Платье, к счастью, оказалось цельнокроеным. Зимние платья обычно состоят из множества слоёв и деталей, но летняя одежда проще.
Надев нижнюю юбку и сняв рыцарские штаны, Адри накинула платье сверху. Кринолин для лета был менее объёмным, чем зимний, так что одеваться самой было не слишком трудно.
Хотя и не легко.
Стоя на платье и натягивая его, Адри просунула руки в короткие рукава. Сорочка вылезла наружу, но с этим ничего нельзя было поделать. Пуговицы на платье были сзади, так что самой застегнуть их было невозможно.
Выйдя в таком виде из соседней комнаты, она спросила:
— А ничего, что сорочка поверх платья? Плечи не оголены, руки прикрыты.
— Думаю, это лучше, чем показывать натренированные мечом предплечья, немного необычно, но выпущенная наружу сорочка даже выглядит как некий шик. Сначала доделаем всё остальное, а потом, если будет смотреться неловко, можно что-нибудь добавить. Итак, господин Адриан Гримальди.
Билли усадил Адри на стул.
— Теперь наденем парик и наложим макияж. — С решительным видом сказал он жертве модного преображения, сидевшей на стуле с растерянным лицом.
— Закройте глаза.
Надев поверх собранных волос коричневый парик и подровняв его ножницами, Билли принялся укладывать длинные волосы.
Хотя он думал, что не будет их собирать, он, похоже, решил их уложить.
Затем он достал неизвестно откуда взявшуюся косметику и начал наносить её.
Ощущение от прикосновений к коже было непривычным.
Неловкость обострила осязание. Постоянно командуя «сомкните губы», «не двигайтесь», он касался рукой век и щёк, а затем велел открыть глаза.
Адри открыла.
Веки не казались тяжёлыми или неудобными.
— Обычно в свете на ресницы ещё наносят немного бриллиантовой пыли, но сейчас ночь.
— ...
Сама мысль о том, чтобы использовать драгоценные камни для такого, абсурдна.
Драгоценные камни — это в конце концов просто камни. Пыль от них попала бы в глаза, разве можно это вытерпеть?
Если это не так, то аристократки, должно быть, гораздо выносливее, чем думалось Адри.
— Теперь наденем ожерелье. Сорочку всё же лучше заправить внутрь.
Сказав это, Билли потянулся, чтобы расстегнуть пуговицы, но Юлиус схватил его за руку и остановил. Адри тоже отодвинулась.
— Ах, вы хотите сделать это сами? — С невозмутимым лицом спросил Билли. Подумав, что северяне, видимо, не любят прикосновений, он достал жемчужное ожерелье и спросил:
— Это тоже сами наденете?
Адри, расстёгивая пуговицы на сорочке, кивнула.
Билли склонил голову набок.
Руки Адри были довольно изящной формы. Но на них было слишком много шрамов.
Неизвестно, как он получил такие раны, но и на руках, и на тыльной стороне ладоней было полно шрамов, а на суставах пальцев — синяки или мозоли.
Сам образ, который он создал, вполне можно было принять за женский, но руки, похоже, выдавали. Всё же кисти были маленькие, так что если надеть перчатки, будет не так заметно.
— Нужны перчатки длиной до локтя. Приготовлю такого же цвета, как платье, или чуть темнее.
Адри надела на шею ожерелье, которое дал ей Билли.
Увидев, как она, с видом полного непонимания, как носить длинное жемчужное ожерелье, наматывает его на шею, Юлиус протянул руку.
— Дай сюда.
— Вы знаете, как надевать ожерелье?
— Видел несколько раз, смогу. По крайней мере, это легче, чем военный узел.
— ...
Герцог покрутил ожерелье в руках и создал из него композицию. Адри не могла понять, как можно так скрутить, чтобы получилось подобное.
Ясно одно: для Адри военный узел был бы проще.
Неожиданно герцог, оказывается, довольно ловок в таких вещах.
Такую форму нельзя создать, просто увидев пару раз. Удивительно, что он, будучи тем, кого самого наряжают, умеет делать такие вещи.
Юлиус сказал:
— Волосы.
Адри убрала в сторону длинные коричневые волосы. Когда-то у неё самой были такие длинные волосы, но теперь они казались обременительными. Даже будучи париком.
Юлиус посмотрел на её затылок. Он и так знал, что шея у неё тонкая. Линия, переходящая в плечи, из-за платья казалась особенно хрупкой.
Когда Юлиус протянул руку, чтобы надеть ожерелье, шея Адри втянулась.
Адри, осознав эту невольную реакцию, мельком взглянула на Юлиуса и отвела взгляд.
Игнорируя непонятную сухость во рту, Юлиус надел ожерелье.
Тут Билли принёс кружевную шаль, чтобы накинуть на плечи. Он увидел Адри, который придерживал волосы, и Юлиуса, надевающего ожерелье.
«…Из-за разницы в комплекции?»
Они выглядели как настоящая пара — мужчина и женщина.
— Смотрится неожиданно хорошо! — восхитился Билли.
Всё же его вкус был великолепен. Но он не ожидал, что его навыки макияжа окажутся настолько хороши.
— У тебя ведь была сестра-близнец? Если бы она была жива, думаю, она бы покорила весь свет!
Подумав, что если из брата-близнеца он смог сделать такое, то если бы это была настоящая женщина, было бы вообще невероятно, Билли высказал наивысшую похвалу, на которую был способен.
К сожалению, Юлиус не обращал внимания на комментарии слуг, так что его люди так и не научились искусно льстить, а лесть Билли была лишена всякого такта и этикета. К счастью, Адри это тоже, похоже, не волновало. К тому же это была правда.
Юлиус с беспокойством посмотрел на Адри сверху вниз. Как и сказал Билли, она была настоящей красавицей, которая действительно могла бы покорить светское общество.
— Получилось красивее, чем я думал. Правда?
— Да… Люди запомнят если хоть раз увидят..
— Если я отточу это мастерство и, когда ваша светлость приведёт в дом супругу, я с превеликим удовольствием...
Начав говорить, Билли замолчал.
Вспомнив, что, хоть он и знает, что это не так, но ходят слухи, что у этих двоих отношения. К тому же, после того как этого рыцаря нарядили, он выглядит как настоящая женщина...
— ...
Билли стоял с лицом, выражающим полное непонимание своих чувств.
Следом вошли Берт и Рой.
— Ваша светлость, вы готовы? Сюда приближается стража...
Рой, начавший говорить с порога, замер.
Человек был, безусловно, знаком. Герцог и Билли были те, кого он видел постоянно.
Но женщину, сидящую там, он видел впервые.
Лицо было знакомо. Не могло не быть знакомо. Это был Адри Гримальди.
Только цвет волос сменился на коричневый, и атмосфера вокруг человека изменилась.
Но дело было не только в этом, как бы сказать, плечи, фигура — как ни смотри, невозможно было поверить, что это мужчина. Из-за макияжа, что ли, румяные щёки напоминали раздавленные лепестки роз. В контрасте с бледной, характерной для северян кожей, это выглядело невероятно живо.
— ...Адриан?
Не было никаких сомнений — перед ним была женщина.
Пока Рой удивлялся превращению Адри, Берт удивился по-другому.
Это была настоящая женщина.
— Ого, не отличить! Билли, ты правда талантлив!
Билли тоже обрадовался: «Правда?»
— Кто бы мог подумал, что талант Билли позволит так ловко превратить мужчину в женщину! Никто никогда не догадается! — восхитился Рой, но ни Юлиус, ни Берт не открыли рта.
В конце концов, раз она женщина, и её нарядили как женщину, она и выглядит как женщина…
— Ади, где твой рыцарский блокнот? — спросил Берт.
Адри достала блокнот из рубашки, которую сняла.
Рыцари никогда не расстаются с блокнотом. До самой смерти.
Раз уж для неё приготовили труп, блокнот тоже должен быть с ним.
Адри, стоя перед Бертом, который ждал, когда она передаст блокнот, немного подумала, раскрыла его и вырвала несколько страниц.
— ...
— Вот, возьмите.
— А вырванные страницы?
— Кто бы меня ни искал, кто бы ни расследовал, не подумает, что я действовал в одиночку. Если меня найдут мёртвым, решат, что убил тот, кто меня нанял.
Сложив вырванные листы, Адри засунула их под платье и сорочку.
— И такой человек не оставит своих следов.
— Резонно. — Сказал Берт, принимая блокнот.
Он передаст его Ивану. А Иван уже всё ловко обставит. А тем временем герцог с Адри покинут Палессу.
— Рой.
— Да.
— Передай это Ивану. Если его нет, то Гэвину. Пусть действует как можно быстрее. Мы тоже уезжаем.
— Понял.
Рой быстро двинулся с места.
Берт, молча проводив его взглядом, видимо, решив, что на таком расстоянии его не услышат, позвал:
— Адриан.
— Да, господин?
— Можно спросить?
— Говорите.
— Его светлость велел подготовить один труп. Женский.
— ...
Адри подняла голову и посмотрела на Берта. В таком виде она выглядела совсем как женщина, нет, она и была женщиной. Как же они не замечали этого раньше?
— Я решил, что лучше спросить прямо у тебя.
Внезапно ему вспомнилось, как он ходил почти раздетым, будучи среди одних рыцарей.
Зачем он так делал?
Кто бы мог подумать, что в орден затесалась женщина.
— Умерший сын графа — это был Адриан?
— ...Адриан был слаб здоровьем. Все об этом знали.
Берт кивнул.
То, что Адриан Гримальди был нездоров, знали все в Далкатире. Поэтому все думали, что он скоро умрёт, но умерла Адрина. Люди говорили, что проклятие Адриана снято, и он снова обрёл крепкое здоровье.
Нет, это было не так.
— А ты...
Он хотел спросить, нормально ли ей это. Но был ли у Адри вообще выбор? И граф Гримальди...
...Когда он думал, что перед ним сын, он понимал. То, что сделал Адри, было серьёзным проступком для графского рода. Но когда думаешь, что это дочь...
Как можно было так с ней обращаться?
— Спрашивайте, господин.
— У тебя есть какие-нибудь особые приметы? Шрамы, о которых знает только семья?
— Недавние побои от графа и шрам на лодыжке.
— На лодыжке… Тогда от того убийцы, да?
На слова Берта Адри кивнула. Но и тот шрам уже зажил.
— Понял. Хорошо, Адриан. — Сказав это, Берт запнулся.
Можно ли называть её Адрианом? Женщине в голубом платье имя Адриан не подходило. Да и изначально это было не её имя.
— ...Адрина?
— Можете называть меня Адри.
Да, Адриан и Адрина.
Обоих можно было называть Адри.
