Когда Адри открыл глаза, перед ним был знакомый потолок. Белый, с лепниной. Но было в нём и что-то неуловимо чужое.
Комната Адри была прямоугольной, а эта — квадратной. Может, потолок просто незнакомый?
Адри приподнялся. Тело было лёгким. Одежда не сменилась. Пропитанная потом, она неприятно липла к телу, но самочувствие было на удивление хорошим.
Но где это он? Адри огляделся. Ничего, что можно было бы использовать как оружие. Но спрятанный кинжал, видимо, не нашли — тот, что был припрятан на внутренней стороне бедра, был на месте. Сжимая кинжал в руке, Адри открыл дверь и вышел.
Незнакомая спальня.
На белоснежном постельном белье — рыжие волосы.
Адри на мгновение успокоился. Здесь был кто-то знакомый. Но размеры были не те, что он помнил. Волосы знакомого рыжего цвета, но длина и общее телосложение совершенно не походили на герцога.
— Ваша светлость?
Ответа не было.
Адри подошёл к кровати.
Мужчина, спавший с закрытыми глазами, не был герцогом.
Как только Адри вытащил кинжал из ножен, мужчина открыл глаза. Увидев перед собой лезвие, он перехватил запястье Адри и, притянув его к себе, прижал к кровати.
— Что это ты делаешь?
Лицо похоже на герцога? Неизвестно. Борода длинная. Телосложение и голос совершенно другие. И сила такая, что Адри не мог вырваться.
В технике и выносливости он не уступал мужчинам, но в мышечной силе проигрывал. Эту хватку, прижимающую его руку, он не мог преодолеть. Физические данные, ничего не поделаешь, но рефлексы должны быть другие, — подумал Адри и попытался ударить коленом, но и колено тут же прижали. Мужчина с недоумением смотрел на него.
— Адри Гримальди.
— …Кто вы?
— Что? — переспросил мужчина.
В этот момент, видимо, услышав шум, дверь открылась и вошёл слуга.
— Ваша светлость?
Слуга замер, увидев мужчину. Затем посмотрел на того, кто был под ним.
— Адриан Гримальди?
— Что за…
Слуга, не в силах ни подойти, ни отступить, замер, вцепившись в дверь, и заикаясь пролепетал:
— В-ваша светлость, это вы?
— О чём ты?
Мужчина убрал волосы со лба. Волосы снова упали, закрывая лицо. Мешали. Он снова убрал их и замер. Потом посмотрел на свои руки.
— Что это?
Юльс смотрел на свои отросшие, закрывающие лицо волосы и на руки.
С остановкой роста перестали расти и волосы, и ногти. Отросшие ногти были похожи на звериные когти.
— Руки…
— Ваша светлость!
Юльс посмотрел на Адри сверху вниз. Адри тоже ничего не понимал. Ведь герцог Вудпекер был…
— Ты…
Тринадцатилетним мальчиком.
— Что ты наделал?
Перед ним стоял взрослый мужчина. Ростом он был намного выше Адри.
— Гэвин! Билли! Иван!
Слуга быстро выбежал, созывая других слуг. Рой, находившийся в гостиной, услышав крик слуги — хоть его имени и не называли — быстро прибежал. Он подумал, что в случае чего он может быть полезнее слуги.
Но, добравшись до спальни, Рой понял, что от него здесь мало толку.
Взгляд Роя упал на Адри, сидевшего на кровати, и стоявшего рядом с ним рыжеволосого мужчину. А герцога Вудпекера, которому он хотел служить, видно не было.
Если присмотреться, глаза у этого мужчины с рыжими волосами и бородой были похожи на глаза герцога. Но герцог, его тело…
— …Ваша светлость?
— З-зеркало! Зеркало, ваша светлость!
Слуга принёс зеркало ростом почти с него самого и направил на Юльса. Муслиновая ночная рубашка, в которую он был одет, грозила лопнуть по швам. Адри, всё ещё не понимая, что происходит, смотрел на Юльса и бормотал:
— Ваша светлость?..
Юльс, взглянув в зеркало, сказал:
— Ты вытащил кинжал, потому что… Подумал, что я кто-то другой?
— ...
Любой бы так подумал. Если бы герцог вырос, если бы его проклятие снялось, это было бы радостно, но чтобы человек за одно утро вырос на десять лет — такого не бывает.
— Лицо осталось.
Глядя на это заросшее бородой лицо, как можно говорить, что оно осталось?
— Для начала нужно сбрить бороду и подстричь ногти, — сказал герцог.
— Джоэль, позови Берта. Заодно пусть захватит одежду. Твоя одежда… маловата будет. Раз уж одеваться, то лучше побольше.
С этими словами он оглядел Адри и, видимо, поняв, что его одежда не налезет, обратился к Рою:
— Извини, но одолжи одежду.
Рой кивнул и вышел из спальни.
— Адри, слезай с кровати и садись на стул.
Адри с недоумением смотрел на него.
— Давай поговорим, что произошло.
«Почему я…»
Пока Адри размышлял, подоспел Берт.
— Ваша светлость! — воскликнул он.
Мужчина перед ним был не тем Юлиусом Вудпекером, которого они знали, а огромным, похожим на медведя детиной с длинными волосами, бородой и ногтями, но Берт крепко обнял его.
— Я знал, что вы вырастете! Вы так похожи на покойного герцога!
В голосе Берта слышались слёзы. Двое, обнимающиеся, как медведи…
Адри смотрел на них, не зная, что делать. К счастью, вскоре слуга принёс воду и бритвенные принадлежности.
***
Длинные ногти подстригли и подпилили. Бороду сначала обкорнали ножницами, а затем принялись брить.
Адри впервые видел, как бреют кого-то другого. Пена на лице, гладкая кожа, появляющаяся после каждого движения бритвы, — это было удивительно. Даже странно, как она не режет кожу.
После бритья лицо герцога всё ещё сохраняло юношеские черты. Он выглядел не на двадцать шесть, а скорее на восемнадцать-девятнадцать.
Как последний образ Адриана в памяти Адрины — юноша, уже не мальчик, но ещё и не взрослый мужчина.
— ...
— Не совсем взрослый.
— Но и этого достаточно.
Сказал Берт. Слуги и Берт, казалось, не находили этот облик герцога странным. Наверное, потому что он был похож на покойного герцога. Но Адри и Рой, не знавшие этого, чувствовали неловкость при виде повзрослевшего герцога.
— Рой, одежда?
— Вот, ваша светлость.
Рой протянул свою одежду. Это были всего лишь штаны и сорочка. Надев их, герцог нахмурился — штанины оказались коротковаты. С сорочкой проблем не было.
— Планы на ближайшее время придётся отменить, но маркиза Коннолли сказала, что должна встретиться с вами во что бы то ни стало…
— Вечернюю встречу отмени, предложи встретиться за чаем. Между тремя и четырьмя часами дня.
— Около десяти утра прибудет портной. Он снимет мерки и сошьёт тридцать костюмов по вашей фигуре, и ещё около пятидесяти таких же мы закажем в ваши владения.
— Во владениях закажи десять. Может, я ещё вырасту.
— Понял. Тогда всего сорок костюмов.
— И купите одежду, которую я могу носить прямо сейчас. Эта неудобна, долго не проносишь.
— Да, понял.
— ...
Рой ещё плотнее сжал губы. Адри, стоявший рядом, тоже молчал.
— Как вы себя чувствуете? — спросил Рой.
— За один день уровень глаз сменился, непривычно. Мышцы ноют. Кости, кажется, тоже болят.
— Это боли роста. Джоэль с этим справится.
— Да.
Юльс, несмотря на жалобы, двигался так, будто всегда был такого роста. Никуда не врезался, и смотреть на людей сверху вниз ему было привычно.
Скрестив руки на груди, он о чём-то говорил со слугами, потом, заметив взгляды Адри и Роя, подозвал Берта и что-то сказал ему. Что именно, было не слышно. Берт кивнул, подошёл к ним и сказал:
— Адри, Рой.
— Да.
— Сегодня утром, нет, сегодня я буду нести охрану. Вы оба отдыхайте. Рой, ты тоже, наверное, устал.
Рой растерянно кивнул.
— Завтра утром обсудим дальнейший график охраны.
— Да, понял.
— И, Адри.
— Да.
— Рад, что ты благополучно поправился.
— ...
На мгновение Адри растерялся, не зная, как реагировать. То, что он поправился, конечно, хорошо, но обычно так говорят? Может, Берт просто добрый человек?
Никто никогда не говорил ему таких слов. Никто, поэтому и он сам никогда никому такого не говорил. Если бы он знал, что так можно…
— …Да, спасибо.
«Я бы и тебе сказал такие слова, Адриан.»
