Контент удален!

— Хотелось бы, чтобы у неё был талант.

Артезия впервые заговорила об образовании Летиции.

Она старалась не говорить о будущем ребёнка преждевременно. Она не хотела делать это дважды, потому что однажды уже совершила ошибку, заявив, что владеет будущим ребёнка как своим собственным.

Летиция должна иметь возможность свободно играть, быть сильно любимой и свободно расти. Конечно, ей придётся учиться ответственности, но она не будет навязывать ничего сверх этого.

Но если позволить себе немного жадности, она надеется, что Летиция будет человеком, способным хорошо управлять собой.

Она хотела, чтобы та умела самостоятельно шагать вперёд, а не быть тем, кто с трудом берёт на себя ответственность.

Седрик улыбнулся.

— Мел будет хорошим учителем. Не волнуйся.

Артезия кивнула.

Седрик опустошил тарелку с запеканкой. Затем он весело сказал:

— Пойдём прогуляемся? Если ты сможешь идти.

— Да.

— После того как доешь остальное.

Артезия медленно доела остатки рагу по его просьбе.

Седрик встал первым и протянул руку. Артезия взяла его под руку и встала.

— Подожди.

Прежде чем Седрик согнул руку, он тщательно закутал Артезию в меховую накидку поверх её плаща.

Артезия улыбнулась.

— Ты привык.

— Я беспокоюсь о тебе больше, чем о Тише.

— Я не так уж часто кашляю.

— Если шея замёрзнет, быстро простудишься.

Артезия на мгновение заколебалась. Она колебалась не из-за того, можно ему или нет. Она знала, что Седрик сделает это несмотря ни на что.

Если уж на то пошло, это тоже было её право как жены.

Она всё ещё не привыкла отдавать своё тело его порыву. Старые привычки замедляли её, хотя она знала, что не нужно думать, просчитывать и осторожно двигаться шаг за шагом.

Был спокойный вечер, но она быстро отбросила мысли. Она обвила руками его шею, прежде чем Седрик успел отстраниться.

— Тия?

Седрик позвал её слегка удивлённым голосом. Артезия опустила глаза и сказала:

— Согреться можно не только так.

— Что случилось?

Седрик улыбнулся и обхватил рукой спину Артезии. Артезия расслабилась и опёрлась на него, и её тело упало в объятия Седрика.

— Просто. Или пойдём гулять?

— Ты умеешь заводить людей.

Он завёл другую руку под колени Артезии и легко поднял её.

— Я могу идти.

— Я просто делаю это, потому что хочу.

Сказал Седрик и пошёл внутрь. Артезия уткнулась лицом в его шею.

Слуги тенью прошли вперёд и открыли дверь.

На самом деле, в гостиной рядом со спальней Хейли и Хейзел ждали, потому что им нужно было кое-что доложить Артезии. Но когда они вышли в коридор, они тихо склонили головы и сделали шаг назад.

Когда они вошли в спальню, дверь бесшумно закрылась. Седрик уложил Артезию на кровать и наклонился над ней.

— М-м-м…

Второй поцелуй за день был сладким и нежным.

Рука Седрика сняла с головы Артезии украшения. Её длинные золотистые волосы, мерцающие в свете свечей, скользнули по спине.

— Ах…

Артезия тихо застонала, когда он, придерживая её за спину, уложил на кровать.

— Пожалуйста, погаси свет.

— Минуту.

Седрик приподнялся, поцеловав Артезию ещё раз.

Погасив свечу на ближайшем прикроватном столике и все огни по другую сторону, он вернулся — белый лунный свет проникал сквозь большое окно.

Артезия всё это время неподвижно лежала в кровати. Её волосы разметались по постели, и в лунном свете лицо казалось ещё белее.

Седрик вернулся в кровать и нежно погладил её по волосам. Артезия позвала его, широко раскрыв объятия.

Он охотно погрузился в них.

***

Гость с Севера прибыл месяц спустя.

На этот раз представителем вассалов, призванных из Эфрона, была Мел Джордин.

— Давно не виделись, ваше величество.

Мел опустилась на одно колено и вежливо поклонилась. Платье, которое было на ней, было простым, но элегантным одеянием, подобающим фрейлине императрицы, но, возможно, из-за её внешности она выглядела как рыцарь.

— Добро пожаловать.

Артезия поприветствовала её с мягким лицом. Мел раньше никогда не выезжала с Севера, так что это была их первая встреча за четыре года.

— Ты, должно быть, много работала. На Севере многое изменилось.

— Всё милостью вашего величества императрицы. Он полон жизни, так как значительное число купеческих гильдий приходило и уходило из цитадели.

Поскольку это было официальное место приветствия, она отвечала Артезии только так. Потому что её работа как старшей фрейлины великой герцогини Эфрона заключалась в заботе о цитадели.

На самом деле ей нужно было многое увидеть и сделать. Статистика уже была передана, но перемены, происходящие на Севере, не ограничивались цитаделью.

От врат Толда до самых южных деревень больше людей, чем когда-либо, покидали свои деревни в поисках новой работы.

Распространение новых культур увеличило население. Торговцы зерном с Запада поднялись на Север.

За последние два года даже в деревне, отрезанной снежной бурей, не было голода. Меньше младенцев, рождённых зимой, умирало.

Перемены в северной деревне были ещё более разительными.

Началась также разработка рудных жил, которой пренебрегали из-за нехватки рабочей силы. Некоторые быстро реагирующие управляющие даже предложили инвестиции.

Многие в цитадели считали распространение мелбона случайностью. На Западе было больше людей, чем на Севере, которые почитали Артезию как Святую.

Магистраты хвалили влияние великой герцогини, но они знали только о том, что она усовершенствовала административную систему и оживила торговлю.

Когда Седрик стал императором, Север стал ещё более оживлённым. Не многие знали, какую роль во всём этом сыграла великая герцогиня.

Но Мел знала, какие нити Артезия тянула за кулисами.

Инцидент с погибшим младшим не остался незамеченным в её сердце. Но она испытывала к Артезии такое уважение, что не могла удерживать это в своих чувствах.

— Должно быть, было трудно ехать издалека, так что сначала отдохни. До сих пор во дворце императрицы не было старшей фрейлины, так что у тебя будет много работы.

— Я беспокоилась, что Хейли из-за своей неопытности могла нести службу вашему величеству ненадлежащим образом.

— У Хейли есть своя роль. Тебе предстоит делать другое. Вместо того чтобы дать тебе награду, думаю, я снова попрошу тебя поработать.

— Приказывайте мне всё что угодно. Я полна решимости сделать всё возможное ради императрицы и императора.

Манера её речи была определённо как у рыцаря, Артезия улыбнулась.

— У тебя есть много историй, так что я позже выделю время ещё раз. Хейли, пожалуйста, проводи Мел в её резиденцию и расскажи о дворце.

— Слушаюсь, ваше величество.

Хейли вежливо склонила голову в знак приветствия.

Артезия сказала перед тем, как Мел вышла:

— Ах, Летиция очень интересуется новыми людьми, прибывающими во дворец императрицы. Ей особенно хочется увидеть твоих детей, так что, пожалуйста, пойми меня, если она вдруг ворвётся к тебе.

— Мы все с нетерпением ждали дня, когда увидим принцессу.

С улыбкой ответила Мел. И вышла из гостиной Артезии.

Хейли скривилась, пока они не отошли от гостиной, и направилась к покоям Мел.

— Комната готова. С чего мне начать передачу дел?

— Не нужно торопиться, Хейли. Что ты так хмуришься?

— Сестра, может, и не осознаёт, но ты сейчас находишься в самом адском месте Столицы.

Не один и не два человека жаждали узнать, что может измениться во дворце императрицы.

До сих пор должность старшей фрейлины во дворце императрицы официально отсутствовала. Когда требовался церемониальный ранг, учитывая возраст, на первом месте была госпожа Кейшор, а на деле Хейли исполняла обязанности старшей фрейлины.

Среди служанок не было борьбы за власть или соперничества за благосклонность.

Госпожа Кейшор вошла во дворец как няня Летиции с самого начала, а Хейзел и Миэль очень зависели от Хейли.

Ей нечего было сказать о леди виконтессе Пешер, которая должна была пробыть здесь лишь какое-то время.

Но теперь во дворце императрицы появилась официальная старшая фрейлина. Более того, это была графиня Джордин, прибывшая с Севера.

Возьмут ли северяне инициативу во дворце императрицы в свои руки? Подчинятся ли фрейлины старшей фрейлине, которой до сих пор не было и которая фактически новая, гладко?

Сможет ли Мел Джордин взять на себя светское общество от имени императрицы?

Было бы ещё интереснее, если бы родные сёстры поссорились из-за власти во дворце императрицы.

Мел даже не знала, о чём говорит Хейли. Но она спокойно ответила:

— Я слышала, что ты отлично справляешься. Можешь делать, как раньше.

— А как же сестра?

— Моя роль — защищать дворец императрицы и принцессу. Я не могу сделать это за тебя и не хочу с тобой соперничать. Если ты не поможешь, мне будет довольно трудно.

Сказала Мел. Затем она остановилась и с любопытством посмотрела на Хейли.

— Ты должна это знать? Или у тебя есть другая причина хмуриться из-за моего приезда в Столицу?

— Другая причина.

Голос Хейли затвердел.

Прошло четыре года с тех пор, как она приехала в столицу. Хейли думала, что хорошо адаптировалась среди язвительных столичных политиков.

Но Мел спокойно проникла в суть мыслей своей сестры.

— По прибытии в столицу я решила посоветоваться с его величеством императором по поводу назначения Северного губернатора.

— … Да.

— Если у тебя есть какие-то жалобы, скажи сейчас.

— Ничего.

— Правда?

— Нет? Какое отношение я имею к делам Северного губернатора?

— Его величество рассматривает кандидатуру сэра Фрейла.

Не спрашивая, действительно ли это неважно, Мел сказала прямо.

— Если это серьёзные отношения, говори сейчас, если просто встречаетесь — расставайтесь.

Лицо Хейли покраснело.