Онлайн чтение книги Предрасположенность: Хаос Affinity:Chaos
396 Он мой друг!

— Всё еще не закончил? — поинтересовался Грей.

— Сейчас, еще самую малость, — отозвался Клаус.

Клаус сидел на земле, скрестив ноги, в то время как Грей неустанно следил, чтобы ни одно вражеское заклинание не подобралось к нему слишком близко.

Он даже прикрыл глаза, будто вокруг и вовсе не кипело сражение.

Кивнув, Грей вновь сосредоточился на схватке, начертав в воздухе две инскрипции для отражения вражеского напора.

По счастью, среди нападавших не оказалось Элементалистов Земли, иначе те без труда достали бы Клауса, столь беспечно устроившегося прямо на голой почве.

Юноша был на грани слез: он люто ненавидел Клауса, но бессилие — невозможность даже задеть врага — доводило его до исступления.

Но пуще всего бесила та небрежность, с которой Клаус развалился на земле.

«Да вы издеваетесь! Мы тут с тобой насмерть бьемся! Какого хрена ты расселся на этой гребаной земле?!»

Сам он находился лишь на Ступени Тайны и, видя мощь Грея и Клауса, не мог сдержать жгучей зависти.

Будучи явно старше обоих юнцов, он с горечью наблюдал, как те на равных противостоят самому старосте.

Староста отказывался верить своим глазам: вот уже пять минут они безуспешно бились о защиту Грея.

«Как он может быть настолько силен?» — в потрясении вопрошал он себя.

И не он один задавался этим вопросом — те же мысли терзали и остальных горожан.

Пусть Грей и не переходил в наступление, ограничиваясь защитой, все понимали: в поединке один на один он не оставил бы им ни шанса.

Большинство из присутствующих он мог бы уложить одним-единственным ударом.

Лишь староста да еще пара-тройка бойцов могли бы выстоять против него, да и то недолго.

Никто из собравшихся не верил, что сумел бы удержать оборону так, как это делал Грей.

Однако юноша не просто защищал себя — он бдительно оберегал покой Клауса.

Пыл горожан начал угасать: когда бьешься с противником, которого заведомо невозможно одолеть, желание продолжать схватку пропадает само собой.

Лишь безумец станет тратить время на заведомо проигрышное дело, и, видя нежелание Грея нападать, люди поспешили ретироваться, пока была такая возможность.

Но стоило им начать отход, как тишину прорезал издевательский хохот.

— Ха-ха-ха! Да! Папочка в деле! А теперь, уродливый ублюдок, можешь начинать рыдать! — Клаус ткнул пальцем в сторону своего оппонента.

Юноша вздрогнул и поспешно попятился; судя по выражению лица Клауса, перед ним был форменный психопат.

— Блядь! — невольно выругался Грей и посмотрел на Клауса.

— Что? — отозвался Клаус.

— Чего ты подпрыгиваешь? Я чуть заикой не остался, — проворчал Грей.

— Это всё потому, что я теперь на восьмой стадии Ступени Истока! Теперь я тебя одним щелчком уложу, — похвастался Клаус.

— Да неужели? Попробуй для начала сдержать натиск полусотни человек, а как закончишь — обсудим наш поединок, — съязвил Грей.

Клаус выглянул из-за плеча друга и, оценив толпу, снова повернулся к нему: — Знаешь... пожалуй, продолжай в том же духе.

— А ты чем займешься? — со вздохом спросил Грей.

— А я пойду поквитаюсь с тем придурком, — Клаус указал на юношу, который продолжал пятиться.

Нападения прекратились. На лицах горожан застыло горькое разочарование.

Против лома нет приема: священную реликвию опустошили прямо у них на глазах, а сил помешать этому святотатству у жителей попросту не хватило.

Староста с мрачным видом взирал на Грея и сияющего от счастья Клауса.

Спокойствие Грея он еще мог принять — тот не выказывал радости по поводу случившегося, а его отказ от нападения говорил о том, что юноша не злой человек.

Но Клаус... в его глазах плясало такое неприкрытое ликование, что староста вновь пожалел о сорвавшемся жертвоприношении. Он ведь просто хотел избавить мир от этого безумца!

— Юноша, зачем ты водишься с таким паршивым типом? — спросил он, глядя Грею прямо в глаза.

— Он мой друг, — ответ Грея был кратким и простым.

Лишние слова были ни к чему. Староста понимал: пока Грей рядом, Клаус им не по зубам, и от этого на душе становилось совсем тоскливо.

— Это кого ты тут паршивым типом назвал?! — возмутился Клаус.

— Забирай своего дружка и проваливайте из нашего города, — сокрушенно выдохнул староста.

Одолеть их было невозможно, а значит, и продолжать бой не имело смысла.

Потеря энергии камня была тяжелым ударом, но староста понимал: если Грей разойдется не на шутку, город может не досчитаться многих жителей.

А уж теперь, когда в драку готов был ввязаться и этот безумец, шансы на успех и вовсе стремились к нулю.

— Прошу прощения за беспокойство, — Грей подошел ближе к старосте.

— Вот, это должно хоть немного возместить ущерб, — Грей выудил из кармана небольшой кошель.

Он бросил кошель старосте. Тот поймал его на лету и заглянул внутрь: там лежали пять камней эссенции воды высшего ранга.

Староста спрятал подношение, и Грей, посчитав инцидент исчерпанным, развернулся к выходу.

На губах старосты заиграла зловещая ухмылка, и он атаковал Грея в спину.

Но едва удар должен был настигнуть цель, зрачки старика расширились, и он сам кубарем отлетел назад.

Бум!

Он повалился на землю, судорожно хватаясь за грудь.

Грей обернулся, и его взгляд был подобен льду: — Повторишь — и ты покойник.

— Клаус, идем, — бросил он, подходя к другу.

— Да я еще даже не успел этому ушлепку бока намять! — возмутился Клаус.

Не тратя времени на споры, Грей сцапал Клауса за шиворот и поволок за собой.

— А ну пусти! Я и тебе наваляю! — тут же заверещал Клаус, отчаянно брыкаясь.

— Староста, мы что, правда их так просто отпустим? — подскочил к старику тот самый юнец.

— Нет.