Пищевод горел. Нет, не только пищевод — казалось, горело всё тело.
Раздувались вены, перекрывая дыхание.
Но вскоре, словно кислород ворвался в лёгкие, грудная клетка Юлиуса резко расширилась.
— Кхх, кха! Ххх!
— Ваша светлость, дышите!
Это был голос Джоэла.
Губы жгло. За спиной Джоэла он увидел Димитрия, Адри и Роя.
— Вы должны дышать.
Одежда Адрины была в крови. Юлиус протянул к ней руку.
— Что... случилось?
Голос не слушался. Вместо слов из горла вырывалось кровавое бульканье.
Юлиус попытался продолжить, но не смог вымолвить ни слова.
— Не говорите.
Адри подошла и взяла его за руку.
— И не волнуйтесь. Это не моя кровь.
С искажённым, словно она скрывала свои чувства, лицом Адри крепко сжала его руку. Он почувствовал нечто неладное. Рука, которую он помнил, была другой.
— Хорошо, что вы очнулись, ваша светлость.
Рука Адрины, говорившей это, дрожала. Юлиус снова закрыл глаза.
Шум постепенно отдалялся.
— Немного...
Он хотел сказать, что нужно немного отдохнуть, но не смог продолжить. А когда открыл глаза, было утро. На диване у кровати спал Джоэл. У стены стояли Рой и Димитрий.
Учитывая, что его отравили, он чувствовал себя довольно бодро. Наверное, потому что Джоэл лечил его всю ночь. Зная, как тот старался, Юлиус невольно усмехнулся.
— Я вернулся, — сказал он, глядя на свои уменьшившиеся руки.
Когда они были такими? Он выглядел даже моложе, чем в тринадцать.
— Почему это произошло... никто не знает.
Лицо Димитрия застыло. Он тоже ничего не понимал. Герцог выпил вино из малины, которая растёт только в Гримальди, у него пошла кровь, и он снова стал ребёнком.
Как это назвать? Наверное, человеку этого не понять. Юлиус тоже так думал.
— Нужно снова найти ведьму.
— Да, ваша светлость. Мы обязательно найдём.
Ведьма сказала, что поедет в Рамельс. Нужно найти её путь. Даже если она сядет на корабль в Палессе, она либо направится внутрь Центрального континента, либо поплывёт в обход, по морю. Нужно отправить запрос в гильдию информации и послать кого-то в Рамельс. Как бы там ни было, если они найдут ведьму, они смогут понять эту ситуацию.
— И есть ещё новости, — продолжил Димитрий. — Прибыл гонец из поместья.
— О чём?
— О Льве Зиде.
— Очнулся?
— Да, ваша светлость.
Юлиус улыбнулся.
— Узнали, кто поджог лес?
Димитрий молча кивнул.
— Да, ваша светлость. Как вы и предполагали.
* * *
Клод схватился за голову.
— Проблема.
Это было не из-за сложной ситуации. Просто похмелье. Говорят, от крепкого вина похмелье слабее, но из-за того, что это был дистиллят из фруктов, голова раскалывалась, а глаза горели.
— Проблема...
Была и другая проблема.
— Что ты наделал, граф?
— Не знаю.
Графа не задержали.
В конце концов, это его дом, кто бы его задержал? Просто его лицо распухло настолько, что не было видно раны на щеке, а губы были разбиты.
Клод, который спал и ничего не знал, услышав от слуг о ночных событиях, чуть сознание не потерял.
— Если бы дело дошло до суда, я бы ответил так, — сказал граф.
Сумасшедший... И Спенсер Гримальди, и Адрина Гримальди — оба ненормальные.
Один пытался убить герцога, другая — графа.
— Эта малина — местная ягода, её здесь повсеместно употребляют, и я не знал, что она может навредить герцогу.
Клод с недовольным видом смотрел на графа.
Слухи об Адрине, то есть об Адриане Гримальди из Палессы, он слышал. Он знал, что она буйная, раз её прозвали «псом Палессы», но Адрина, которую он видел, была тихой и послушной, и он не думал, что она может на кого-то наброситься.
Говорят, чтобы её утихомирить, понадобились не только рыцари Гримальди, но и люди Вудпекера. То есть она так его отделала, несмотря на то, что её сдерживали.
— А графиня что?
— Сегодня я её не видел.
— Какое-то время не показывайся ей на глаза. Ты выглядишь ужасно.
— Наверное, ей всё равно.
— Ты что, хвалишься передо мной, как вы друг друга любите?
— Было бы хорошо, если бы вы это имели в виду...
— Ах, мне не нужны подробности твоей семейной жизни. Меня интересует...
Клод надул губы.
...что здесь есть то, что может убить ведьму.
Юлиус упал в обморок с кровью? Он был устойчив к большинству ядов. Из-за крови ведьмы или по другой причине — неизвестно.
— То, что скрывали даже от королевской семьи.
— Королевская семья знала. Вам, видимо, не сообщили. Если изучите историю Гримальди, то узнаете. А также почему Гримальди славится охотой на ведьм.
Клод подумал, что сейчас ему читают нотацию о том, что он плохо учился. Но возразить было нечего. Он действительно не изучал историю Гримальди. Зачем изучать историю одного из вассалов, а не королевской семьи?
...Нужно. Не сейчас, но, зная это, можно использовать.
Клод признал свою нерадивость, но перед графом не показал.
— Я думал, это из-за резни.
— Та резня была по приказу короля. Гримальди славилось охотой на ведьм и раньше.
— И вот эта малина? Удивительно.
Клод поднял бутылку с вином. Он не пил за ужином, но пригубил ночью.
— Если дело дойдёт до суда, всё станет известно. Не только королевской семье, но и другим станет известна тайна Гримальди.
— Я знаю.
— На твоём месте я бы хранил это в секрете. Зачем? Жалко терять информацию, которую ты так долго хранил.
— Теперь ведьмы не враги. Убивать ведьм бесполезно.
Клод нахмурился.
— Ведьмы никогда не были врагами людей. Всё это было лишь человеческими кознями. Возможно, когда-нибудь наступит мир, где люди и ведьмы будут жить вместе. Как сейчас с герцогом.
— Ты же знаешь, я не о том спрашивал.
Неужели он нарочно так ответил, потому что смотрит на него свысока? Или у него другие намерения? Неизвестно. Клод, который не любил спрашивать прямо, всё же решился:
— Зачем ты хотел убить Юлиуса?
Граф улыбнулся.
— Вы, ваше высочество, может, и доверяете герцогу, но я — нет.
— ...
— Герцог слишком любит мою дочь.
Какое это имеет отношение? — подумал Клод.
— Он мог бы обвинить меня в поджоге леса Вудпекера ради неё. Вместо того чтобы разбираться со всеми этими проблемами, проще было бы избавиться от них. И от проблем, и от моей дочери.
Сказав это, граф замолчал, словно о чём-то размышляя. Клод, хмурясь от его неуверенного взгляда, ждал.
— Поэтому я решил действовать первым, но потерпел неудачу.
Наконец он продолжил, но это был не тот ответ, который ожидал услышать Клод.
— Вы пришли быстрее, чем я думал. Я не ожидал, что это вызовет подозрения.
— Не думаю, что граф стал бы действовать так прямолинейно, но, ладно. Поверю.
На его лице было написано обратное.
— Кстати, это забавно, — рассмеялся Клод.
Как же всё так обернулось?
— Адриан Гримальди убил Луиджи, а граф пытался убить Юлиуса, но потерпел неудачу.
Весёлый голос быстро стал холодным. Глядя на застывшее лицо Клода, граф оставался невозмутимым.
— Отец и дочь — один убил члена королевской семьи, другой пытался убить.
Как бы долго они ни были знакомы, в важные моменты всегда думают о крови. Как аристократы, так и члены королевской семьи.
— Если уж на то пошло, граф — преступник, — сказал Клод, поднимаясь. Он явно хотел уйти. — Извини, но я должен поддержать Юлиуса.
— Я знаю, ваше высочество.
— Увидимся в Ионаде, граф.
Провожая взглядом уходящего Клода, Спенсер подумал, был ли это неправильный выбор? Нет, если бы он подождал ещё немного, он бы наверняка добился успеха.
— Адрина Гримальди...
Но...
— ...оказалась непредсказуемой переменной.
