Онлайн чтение книги Город Ведьм City of Witches
86 Незваный гость (7)

Незваный гость (7)

После захватывающего дух жеста в воздухе воцарилось холодное молчание. На самом деле Сиву был бы менее напуган, если бы Эа просто проявила ярость и напала. Но холодный сдержанный гнев горел из ее глаз и уперся прямо в него. Под этим взглядом он ощущал себя так, словно по его обнаженной коже ползет ядовитая змея.

 Но он давно лишился возможности бояться. Теперь он мог умереть в любой момент, даже используя свой максимум защиты. Гнев Эa за то, что она упустила сестер прямо из-под своих рук, а также за то, что была высмеяна таким постыдным образом, теперь обратился на Сиву. Все, что ему оставалось - это рисковать своей жизнью и бороться за малейшие возможности.

 Для этого он начал с того, что представил себе копье.

”Пхуум!"

 С одной его ладони поднялась черная тень и сформировала огромное копье длиной более пяти метров. Кавалерийское копье, созданное только для того, чтобы пронзить врага. Теперь он мог не расходовать ману на то, чтобы прятать свои тени, или тратить концентрацию на сложные трюки. Сиву пригнулся и бросился на Эа с заостренным копьем.

 Для ускорения движения он использовал все тот же Шаг водяной ящерицы. Копье было создано с наиболее возможной твердостью благодаря уплотнению теней в виде решетчатого молекулярного каркаса. Из-за его спины расправились угольные крылья, стабилизующие прямолинейное движение Сиву.

 В результате мгновенного ускорения будто сами часы остановили свой ход. Ветер отдавал по всему телу силой трения. До этого далекая дистанция между ними сократилась в один миг.

 “Я устала от этих игр”.

 Вокруг нее парили десятки развевающихся лент. Но на его атаку отреагировала лишь единственная из них. Только одна лента столкнулась с копьем.

 “Ах.....”

 Сиву застыл на месте. Еще три шага. Если бы он смог сделать еще три шага вперед, то наконечник копья достиг бы Эа. Но сейчас это расстояние было похоже на границу между землей и небом.

 “Я всего-лишь игралась, как ты сам сказал. Ты правда надеялся, что сможешь ранить меня?”

Теперь он держал в руках разбитое копье. Оружие, созданное с максимальной плотностью и с использованием кристаллический решетки после соприкосновения с лентой раскололось, как расщепленный бамбук. Опоясывающие руки рукавицы разлетелись в сторону, а кисти, держащие копье, была обезображены до такой степени, что было трудно распознать их форму. Если бы не защита доспехов и перчаток, в момент удара они были бы полностью оторваны.

 “Кхе… кхе...”

 Горячая кровь хлынула из его горла. Зрение окрасилось красным, а ноздри пронзил сильный запах железа. Сиву в непонимании посмотрел на свои руки.

 Там не было ногтей. Словно брошенные в машину для утилизации отходов, сломанные пальцы произвольно сгибались, и казалось, что если продолжат так двигаться, то завяжутся в узел.

 Болели ли они? Следовало ли вообще называть это ощущение болью? Нет, и более того, человеческие руки не были способны оправлять настолько сильные болевые импульсы.

 Его окончательная атака, в которую он выжил абсолютно все, была разбита вдребезги всего одной мрачной лентой. В первую очередь следует отметить, что удары, которые производила Эа ранее, а Сиву едва мог блокировать, с ее точки зрения были лишь немного достаточными, чтобы развеять скуку.

 Подавляющее различие в рангах, не скрываемое с самого начала, приоткрыло разницу между ними. Он давно принял этот факт. Что в конце концов не сможет даже прикоснуться к ней. И все же он решил не сдаваться.

 “Кхее! Кхаа! Кххх...!”

 Изо рта хлынула новая порция крови. Когда заклинатель вынуждено теряет контроль над использованным заклинанием, то ему приходится платить за это определенную цену. Вот почему Сиву не переставал выхаркивать кровью на грязную землю. Кровь, образовавшая лужу размером с подушку, была смешана с плотью неизвестного происхождения.

 Черная броня, облегавшая тело, давно исчезла. Мана в его теле была полностью истощена. Еле как стоящие на коленях ноги были жесткими, как бревно, и вообще не желали двигаться. Слух на одно ухо был потерял с самого первого удара. Кровь в глазах застыла и слиплась, из-за чего он не мог как следует их открыть. Пальцы превратились в гротескный человеческий боди-арт. Вместе с каждым биением сердца в его голову отдавалось гудение, резонирующее, как барабан, что раскалывало черепную коробку.

 Но все было хорошо. Он сделал более чем достаточно.

 Какой еще мужчина-раб смог бы так обломать изгоя? Эа встала напротив Сиву. И посмотрела на него сверху вниз свирепым взглядом.

 “Где близнецы?”

 “Я не зна...”

 Она даже не стала дожидаться ответа Сиву, и ставший на его туловище острый носок каблука ударил в солнечное сплетение. Он не смог издать ни писка. Она не ударила его посредством магии, но даже такой по идее рассеянный удар, попав в жизненно важную точку, заставил голову Шиву опустеть.

 “Ах, вот же. Я словно умираю от досады.”

 Звук скрежещущих зубов донесся до его скорчившейся головы.

 “Мне выпал такой шанс отомстить… но ты все испортил.”

 Тонкие пальцы схватили Сиву за волосы и с силой приподняли голову.

 “Ну и как ты это исправишь? Как ты собираешься компенсировать мне? Теперь ты меня рассердил! Настолько, что я скоро сойду с ума!”

 Тоненькая рука Эа ласкала окровавленную щеку Сиву. Острые ногти большого пальца медленно начали впиваться в его левый глаз. Адреналин, который на время помог подавить боль, оказался ничем по сравнению с мучением, приносимым разрыванием его глазного яблока. Очень скоро из его открытого рта вырвались тихие стенания.

 “Это… ххх… угм… это… аах...”

 “Да, да, это так прекрасно. Не останавливайся, плачь еще милее.”

 “Это... чертовски... приятная... щекотка...”

 Вялый, но ядовитый взгляд Сиву, интуитивно почувствовавшего скорую смерть, тем не менее уперся прямо на нее.

 “По правде говоря, мне не особо нравиться заканчивать веселье настолько быстро. Но видимо, скоро вернется твоя хозяйка.”

 Рука Эа вылезла из его глазницы, прихватив с собой раздавленный глаз, капающий кровью с кончиков пальцев. Прядь черной ленты медленно направилась к его пустой глазнице.

 “Хей, посмотри кто пришел”.

 Сиву ясно видел появившегося мрачного жнеца. Но в этот самый момент барьер вздрогнул, и внутрь вошла женщина. Ее волосы и одежда были взъерошены из-за того, как сильно она спешила. Ему на мгновение подумалось, что это не та Амелия, какой он ее знал.

 “Сивууу...!”

 Лицо Амелии побледнело от осознания того, что сейчас происходило между Сиву и Эа.

 “Пока-пока”.

 Как будто она ждала, пока Амелия выкрикнет имя Сиву, лента с острым шиловидным кончиком пронзила пустое отверстие.

 “Ах.....”

 Из его глаз, носа и рта начала выливаться кровь в больших объемах. Алая жидкость выхлестнула так, словно был открыт краник, а еще она была смешана с другой скользкой прозрачной жидкостью. Мысли галопом начали проскакивать в его пронзенной голове, точно лошади, бегущие последний раз в жизни.

 Шин Сиву, близняшки выбрались из барьера, Садалмелик у фонтана, я разрешу тебе кончить мне на лицо, хочу кока-колы, люди жаждут удовлетворения, луна в Геенне такая красивая, Ведьма Творения, значение длинны окружности Pi, 3,14159265355820.....3025... что было дальше? Ах да... 152674450, сколько цифр ты запомнил, первые 999999, точка Фейнмана, шепот, открой свои глаза, не забывай, песнь о свободе, в Айн снова родятся тени, это тело будет гореть вечно.

 Темнота.

 “Приятно познакомиться с вами, барон Мэригольд”.

 Пронзив его глазницу вплоть до мозга, Эа отбросила бездыханное тело, словно куклу, и раскрылась для объятий, как бы приветствуя долгожданную добычу.

…

Бежать, бежать, бежать. Сотни микроскопических частиц окутали тело Амелии. Она летела в десятки раз быстрее, чем позволяло заклинание Шаг водяной ящерицы.

 В ее груди росло желание. Точно так же, как центробежная сила становится тем сильнее, чем больше она вращается, в ее голове прочно формировалась и затвердевала мысль.

 “Сивуу… Сиууу… Сивууу...!”

 Как будто произнося это имя, она чего-то искала. Она словно хотела передать его именем эти новые чувства. Благодарность, извинение. И… Бесстрашие.

Ей больше не страшно, ведь под восходящим теплым солнечным светом ее нервозность и беспокойство не только не исчезали из сердца, но даже заменялись уверенностью в том, что она может все.

 Каждый раз, когда ее пальцы ног касались земли, под ними конденсировались и взрывались бесчисленные светлые частицы. Амелия рассекала небо, подобно птице.

Теперь в поле ее зрения появился особняк, в котором она некоторое время жила с Сиву. Он все еще здесь? Возможно ли, что он убежал? Амелия ускорила свой ход. И она заметила нечто странное.

– Дрыг!

 На одно мгновение она могла наблюдать мембрану в виде кувшина, окружающего особняк. Она очень быстро стала полупрозрачной, а затем вернулась к своей первоначальной прозрачной форме.

 “Э-э....?”

 Амелия бежала по полю, не сбавляя скорости. Ей не потребовалось много усилий, чтобы идентифицировать прозрачную мембрану.

 Это был двусторонний барьер. Она представляла собой уникальную магическую формулу, блокирующую внутреннее пространство от внешнего мира. Судя по тому факту, что по неизвестной причине она не обнаруживала никакого ощущения неуместности или искажения восприятия до тех пор, пока барьер не был пробит, эта магическая формация явно не была низкоуровневой.

 “……”

 Внутри нее нарастала тревога. Двусторонний барьер подобного рода в основном используется ведьмами, чтобы избежать неприятностей в современности. Но здесь Геенна. Не было необходимости скрывать от глаз изгоев или гомункулусов тот факт, что кто-то является ведьмой, а также сводить к минимуму влияние магии на мир.

 Тогда откуда в особняке Амелии появился барьер? Определенно ради того, чтобы скрыть факт использования мощной магии внутри него.

 “Сиву...!”

 Итак, кому было выгодно скрывать магические волны здесь, в Геенне? Изгою. Этим проклятым ведьмам.

 Амелия почувствовала, как ее зрение темнеет. Женская фигура начала передвигаться по воздуху еще быстрее, чем раньше.

 Внешне особняк за барьером был таким же, как обычно. Однако это был своего рода камуфляж, скрывающий ненормальную ситуацию внутри. Вытянув руки, она испустила с кончиков пальцев бесчисленные сгустки частиц и разорвала барьер.

 Когда Амелия пробилась внутрь, первое, что она увидела, это разрушенный тайфуном сад. Ухоженные деревья были вырваны с корнем и раскиданы по всей земле, газон испорчен настолько, что обнажал почву. Далее она увидела ведьму, чья личность была неизвестна, а также удерживаемого ею полумертвого Сиву.

 Его ужасный вид невозможно было выразить словами. С головы до ног нельзя найти такого места, которое не было бы запятнано красным.

 “Сивууу...!”

 Амелия протянула руку в надежде успеть использовать магию. Магическая энергия, заключенная в матке, подобно капелькам воды быстро вскипела и сконцентрировалась на протянутой ладони. Сейчас все, о чем она могла думать - это вырвать его из рук этой ведьмы. При появлении Амелии Сиву посмотрел на нее единственным функционирующим глазом.

 “Пока-пока”.

 Прежде чем губы шевельнулись, чтобы что-то сказать, направленная в сторону глазницы лента пронзила его голову. Она прошла так же легко, как вилка втыкается в мясо, и вошла в лицо без сомнений глубого. Она хотела умолять, чтобы изгой остановилась. Ведь не было времени защитить его магией.

 Когда ведьма повернулась в ее сторону, нанизанный на ленту Сиву уже висел на кончике черного орудия. Подброшенный в воздух труп полетел к Амелии. Она рефлекторно протянула руки, чтобы принять его бездыханное тело.

 “Приятно познакомиться с вами, барон Мэригольд”.

 Она обняла тело, пропитанное кровью, потом и неизвестной липкой жидкостью. Его плоть дрожала, как умирающее насекомое. Изо рта текли пузыри крови, а в пустой глазнице соединились остатки стекловидного тела, нервов и кровеносных сосудов.

 “Аа, аа, аа, аа...”

 Прошедшие события походили на ужасный кошмар.

Почему? Почему это произошло? Я ведь еще не извинилась. Еще не сказала ему 'спасибо'. Даже не сказала ему, что отправлюсь вместе с ним наружу или что хочу быть с ним вечно.

 “Кхи, стой… я, я вылечу… я вылечу...”

 Белые частички, исходящие от тела Амелии, покрыли тело Сиву. Но она не была ведьмой, специализировавшейся на исцелении. И так, было невозможно залечить рану такого масштаба без минимального оборудования, независимо от того, какую другую ведьму-не-целителя поставить на ее место.

 Кстати, та жидкость, которая смешалась с кровью и текла через нос и рот, называется спинномозговым ликвором. Она вытекала, потому что изгой пронзила Сиву до мозга. Даже если удастся поддерживать основные функции организма, его жизнь все равно будет продолжать утекать безостановочно и бесповоротно.

 “Ааах... аа... почему… почему?… сейчас… когда я хотела сказать… хотела сказать тебе...”

 Все, что она могла делать, это держать его в своих объятьях. Ее небесно-голубое платье также покрылось пятнами крови.

 “Я Эа Садалмелик, изгой, которая явилась ради кражи твоей стигмы. Во время своих исследований я наткнулась на одно препятствие, но совершенно случайно мне на руки попали твои духи. Как оказалось, они мне немного помогли.”

 “……”

 “Вижу, ты очень сильно дорожишь этим рабом, так ведь? И слава богу. Он кричал имя Мэригольд до самой смерти! Прошу, спаси меня! Мастер Мэригольд! Мне тааак больно! Я немного облажалась, что убила его так рано. Надо было показать тебе его крики сначала.”

 Дрожь в теле Сиву прекратилась. Пока Эа что-то говорила, Амелия гладила его по щеке. Его лицо обильно багрового цвета стало пугающе холодным. Как будто она трогала не кожу, а гипсовую повязку.

 У нее сдавило в груди. Боль утраты близкого перехватила дыхание, даже не дав времени задуматься о боли.

 И опять все обернулось так. Останусь ли я опять одна?

 Амелия нежно обняла Сиву. Одиночество, которое она считала своим знакомым, теперь превратилось в одинокую черную розу, распустившуюся в полном цвету в ее сердце. И на этой розе, подобно утренней росе, цвел яд по имени гнев.

 “Уааааа”.

 От беззвучно произнесенного заклинания глаза Амелии начали светиться лазурным светом. Что такое магия для Амелии Мэригольд? Она является для нее печальным стихотворением, написанным в знак скорби по ушедшим.