Клод недолюбливал Луиджи. Дело было не просто в его высоком праве на престол. Хотя и это тоже, но Луиджи был самым неприятным из всех его кузенов. И когда он был в Ионаде, и когда его не было.
Та особенность, с которой он в одиночку выживал в одинокой королевской семье, заслуживала уважения, но он слишком уж смотрел на других свысока. Не только на своих братьев, а на всех. И считал, что его лишили законного места.
В данном случае это не было лишением, просто место занял другой. Выживает сильнейший, разве нет? Луиджи просто проиграл. Просто сам не может этого признать.
Юлиус прибыл ровно к назначенному времени. Южане не считали пунктуальность особой добродетелью, но Юлиус был исключением. По своему характеру, если ему давали время, он должен был действовать именно так.
Клод, наоборот, всегда опаздывал. Он никогда не был пунктуален, за исключением случаев, когда нужно было явиться на аудиенцию к королю. Потому что над ним не было никого, кроме короля.
А Луиджи...
— Брат, давно не виделись.
...был еще хуже Клода.
То ли он оставил понятие времени в другой стране, но он опоздал на целый час. Если бы не Юлиус, Клод уже давно бы ушел.
Юлиус сказал встретиться с давно не видевшимся кузеном, и Клод, ожидая, откупорил бутылку вина, и, кроме одного бокала, который протянул Юлиусу, выпил все один. Даже после этого Луиджи не появлялся, и когда он откупорил вторую бутылку и выпил почти половину, тот наконец прибыл.
Глядя на Луиджи, который приближался с распростертыми объятиями, Юлиус подумал, что они с Клодом похожи.
Оба бы пришли в ужас, услышав это.
— Кто тут твой брат?
На слова Клода Луиджи убрал руки. Затем он посмотрел на рыжеволосого мужчину, расслабленно сидящего рядом. Новый вассал? Для этого одежда слишком дорогая, к тому же, когда пришел член королевской семьи, он даже не встал и не поздоровался.
— Это кто?
— Похоже, ты не слышал слухов, — сказал Юлиус. — Давно не виделись, брат.
— Юлиус?
Лицо Луиджи выразило удивление.
— Ты вырос?
Луиджи удивленно посмотрел на своего кузена, который не менялся более десяти лет. Он не ожидал, что тот так вырастет. От него исходило чувство подавляющего превосходства.
До сих пор, даже имея право на престол, Юлиус не выдвигался и не упоминался из-за проклятия.
— Проклятие снято?
— Не знаю.
— Ха-ха, теперь борьба за трон станет сложнее. Не так ли, Клод?
Сказал Луиджи и хлопнул Клода. Клод фыркнул.
Луиджи боялся Юлиуса.
Хотя ему, изначально, не было дела до земель над дубравой.
Пока его не трогают.
Клод это прекрасно знал. Луиджи, наверное, нет. Он все это время скитался по другим странам.
— Если уж говорить о законном праве, то у тебя много тех, кто стоит выше.
— Может и так, но сейчас наследный принц — я.
На слова Клода Луиджи добавил: «Пока».
— Кстати, а почему только вы двое? Другие братья не пришли?
— Кто-то, как ты, в других странах, а принцессы и носа из Ионада не кажут, так что не увидишь.
— Ну, та еще неизвестно, чьей станет в будущем.
На слова Юлиуса Луиджи пожал плечами.
Даже если у принцессы высокое право на престол, в этом мире женщина не может стать королем. Разве что все мужчины в мире вымрут. Для Луиджи она была не тем, на кого стоило обращать внимание. Он думал, что нужно победить только Клода. Но теперь, глядя...
Похоже, придется присматривать и за Вудпекером.
— Хотел встретиться с его величеством, но говорят, на сегодня и завтра все занято. Церемониймейстер перенес на послезавтра.
Да и это, наверняка, было сделано, поменяв чье-то расписание. Если не считать важности и статуса, это было самое быстрое — послезавтра.
— Хорошо бы, если бы кто-нибудь поменялся со мной временем.
Луиджи посмотрел на Юлиуса, говоря это. На его пассивную просьбу Юлиус усмехнулся.
— У меня нет желания меняться, ищи кого-нибудь другого.
— Ну как можно так с кузеном?
— Как кузен дам тебе совет: лучше встреться с госпожой Коннелли, которая тебя одного и ценит.
— ...Да, нужно и с ней встретиться.
— «Госпожой»? Тетя обидится.
На слова Юлиуса Луиджи замолчал. Раньше, несколько лет назад, он не замечал, но теперь, глядя, видит, что с ним довольно трудно иметь дело. Когда ребенок язвит, и когда взрослый мужчина язвит, это воспринимается по-разному. Луиджи перевел разговор на Клода.
— Кстати, ты все еще куришь? Я привез хорошего из Тюрингии, дать?
Клод нахмурился. С видом «откуда ты знаешь?» Луиджи тихо усмехнулся. Юлиус молча поднял бокал. Обращаясь к нему, Луиджи сказал:
— И для тебя тоже есть вино.
— Ты не знал, что я вырос, а вино привез. Что же ты хотел сделать с тем ребенком?
— Внешность была ребенком, а внутри — нет.
— Но тело-то было детским.
— Сейчас же пьешь?
— Потому что вырос.
— ...Да. Кстати, давно не был в Палесе, а тут прямо лето. Бесит. Эта влажность. В Тюрингии лето было довольно сухим.
— Мы же рядом, чего ты ноешь? — проворчал Клод.
— По крайней мере, здесь менее влажно. Наверное, из-за того, что Далкатир южный.
Ну да, как же. То, что влажность зависит от морских течений, знает любой, кто учил географию.
— Тупица, — тихо сказал Клод.
Луиджи, казалось, не слышал. На самом деле, то, что говорил Луиджи, было просто выражением недовольства. Непонятно, зачем он хочет стать королем здесь, если ненавидит Далкатир.
— Все равно родина есть родина, хорошо.
— Ты же из Ионада.
— Родился в Палесе. Королева родила меня здесь во время праздника.
Та королева после смерти короля покинула королевскую семью. Ее никто не выгонял. Она, как и Луиджи, ненавидела Далкатир. Вышедшая замуж за маленькую страну, она ужасно относилась к этому месту и, получив свободу после смерти короля, сразу вернулась на родину, в Велифереру.
— Примерно в это время у меня день рождения.
Хотя в Палесе вряд ли кто-то считал Луиджи своим земляком, ему было все равно. Потому что он был из тех, кто использует все, что можно использовать.
— Раз уж приехал, нужно встретиться с аристократами Палесы.
Клод нахмурился. Это означало, что он начнет действовать. Рядом чувствовалось напряжение. Юлиусу не нравилась эта холодность между ними. Точнее, она его скорее раздражала.
«Скоро нужно будет возвращаться в Вудпекер», — подумал Юлиус.
В конце концов, он получил то, что хотел, и больше нет нужды здесь находиться.
* * *
С грохотом опрокинулся стул. Слуги и рыцари, стоявшие у стен, даже не подумали его поднять. Не сумев сдержать гнев, Клод выдохнул. Затем сказал:
— Принеси воды.
Клод одним махом выпил принесенную слугой воду. Но, видимо, жажда не утихла, он закричал:
— Еще!
Кувшин, который он уже отдал, он бросил на пол и разбил.
В комнате больше не было кувшинов с водой, и слуга открыл дверь. В тот момент, когда он собрался выйти, он замер, увидев человека перед собой, поднял голову, посмотрел, затем снова опустил, приветствуя.
Вошел Спенсер Гримальди. Взгляд Клода устремился на него. Спенсер невозмутимо пропустил мимо ушей этот пронзительный взгляд и сказал:
— Явился по вашему зову.
Клод не ответил. Только, так как посланный за водой слуга не возвращался, он достал вино с полки на стене и опрокинул его в себя.
— Вы слишком много пьете, ваше высочество.
— Пить хочется.
Клод вытер текущее вино. Золотистая жидкость стекала, пропитывая его белую сорочку. Клод бросил бутылку на пол. Бутылка снова разбилась, вино пролилось на ковер. Поднялся запах алкоголя.
— Это был ты, граф? — сказал Клод.
Шатаясь, он направился к графу Гримальди. Покачиваясь туда-сюда, он подошел к нему и ткнул пальцем в солнечное сплетение.
— Это ты, граф, больше некому.
— Я не понимаю, о чем вы.
— Зачем, по-твоему, Луиджи, который торчал в Конье, вдруг приехал сюда?
Клод ждал, что граф отодвинется от его пальца, но тот даже не шелохнулся. Наоборот, у него самого заболел палец, и он убрал руку, развернулся и, рухнув на диван, сказал:
— Разве не ты его позвал? Ты же везде руки греешь.
Тяжело дыша, Клод закрыл лицо руками и спросил:
— Зачем?
— Это из-за того, что я попросил твоего сына?
Сказав это, он снова тяжело задышал.
— Что вы, ваше высочество.
Мелкий старикашка. Граф Гримальди вполне мог так поступить. Поэтому он и не хотел отдавать своего сына, а раз тот не послушался, сделал это. Змей старый. Не надо было ему верить.
— То, что вы хотите моего сына, не проблема. Но плохо, что, имея другие пути, вы настаиваете только на своем желании, вместо того чтобы выбрать лучшее.
Обращаясь к такому Клоду, сказал Спенсер Гримальди. Клод опустил руки и посмотрел на графа. Спенсер фыркнул. Левый уголок его губ приподнялся чуть выше правого.
— Хотите стать как его величество?
Улыбка, точь-в-точь как у Адри Гримальди.
