Онлайн чтение книги Город Ведьм City of Witches
Глава 44 - Мы не будем единственными (2)

аждое утро близняшек начинается в 6 утра в одной постели. Их пробуждает звук щебета птиц за окном. Всю ночь горевшие в камине кипарисовые дрова уже превратились в золу и приветствовали их запахом потрескивающих углей.

 “Доброе утро, Одэтт”.

 “Доброе утро, сестренка”.

 Одиль и Одэтт встали со своей просторной кровати и одновременно потянулись. Когда они немного согревались от принятия душа в лучах утреннего солнца, льющегося через окно в крыше, как две катающиеся по кровати гибкие кошки, испытываемая ими скованность от долгого сна полностью исчезала.

 В конце концов, духовное тело ведьмы-подмастерье не являлось полностью цельным. Поскольку они унаследовали лишь сосуд клейма, то их метаболизм был устроен иначе, чем у ведьмы, чье время полностью остановилось. Следовательно, рост, старение, что все так же прогрессировали во времени, а также сон - все они были необходимы.

 Так что близнецы продолжали постоянно ложиться спать в одиннадцать часов и просыпаться в шесть утра. Одиль, уже некоторое время медленно потягивающаяся, неторопливо бросила взгляд на Одэтт.

 “Ты хорошо спала?”

 “Нет, у меня почти вообще не было сна в глазу. Как насчет тебя?”

 “У меня тоже самое. Кажется, я заснула лишь тогда, когда луна прошла через второе окно.”

 Такое состояние было очень необычно для близнецов, которые засыпали, как только клали головы на подушку. Все-таки, они вдвоем не были достаточно зрелыми для того, чтобы не волноваться перед предстоящим крупным событием.

 “Ты не забыла?”

 “Насчет сегодняшнего дня?”

 Близнецы переглянулись и медленно кивнули.

 – Прыг!

 “Доброе утро, госпожа Одиль. Вы хорошо выспались, госпожа Одэтт?”

 “Доброе утро, горничная Галина”.

 “Доброе утро, леди Галина”.

 Дверь открылась вместе с входом в комнату Галины, женщины средних лет в очках с толстыми стеклами. Еще до момента рождения близнецов она находилась в статусе главной горничной, обслуживающей всю семью. Старая служанка Галина заботилась об Одиль и Одэтт с тех самых пор, когда они не могли ходить, и она была одной из немногих, кого Одиль и Одэтт боялись больше всего, потому что несмотря на свою добродетельную внешность она производила сильное и резкое впечатление.

 “Сегодня вы особенно активны с самого утра”.

 “Ночью мне приснился очень приятный сон!”

 “Мне тоже!”

 Четыре горничные прошли мимо Галины, так же обменявшиеся с хозяйками короткими утренними приветствиями. Одна из них отдернула занавески на восемнадцати окнах, а еще одна собирала простыни с кровати, на которой Одиль и Одэтт проспали всю ночь. Две другие надели тапочки на болтающейся на кровати ножки близнецов, после чего расчесывали их взъерошенные волосы.

 Хотя им все равно придется еще раз расчесать их после того, как они помоются в утренней ванной. Даже будучи в молодом возрасте, ведьма из графского дома не должна терять своего достоинства в тот момент, когда она проходит по коридорам особняка.

Что им там говорили об этом? С тех пор как они были маленькими детьми, их уши жалили нотациями о том, как они должны сохранять достоинство, о чем они вдвоем думали как о досадной помехе.

 “Было ли что-то особенное во вчерашнем дне или что-то, что беспокоило вас прошлой ночью?”

 - спросила Галина, озадаченная сегодняшним оживлением молодых близнецов. Одиль, чьи глаза встретились с глазами Одэтт, вышла на передний план. Настоящим лидером в подобных вопросах была скорее Одиль, чем робкая Одэтт.

 “Главная горничная! Я хочу вас кое о чем побеспокоить.”

 “О чем? Госпожа Одиль, мне придется вам сказать это, но катание на лошади без седла по холмам Менделя или поездка на пикник на ужасающее болото Фаммель, а еще такие просьбы, как желание посетить Пограничный город - абсолютно неприемлемы. Сегодня у вас запланированы занятия в академии с 4:00. Вы ведь помните, не так ли?”

 “Конечно, мы не забыли”.

 Одиль без всякой причины дотронулась до подола своего платья, после чего открыла рот.

 “Вообще-то, мы хотели бы сегодня угостить Доцента Амелию чаем”.

 "Неужели?"

 Морщинистые глаза Галины сверкнули за толстыми стеклами очков. Одиль, без всякого предупреждения получившая удар под дых этой маленькой реакцией, как можно незаметнее съежилась всем телом. Далее эстафету взяла Одэтт и вместо нее продолжила объяснение.

 “Конечно, нашему профессору и так трудно в нашем обучении. Мы собираемся угостить ее чаем, чтобы у нее не болело горло во время лекции.”

 “Аааа....!”

 Галина раскинула руки к небу преувеличенным жестом, как театральная актриса, а затем с пугающей быстротой бросилась к ним и обняла Одиль с Одэтт.

 “Госпожа Одиль, госпожа Одэтт. Когда вы успели вырасти настолько порядочными ученицами? Эта Галина так счастлива видеть вас двоих такими взрослыми, что не знает, как унять свое старое сердце”.

 “Ха, это да…не так ли...?”

 “Да, определенно. В вашем желании естественно нет ничего такого”.

 Галина, не подозревая о тайных чувствах маленьких близняшек, долго гладила по затылкам Одиль и Одэтт и словно захлебывалась от накатившей ее радости. Когда близняшки, которые всегда были необузданными лошадками, казалось, выросли, она испытывала такое же счастье, как родитель, увидевший собственных детей повзрослевшими.

 “Тогда я лично приготовлю чай. Следует ли мне подать его в термосе?”

 “Да, мы просим вас об этом”.

 “Хорошо, тогда вам двоим следует сначала пойти принять ванну”.

 Служанки быстро и с опытом отвели близнецов в ванную.

  На самом деле распорядок дня близнецов не сильно поменялся. Во-первых, в наикратчайшее время их отвели в находившуюся в пристройке ванную. В общей сложности в баню зашли четыре служанки, по двое на каждую девушку.

 Не считая ведьм, в благородной семье Джемини в общей сложности было более 50 слуг. Одиль и Одэтт даже не приходилось поднимать руки, когда они принимали душ или переодевались. Все потому, что вокруг них хлопотали их помощницы.

 Когда Одиль села в сделанную из аметиста табуретку для ванны, ей на волосы налили теплое ароматическое масло. Одна из личных фрейлин Одиль, Печа, побрызгала лосьоном и мылом на голову и тело Одиль, а затем медленно расчесала волосы гребнем с широкими зубьями. У ног другая фрейлина, Лена, тем временем брызгала водой на ноги Одиль.

 “Госпожа Одиль, нормальная ли температура воды? Дайте мне знать, если вам слишком холодно или жарко”.

 “Да, она очень теплая”.

 Печа, усердно расчесывавшая ее, взъерошила волосы Одиль рукой.

 “Уфф ~ Миленькая госпожа Одиль, почему у вам такие красивые волосы?”

 “Печа, пожалуйста, воздержись от разговоров о том, что я милая. Я должна выглядеть порядочной леди”.

 “Но ты такая миленькая, не так ли, Лена?”

 “Да, у меня проскакивает одна неуважительная мысль, но каждый раз, когда я обслуживаю мисс Одиль, мне хочется положить ее в свою сумку и забрать домой. Моим родителям, бабушкам и дедушкам, а также младшим братьям и сестрам вы бы очень понравились”.

 “Я уверена, все будут удивлены и подумают, что ты принесла огромную куклу”.

 “О чем ты говоришь! Я полностью уверена, что все будут трепетать перед достоинством и харизмой нашей госпожи Одиль”.

 Печа и Лена хихикали, гладили и ласкали Одиль, сколько им душе угодно.

 Сначала все они были служанками, которые боялись Одиль и Одэтт. Однако, как бы ни было страшно осознавать это, близняшки на первый взгляд казались требовательными, но были безобидными хозяевами, из-за чего горничные пристрастились проявлять свою привязанность к ним так, как будто они заботились о щенках. В частности, Печа и Лена были заняты тем, что подшучивали над Одиль когда приходили вместе в безлюдные места, например, в ванную. Хотя было бы неловко, если бы вечно придирчивая главная горничная Галина застала их за таким поведением.

 То же самое относилось и в отношение Одэтт. Среди горничных Одиль была в положении строгой, но милой маленькой сестренки, в то время как Одэтт была доброй и наивной, что пробуждало желание защитить ее.

 “Маша, я хочу тебя кое о чем спросить”.

 “Да, мисс Одэтт, спрашивайте меня о чем угодно”.

 Маша ухмыльнулась, положив руку Одэтт на шею и начав делать ей массаж.

 “Хм... Как бы это сказать”

 Одэтт, прильнувшая слегка назад, задрожала от приятной прохлады.

 “Я о той книге, которую позаимствовала недавно”.

 “О, инструкция для первой ночи?”

 “Есть ли у тебя еще… еще… больше...”

 ”Еще, еще, больше?"

 - спросила ее Одэтт, смущенно съеживаясь всем своим телом.

 “Мне стало интересно, есть ли у тебя что-нибудь еще...”

 Она понимала, что подобное было довольно неловко говорить вслух. Из-за того, как Одэтт медлила со словами и потирала при этом коленками, Маша будто получила разряд током и провизжала на свою коллегу Веру.

 “Ты видела? Ты видела это? Посмотри, как говорит наша мисс Одэтт. Кажется, что со мной разговаривает щеночек. Боже, как мне быть!”

 “Маша, госпоже Одэтт давно пора интересоваться такими вещами”.

 “Я не про это!”

 “Госпожа Одэтт, ваше лицо краснее весенней клубники. Мне так и хочется укусить вас.”

 “Оооу… Пожалуйста, не дергайте меня за щеки”.

 Маша, нежно расчесывавшая волосы Одэтт, прошептала ей на ухо.

 “По правде говоря, я недавно получила книгу в городе Таро о некоторых чувственных вещах”.

 "Эй! Маша! Тебе нельзя говорить о подобном с мисс Одэтт!”

 “В чем дело? Вера, мы проходили через этот разговор несколько раз. Ты сама знаешь, что мисс Одэтт тоже уже все понимает. Мы же не можем вечно чрезмерно опекать ее.”

 Спустя некоторое время после завязавшейся дискуссии между Машей и Верой, Одэтт пришла в замешательство.

 “Так о чем ты хотела мне рассказать?”

 “О ведьме, которая интересуется чувством любви и устраивает сладкие свидания с красивым доставщиком молока. Госпожа Одэтт, вы бы тоже хотели об этом прочитать?”

 “Я сама впервые слышу об этом”.

 Даже привыкшая держать язык за зубами и следящая за своим поведением Вера начала шептаться, тем самым показывая, что она тоже хочет принять участие в этом веселом разговоре. Такого рода светские беседы доставляли им большее удовольствие, чем обычные сплетни.

  Несмотря на то, что в этом скучном мире было не так много развлечений, не то, что в современности, разговоры на сексуальные темы всегда интересовали девственниц.

 “Другими словами...”

 “Донжуан и... она… кончил?”

 Шепот шепот шепот.

 “Да, и еще с младшим братом...”

 “С младшим братом...? В одной постели...? Итак, два парня и девушка...?”

 Шепот шепот шепот.

 “Да, так и было! И еще была одна ведьма, служанка казановы.... шлепал ее по заднице!...”

 “Какое кощунство!”

 Ванна закончилась на том, что Одэтт долго приходила в ужас от услышанного возмутительного сюжета. Одиль с любопытством посмотрела на особенно раскрасневшиеся щеки Одэтт.

 После окончания банных процедур пришло время украсить цветы в пышный букет. Близнецы перешли в гримерную комнату и сели перед туалетным столиком. Служанки принялись тщательно расчесывать влажные волосы близняшек с помощью магии.

 После приведения волос в порядок боковые пряди, смоченные в воде с помощью нагретой до соответствующей температуры укладки для волос, были скручены в кудри, а челке был придан достаточный объем, чтобы элегантно завершить укладку волос.

 Далее пришло время подобрать наряд. Перед этим главная горничная вошла в гримерную близняшек, которая была украшена, как мастерская для кукол. Фрейлины, до этого хихикавшие над тривиальной болтовней, подобно моллюскам закрыли рты. На самом деле, для них похожая на тигрицу Галина была более страшной, чем главная ведьма.

 “Мы опустим сегодняшнее приветствие, потому что госпожа Джемини сегодня отсутствует”.

 “Прошу прощения, но где наш учитель?”

 “Я не слышала подробностей, но по всей видимости в 'Ёнгсан' произошел инцидент с магическими силами, поэтому она лично отправилась на проверку”.

 “Так она в Ёнгсане?”

 “Да, но в любом случае...!”

 Галина хлопнула в ладоши, чтобы тем самым поменять атмосферу. А все потому, что она по опыту знала, что если она будет занята за поддержанием темы разговоров близнецов, то это затянется на долгое время.

 “Как я говорила раньше, сегодня урок игры на фортепиано у мистера Келвина продлится с 8:00 до 10:00, практическая лекция по приготовлению зелий с 10:30 до 1:00 от ведьмы Аурелиан, приглашенной из Изумрудной скрижали, после чего у вас будет обед. После кушанья у вас с двух до трех часов дня запланирован книжный клуб с участием Хэтуэй, где вы сможете насладиться чаепитием. Вы так же должны посетить занятия в академии четырех до семи часов вечера. Сейчас вам нужно позавтракать, так что у вас нет свободного времени. Поторопитесь”.

 “Галина, можем ли мы пропустить книжный клуб? Я не прочла ни одной книги. Мисс Хэтуэй иногда так расстраивает.”

 “Уфф, так ненавижу учиться...!”

 Как только они услышали приготовленное для них грандиозное расписание, Маша и Вера принялись останавливать Одэтт от катания по полу.

 "Ни за что! Если вы собираетесь унаследовать имя великой Графини Джемини, то вы должны быть более искусными и образованными, чем любая другая ведьма-подмастерье.”

 “Но, исключая выходные, разве мы не ходим на занятия более восьми часов каждый день? Кроме того, знаете ли вы, сколько домашних заданий нам выдает профессор Амелия?”

 “Именно, Галина, это настоящее психическое насилие над ребенком”.

 “Молчать!”

 Как только Галина прикрикнула и приоткрыла глаза, близнецы тут же замолчали. Приглашение самых умных людей каждой области в особняк для чтения частных лекций. Такова была повседневная жизнь близняшек.

 Когда они просыпались по утрам, их груди набухли от издевательств профессора Амелии. Близняшки стали угрюмыми, услышав об их плотном графике.

 “С каких это пор Одиль и Одэтт стали вести себя как дети? Не забывайте, вы двое - благородные леди, и должны вести себя соответствующе. А теперь поторопитесь и идите в столовую. И еще, Печа!”

 "Слушаюсь!"

 “Не забывай следить за своими словами. Для госпожи Одиль полезно поддерживать близкие отношения со своей фрейлиной, но я надеюсь, что она не будет позволять слишком сильно выставлять на показ свой характер!”

 “Я поняла....”

 Казалось, что для них настал очередной скучный день, но это пока они не пришли в академию.