепко держа её за плечи. Даже после этого Амелия всё ещё не могла чётко выразить свои чувства. Из-за рыданий её щёки и нос покраснели, она повторяла уже сказанное, иногда перескакивала с темы на тему, запутывая всё ещё сильнее.

Пока Амелия винила себя за неуклюжесть и непонимание собственного сердца, Сиу легко простил её. Он тоже рассказал о своих чувствах в момент их размолвки и признал, что его незрелость стала причиной случившегося. Он хотел донести: Амелия была не единственной, кто убежал. Ведь это он тогда отвернулся от неё и отказался слушать объяснения. Затем он рассказал, что видел её воспоминания. Узнал, какой жизнью она жила и какие раны носит в себе. Также сказал, что её понимание записки, которую он оставил, было совершенно неверным. И объяснил, почему не искал её: потому что решил, будто она отказалась от него после прочтения. Потому что думал, что она не захочет с ним встречаться.

Он рассказал всё. Кто знает, сколько времени прошло с начала их разговора. В какой-то момент тело Амелии, до этого напряжённое в его объятиях, расслабилось, будто кусочек сахара в чашке кофе.

— ...

Между ними воцарилась комфортная тишина. После того, как они поделились всем, что хотели, осталось только тепло, мягкое, как шерсть. В этот момент Амелия подняла глаза на Сиу.

— Сиу.

— Да?

— ...

Будто она наткнулась на утопию, о которой только мечтала, или увидела мираж, который исчезнет при прикосновении. Её тонкие пальцы осторожно коснулись его щеки. Несколько раз закусив губу, она наконец задала вопрос:

— Ты... не ненавидишь меня?..

— Нет.

— Даже после того, как мучила тебя? Делала твою жизнь невыносимой? Заставляла выполнять бессмысленные задания?.. Даже после того, как обманом заставила простить себя, когда ты потерял память...?

Этот вопрос уже звучал несколько раз за их разговор. То, что она задала его снова, показывало, как сильно она боялась услышать ответ.

— Я не прочитала записку... я лишила тебя руки... ты всё равно не ненавидишь меня?..

Сиу поправил её чёлку, слипшуюся от слёз. Они сидели так близко... Что он мог пересчитать её ресницы и разглядеть розовые губы. И тогда Сиу понял, как лучше всего развеять её тревогу.

— ...

— ...

Их взгляды встретились, дыхание замерло. Амелия быстро закрыла свои голубые глаза, но это не остановило дрожь в её теле. Она снова напряглась, крепче вцепилась в его воротник, её ресницы трепетали. Они чувствовали биение сердец друг друга через прикосновение. В этот момент они поняли, чего хотят. Поцелуя. Акт обмена дыханием. Лучший способ выразить привязанность и доверие.

Медленно они закрыли глаза и приблизились, как снежинки в тихую ночь. И в тот момент, когда их губы вот-вот должны были соприкоснуться...

Скрип!

Как испуганные вороны, Амелия и Сиу резко отпрянули друг от друга. Раздался звук открывающейся двери темницы, а затем голоса двух людей, спускающихся по лестнице.

Амелия, раскрасневшаяся, выпрямилась на стуле, а Сиу, чувствуя неловкость, слегка прокашлялся.

— О, ты очнулся, Сиу? Как самочувствие?

— Всё хорошо, спасибо вам.

Графиня Кохав и Альбирео пришли в темницу так поздно, чтобы продолжить допрос. Поскольку ведьмам не нужно спать, а все хотели поскорее закрыть дело, процесс шёл уже двое суток без перерыва.

— Хаа...

Альбирео перевела взгляд с Сиу на Амелию и вздохнула, будто всё поняла.

— Мы продолжим допрос баронессы Мэриголд. Посторонним просьба удалиться.

Графиня Кохав наклонила голову, сбитая с толку странной атмосферой, царившей между Сиу и Амелией, но вскоре вынесла свой хладнокровный вердикт.