Клод смотрел на Адри. На его лице было написано неподдельное удивление.
Как ей удалось так ловко всех обмануть? С другой стороны, она немного отрастила волосы, и это тоже делало её похожей на женщину.
Хотя нет, не то.
На самом деле она не сильно изменилась с тех пор.
Но...
Она действительно женщина.
Правда женщина.
Рыцарская форма тоже была не сильно другой.
Никакой утяжки на талии, никаких очертаний груди.
Но почему же то, что она женщина, ощущается так явно?
Дело не в длине волос, а в чём-то другом.
Он не мог понять, в чём именно.
— А граф Гримальди? — спросил Юлиус.
Взгляд Клода, всё это время прикованный к Адри, оторвался от неё.
— Ещё нет.
— Я спросил, когда приедет.
— А-а, думаю, через неделю. Он только недавно выехал.
В отличие от Юга, где можно передвигаться по равнинам, с Севера в Ионад нужно перевалить через один горный хребет. Даже если выехать раньше других, можно задержаться, поэтому северные аристократы обычно выезжают, учитывая это.
— Скорее, удивительно, что ты приехал так рано.
Но на этот раз Вудпекер оказался быстрее. Летом обычно самое время для управления землями, и его приезд что-то значит.
Клод обдумывал это с разных сторон, но так и не пришёл к выводу.
Не было никого, кто мог бы ему посоветовать. Как всегда, своих людей не хватало.
Единственный, кто у него был, — этот северный змей.
— Ты же не любишь Ионад. Даже в светский сезон останавливаешься здесь по минимуму. С чего такие перемены?
Видимо, нужно было создавать свою фракцию. По возможности, из сильных. Таких, чтобы Гримальди не мог их игнорировать. Госпожа Коннелли отпала. Нужно было привлечь маркиза или герцога, но таких почти не было.
— Сам не знаю, — ответил Юлиус. — Просто почувствовал необходимость.
Необходимость... Наверное, из-за той стороны.
Взгляд Клода снова устремился на Адри.
Спенсер Гримальди, наверное, сначала думал, что тот труп — действительно его дочь.
Клод, поначалу ошеломлённый тем, что Адри Гримальди — не мужчина, потом, поразмыслив, понял, что Юлиус, должно быть, уже знал, поэтому и подготовил такой труп.
— Хватит смотреть. Она моя. — мрачно сказал Юлиус.
Клод снова посмотрел на него.
Какова же цель Юлиуса Вудпекера?
Что бы это ни было, если это не вредит ему, то и ладно.
Да, так и есть. Если он будет действовать ради его восшествия на трон, Клоду всё равно, что делает Юлиус.
По крайней мере, пока.
— Впрочем, ты ведь не стал бы таскаться с мужчиной.
— Это не факт.
Тогда, по сути, было всё равно. Конечно, будь это мужчина, он бы, наверное, использовал его и выбросил, но в итоге это оказалась женщина, и ситуация сложилась в пользу Юлиуса.
— С каких пор ты знал?
— Давно.
Может, она сама сказала?
Не похоже она на такой тип.
Раскрыли? Это возможно.
Чем больше он думал, тем сильнее путались мысли.
В конце концов Клод перестал думать и расслабился.
— Интересно, как отреагирует граф, когда узнает.
Сказав это, он хихикнул, и взгляд Адри устремился на принца.
Юлиус мельком взглянул на неё, затем пристально посмотрел на Клода.
— Удивительно. Я думал, ты с графом заодно.
— ...Меня заставили. Наверное, нехорошо заставлять других делать то, что они не хотят.
— Только сейчас понял?
Теперь понял.
Поэтому Клод сожалел.
Если подавлять и заставлять других, это вызовет лишь сопротивление. Но если заставить подчиняться добровольно, будет удобнее.
Граф Гримальди, в любом случае, преподал ему урок.
— Мне нужна помощь, Юлиус.
Нужно как-то избавиться от графа. По крайней мере, сделать так, чтобы он не мог приехать в Ионад.
Но граф едет сюда. И по его же, Клода, приглашению.
— Мы же кузены.
— Какая помощь? — переспросил Юлиус.
Клод кивнул в сторону Адри. Мол, при ней не могу говорить.
Юлиус позвал:
— Ади.
— Да, ваша светлость.
— Зайди через пять минут.
— Десять, — сказал Клод. — Зайди через десять минут.
Адри посмотрела на него, ответила:
«Поняла» и вышла.
Даже после того, как Адри покинула залу, Клод не открывал рта.
Может, беспокоился, что она стоит снаружи? Но стены королевского дворца крепки. Если закрыть дверь, разговора внутри не слышно.
— Ты не собираешься молчать все десять минут? — спросил Юлиус.
Клод быстро ответил:
— Нужно избавиться от графа Гримальди.
— ...Ты сделал такой выбор, не зная, что он за человек?
— Знал. Но проблема в том, что он оказался хуже, чем я думал.
Как и ожидалось, действия короля были неспокойны.
Было жаль отказываться от такой карты только потому, что она не поддержала его и выступила против помощи Тюрингии.
Но оказалось, что эта карта — джокер.
И надо же было именно ему её подобрать.
— Я и подумать не мог, что он засунет мёртвого сына в могилу, а дочь будет воспитывать как сына. А я ведь просил её. Отказал, сказав, что она умерла, и вот она снова появилась.
На слова Клода Юлиус нахмурился. Он знал, что Клод просил Адри, но это было в прошлом. Сейчас у той нет никаких точек соприкосновения с Клодом.
Адрина теперь его рыцарь.
— Я не могу отдать, — сказал Юлиус.
Клод молча посмотрел на него.
Он и не просил. Честно говоря, Клод устал от Гримальди.
Просто не хотел больше впутываться. Не только с графом, но и со всем остальным семейством серой погибели.
— Но разве можно так её держать? Если граф узнает?
— Я держу не Адрину Гримальди, а Адрину Дин.
— ...Ты дал ей фамилию Берта?
— Берт сам предложил. И Ади согласилась.
— Ого, графу это очень не понравится.
Граф внешне делает вид, что снисходителен, но на самом деле отвергает всех, кто не соответствует его стандартам.
Конечно, Берт, будучи искусным и одним из известных рыцарей своего времени, по мастерству соответствовал стандартам графа, но проблема была в том, что он простолюдин.
Даже если он получил титул, есть разница между выходцем из простолюдинов, из джентри и аристократом. Многие аристократы по этой причине игнорировали Берта. Граф Гримальди тоже.
Иначе было бы странно, что Спенсер Гримальди, не стесняющийся заводить дружбу с искусными рыцарями, не имел никаких контактов с Бертом.
— Хватит тратить время, говори, что хотел. Я ведь не зря её отослал?
— Всё равно Адри Гримальди тоже из Гримальди. Мало ли, что до неё дойдёт.
— Не дойдёт.
— Это неизвестно.
Кровные узы и родство не так-то легко разорвать. Даже если она носит фамилию Дин, неизвестно, когда она вернётся в Гримальди.
Более того, она кровь Гримальди. Только из-за этого доверие к Адри в глазах Клода стремительно падает.
— Луиджи убил граф. И граф даже подготовил труп Адри Гримальди. Всё было подстроено. Госпожа Коннелли встречалась с ним, не зная об этом.
— Значит, они встречались?
— Это случилось, когда они были вместе с Луиджи.
И он ещё и подставил своего ребёнка, выставив его убийцей, и даже выставил его голову напоказ.
Неизвестно, зачем он так старался.
В конце концов, граф ведь не отпустит своего ребёнка. Вряд ли он думает, что она сможет существовать где-то в другом месте.
— В конце концов, для тебя это же хорошо? Всё-таки одним конкурентом меньше, — сказал Юлиус.
— Потому что если я его не устрою, он уберёт и меня.
— Кроме тебя, ведь никого нет на это место. Саша маленький, Луиджи мёртв. Осталось всего трое-четверо. Среди них нет никого, до кого граф мог бы дотянуться. Ни по положению во дворце, ни по статусу.
— Он мог бы выбрать тебя.
— Из-за моей матери вряд ли. Граф, что бы там ни было, в вопросах крови очень щепетилен.
— ...
На это Клод ничего не сказал. Это было точно.
— В общем, граф Гримальди всех убил.
Юлиус посмотрел на Клода.
«Только сейчас понял? Что граф делает такие вещи.»
Но этот граф был удивительно снисходителен именно к Клоду.
Даже больше, чем к собственным детям.
Как такое возможно?
Может, он привязался к нему вместо своих детей?
Потому что видел его с детства?
Такое возможно, но неизвестно, осталась ли у графа хоть капля человечности.
— Граф убил и твоих родителей.
— Только отца. Не мою мать. — сказал Юлиус.
Она выбрала это сама.
И к такому выбору её принудил не Гримальди. А королевская семья.
Юлиус не воспринимал эту ситуацию так серьёзно. Справится или нет, не его дело.
— Юлиус, — голос Клода был отчаянным. — Помоги.
Король насмехался над выбором Клода. Клод слишком поздно понял, что его выбор был роковым. Повернуть назад трудно. Если только граф не возьмёт чью-то ещё руку.
Но если так...
— Ты единственный, кому я могу доверять.
“Сможет ли он выжить?”
— Граф.. Он тот, кто безжалостно и незаметно убил прежних принцев. Ведь так?
Клод протянул руку и схватил Юлиуса.
Он не хотел умирать.
