Онлайн чтение книги Предрасположенность: Хаос Affinity:Chaos
301 Он мой друг

Грей замер в той же позе, небрежно сжимая рукоять меча. Его расправа над двумя девушками была проста и эффективна: взрывная скорость, и ничего лишнего.

«Моя физическая мощь сейчас где-то на уровне Пятой или Шестой стадии», — прикинул он, глядя на онемевшую троицу.

Гвардейцы смотрели на него с нескрываемым ужасом. Скорость незнакомца парализовала их волю: с такой реакцией он мог уклониться от любого их выпада, даже не вспотев.

— Погодите, он еще и маг молнии! — воскликнул второй парень в отряде.

В первый раз Грей использовал начертания со стихией огня, но его клинок был окутан электрическими разрядами. Это отчасти объясняло его невероятную быстроту, но лишь отчасти. В конце концов, магов молнии в мире хватало, но таких скоростей никто из присутствующих еще не видел.

Грей двигался как минимум вдвое быстрее любого практика своего уровня, если не больше.

Командир и Джоанна осознали это лишь после слов напарника, и ледяной холод страха вновь сковал их сердца.

— Господин, мы не знаем, зачем вы понадобились наследному принцу, но нам был дан четкий приказ доставить этого юношу с собой, — лидер мгновенно сменил тон на заискивающий, пытаясь вернуться к дипломатии.

Демонстрация силы Грея буквально раздавила его, и единственным желанием гвардейца было оказаться как можно дальше от этого места. Он не принадлежал к числу фанатиков, готовых с радостью сложить голову за интересы короны. Дома его ждала семья, скоро должна была состояться свадьба — умирать за чужие амбиции в его планы не входило.

— О, какая жалость. А мне бы очень хотелось узнать причину, — Грей сокрушенно покачал головой.

Он почти потерял к ним интерес. Юноша-то думал, что против него выставили элиту, верных псов принца, готовых на всё, а они оказались обычными людьми, пасующими перед превосходящей мощью.

— Господин, мы лишь исполнители, нам ничего не известно. Я вижу, что с этим парнем вас ничего не связывает, так стоит ли ссориться с наследным принцем из-за постороннего? — снова завел свою волынку командир.

Он до смерти боялся Грея, но надеялся, что, раз тот не знаком с Рейнольдсом, его удастся уговорить не вмешиваться. В конце концов, кто в здравом уме станет наживать врага в лице принца ради первого встречного?

Грей тихо усмехнулся: — Но принц ведь ничего не узнает, если вы ему не расскажете, верно?

— Клянусь жизнью, никто из нас и словом не обмолвится о том, что вы убили наших товарищей! Я скажу...

— По-моему, ты не совсем уловил мою мысль, — Грей бесцеремонно оборвал лидера, который уже был готов принести любые клятвы.

— А?!

— Я к тому, что если никто из вас отсюда не выйдет, то и рассказывать принцу о нашей встрече будет некому, — произнес Грей таким спокойным тоном, будто речь шла не о жизнях людей, а о погоде.

— Никто не расскажет...

— Вот именно, — Грей кивнул Джоанне, единственной, у кого хватило духу ответить на его вопрос.

Зрачки командира и девушки расширились от ужаса, а на лице третьего гвардейца проступило отчаяние.

Грей, пожалуй, был единственным практиком Ступени Истока, способным заставить троих противников — двоих своего уровня и одного на стадию ниже — чувствовать себя так, будто они сражаются с кем-то, кто на целую Ступень выше их. Разрыв в силе был просто чудовищным.

— Господин, не слишком ли это жестоко? Мы ведь вам ничего плохого не сделали. Убивать нас ради незнакомца... зачем? — взмолился лидер, не желая верить в неминуемый конец.

— Всё просто: он мой друг, — рассмеялся Грей и откинул капюшон, скрывавший лицо.

С того момента, как юноша появился на поляне, он не переставал их шокировать, но это откровение стало последней каплей. Увидев под плащом почти безупречное юное лицо, гвардейцы остолбенели не меньше, чем когда он расправился с их соратницами. Они никак не могли сопоставить этот благородный облик с образом беспощадного убийцы, который уже сложился в их головах.

Грей был полной противоположностью тому монстру, которого они себе вообразили. И, судя по всему, он был даже чуть моложе Рейнольдса.

— Друг? Так значит... ты и есть тот самый, кого ищет Император! — в полнейшем неверии воскликнул командир.

Почти все в имперской гвардии знали об облаве на некоего юношу. Подробностей не разглашали, но было известно, что он инскриптор и за ним стоит могущественный наставник.

Когда отряду приказали схватить Рейнольдса, им сообщили, что тот водит дружбу с тем самым таинственным подростком.

— А я-то, дурак, еще гордился, что за мной сам наследный принц охотится, — хохотнул Рейнольдс, подходя к Грею.

— Хех! Учись, салага. Меня вся империя ловит, тебе до такого уровня еще расти и расти, — с напускным пренебрежением отозвался Грей.

Его физиономия вызвала у Рейнольдса новый приступ смеха: — Соскучился я по тебе, дружище. Но если серьезно — ты что, Императору в суп плюнул?

— Понятия не имею. Пытался вытрясти правду из новых наставников в Академии, но те сами ни сном ни духом — просто исполняют приказ, — Грей задумчиво нахмурился.

Друзья совершенно игнорировали гвардейцев, застывших в паре метров от них. Те же были слишком потрясены, чтобы даже попытаться сбежать.

«Что же это за учитель такой, раз вырастил подобное чудовище?» — этот вопрос не давал им покоя. Они вспомнили о землях испытаний, о которых слышали от начальства, но отказывались верить, что причина такой силы лишь в них. Там были сотни учеников, но никто из них не показывал столь запредельной мощи.

Пока гвардейцы наблюдали за перепалкой друзей, их ждал новый удар по нервам: прямо из воздуха соткался иссиня-черный кот и уютно устроился на плече Грея.

— Как это?.. — только и смог выдавить командир.

Таинственность юноши перед ним росла с каждой секундой. Лидер был на Пятой стадии Ступени Истока, и пусть он уступал Грею, слабаком его назвать было нельзя. Всё его внимание было приковано к парням, и если бы кто-то приблизился на высокой скорости, он бы это почувствовал. Но до появления Войда он не уловил ни малейшего колебания энергии.

Пока он гадал, как можно материализоваться из ниоткуда, Грей снова повернулся к ним.

— Ну а теперь — пора заняться этими ребятами, — произнес Грей, и от него волной разошлась плотная жажда крови. Он не собирался выпускать отсюда никого живым.