Онлайн чтение книги Предрасположенность: Хаос Affinity:Chaos
200 Клянусь всеми блестяшками мира!

Грей успел вовремя выкатиться из зоны поражения, но едва он вскочил на ноги, как увидел летящую прямо в него белую вспышку. Не успел он и глазом моргнуть, как удар пришелся точно в грудь.

Бах!

Тело Грея пулей отлетело назад, и Войд лишь сокрушенно покачал головой, глядя на злоключения хозяина.

Пока юноша кувыркался по земле, уворачиваясь от ледяных шипов, ему приходилось лавировать между деревьями, не поднимаясь в полный рост. И по иронии судьбы он выкатился аккурат под ноги своему мучителю.

Аэтонт, только что прекративший изрыгать ледяной луч, мгновенно хлестнул своим заснеженным хвостом по наглецу.

На таком расстоянии у Грея не было ни единого шанса среагировать. К счастью, юноша обладал не только стальными мышцами, но и заступничеством невидимого покровителя: дракону велели не убивать парня, иначе тот удар просто переломал бы ему все ребра, несмотря на всю его хваленую закалку.

Бух!

Грей с силой врезался боком в дерево и сполз на землю.

Войд мгновенно атаковал, надеясь отвлечь Аэтонта и выиграть для друга хоть пару секунд, но из-за колоссального разрыва в силе его быстро прижали к ногтю. Ледяная колонна, выросшая из земли, подбросила кота и швырнула его прямиком в Грея.

Юноша, едва успевший подняться, был вынужден ловить летящий пушистый снаряд. От неожиданности он не успел сгруппироваться и просто подставил руки. Удар не только заставил его пошатнуться, но и отозвался резкой болью в груди — старая рана от хвоста дракона дала о себе знать.

— Кха… — он невольно застонал, и лицо его исказилось от боли.

«Войд, а давай ты вернешь ему кристалл? Я тебе даже разрешу стащить ту блестящую корону у императора, честное слово!» — едва обретя равновесие, Грей попытался воззвать к совести кота. Сейчас это казалось единственным разумным выходом.

Поначалу он думал, что дракон будет не сильнее того квазидракона из лаборатории — мол, помучаемся, но выстоим. Но реальность оказалась куда суровее. Грей уже тысячу раз пожалел, что не остановил Войда силой. И пусть это было бы почти невозможно из-за кошачьих прыжков в пространстве, он бы хоть знал, что сделал всё, что мог.

Кто знает, вдруг бы и получилось?

«Блестящую корону?» — переспросил Войд, и в его голосе прорезался азартный интерес.

«Черт! И зачем я это ляпнул?» — запоздало спохватился Грей.

Теперь придется за версту обходить императорский дворец, иначе Войд втянет его в такие неприятности, из которых и за сто лет не выбраться. Самое смешное, что самого императора Грей видел лишь однажды, и тот был без короны — так что юноша даже не знал, блестит она или нет.

«Ага, корону. Только верни этот камень, чтобы мы отсюда живыми убрались. Ты же понимаешь, что мертвым котам блестяшки ни к чему?» — продолжал уговаривать Грей.

«Да я бы с радостью, но правда — нет у меня кристалла! Он просто испарился!» — Войд чуть не плакал от обиды.

Он точно помнил, что не доставал камень из хранилища. Как он мог исчезнуть из запертого «кармана»?

«Войд, кончай паясничать, дело серьезное! Верни побрякушку, пока ящер из нас отбивную не сделал!» — Грей начал выходить из себя.

Он не мог позволить коту и дальше творить что вздумается, особенно когда на кону их жизни. Слава богу, он спровадил Клауса и остальных — впятером они, может, и продержались бы дольше, но в итоге дракон всё равно бы их раздавил.

Зато теперь, оставшись вдвоем, Грей мог в любой момент активировать Состояние Слияния и дать деру, не боясь кого-то бросить.

«Да я серьезно! Он пропал! Клянусь всеми блестяшками мира!» — заверещал Войд, на ходу выпуская в Аэтонта струю тьмы.

Поскольку они общались мысленно, их диалог занял доли секунды, хотя со стороны могло показаться, что они ведут долгую беседу.

Грей сотворил огромный валун и запустил его в дракона.

«Погоди… ты это серьезно?» — уточнил он, прислушиваясь к чувствам кота.

Грей не был уверен, не водит ли его питомец за нос, но раз уж Войд решился на такую клятву — а блестяшки для него были святыней, — значит, он не лжет. Впрочем, тень сомнения всё же осталась.

«Конечно! Я еще столько всего блестящего не видел, помирать мне никак нельзя! Я правда обыскал всё хранилище — кристалла нет», — клялся Войд.

«Странно… Если его нет у тебя, а дракон продолжает погоню — значит, и к нему он не вернулся. Тогда где он? Может, ты его выронил, пока мы бежали?» — Грей был в полном замешательстве.

«Мы же были вместе! Ты видел, чтобы я что-то доставал?» — Войд посмотрел на хозяина как на идиота, исчез и возник за спиной Аэтонта, накрыв его трехметровым облаком тьмы.

Дракон широко разинул пасть и выпустил струю льда, которая начала методично «пожирать» черное марево.

Тьма стремительно сжималась, и через три секунды от неё не осталось и следа. Но ледяной поток Аэтонта не иссяк, продолжая нестись прямо на Войда.

Грей не остался в стороне, ударив сразу тремя стихиями.

Сначала он воздвиг мощнейшую каменную стену, а затем выпустил в дракона молнию и поток огня. Удары шли с флангов, но это было еще не всё: в воздухе вспыхнули два синих символа — огненные инскрипции Грея.

Знаки выплюнули по огромному огненному шару: один метил в хвост ящера, другой — в спину.

Это была классическая атака с четырех сторон. Грей надеялся, что хоть один удар пробьет чешую или хотя бы заставит монстра пошатнуться.

«Войд, давай еще раз!» — скомандовал Грей, решив повторить их коронный трюк.

Ледяное дыхание Аэтонта врезалось в каменную стену ровно в тот миг, когда четыре атаки Грея достигли цели. Заметив угрозу, ящер снова окутал себя защитной сферой.

Войд, исчезнувший за секунду до этого, материализовался снаружи щита и ехидно прищурился. Дракон не собирался попадаться на одну и ту же удочку дважды.

Он мгновенно выскочил из сферы, следуя за собственным ледяным потоком прямо на Грея.

Всё произошло настолько быстро, что едва Войд успел переместить все атаки Грея внутрь сферы, как дракон её покинул.

Грей и Войд синхронно улыбнулись.

Аэтонт и не подозревал, что юноша приберег пятый удар и третью инскрипцию. Символ даже не успел вспыхнуть — Войд «припрятал» атаку в пространстве в тот самый миг, когда она сорвалась с пальцев Грея.

Бум!