Ночная смена, возможно, затянется до утра. Рыцарь охраны, который должен был сменить её, вышел на дополнительное дежурство, так что ничего не поделаешь.
Решив хоть немного вздремнуть, Адри вернулась в общежитие и, почувствовав в своей комнате чужое присутствие, напряглась.
Кто-то явно был здесь. Но где именно, с какой целью — она не знала. И даже как он проник.
Рука, сжимавшая меч, напряглась. Противник, привыкший к темноте, имел преимущество перед ней. В этот момент рядом раздался шорох. Она уже занесла меч, чтобы ударить в ту сторону, как вдруг кто-то произнёс:
— Можете не быть настороже. Я не причиню вам вреда.
Голос был знакомым.
Это был голос, который она часто слышала, когда жила там. Но лица она никогда не видела. Знала только, что этот кто-то находится рядом с графом.
— Адрина Гримальди.
Если это слуга, то церемониться с ней не обязательно. Потому что их статусы различались. Тем более если он добавлял фамилию «Гримальди».
— Его светлость граф вас вызывает.
— ...Как ты сюда попал?
— Сегодня была возможность. Обычно её нет.
Из-за сегодняшнего ужина внимание было сосредоточено на других зонах. Хорошо, что обычно такой возможности нет, но если люди собираются в других локациях, появляются и уязвимые места. Об этом стоит доложить Берту.
— Вы пойдёте?
— А если откажусь?
— Тогда придётся забрать силой.
— Граф сейчас во дворце наследного принца, я не могу туда войти.
— Есть секретный проход.
— ...
Этого она не учла. Во всех домах и дворцах есть тайные ходы, но их существование — это секрет. Где именно они находятся и как туда пройти, посторонние не знают. Это известно только членам королевской семьи и их приближённым, и даже члены королевской семьи знают только о тайных ходах в своих дворцах, не зная о чужих.
— Это путь, созданный на случай, если нужно будет спасаться бегством. Если идти по нему, никто не узнает.
— Могу ли я идти по этой дороге?
— Гримальди может знать.
— Почему?
— Потому что если что-то случится, именно мы будем уводить наследного принца.
Неужели дом Гримальди занимает такое высокое положение при дворе? Если так, то почему Спенсера несколько лет не пускали в Ионад?
Противоречие.
Когда Адри спросила: «Почему?», мужчина ответил:
— Потому что его светлость граф заботится о наследном принце.
— ...
— Он сам взял на себя эту роль с самого детства Клода. Поэтому его высочество и хлопотал о восстановлении прав графа.
Так ли это? Похоже, он сильно заблуждается. Если бы он знал о предложении, которое Клод сделал в Палессе, он бы так не думал. Но необязательно ему это говорить.
— Значит, он заботился о его высочестве.
Сказала Адри с издёвкой.
Плевать, как живут она и Адриан, зато сыну короля дал в руки меч и даже тайные ходы разведал, чтобы спасти его в случае опасности.
— Да, он очень дорожил им, — с гордостью сказал мужчина. — Это большая честь.
Честь? Чтоб она провалилась.
* * *
В Палессе тайные ходы были в стенах, но Ионадский дворец, построенный недавно, имел, кажется, разные формы входов. Мужчина привёл её к колодцу недалеко от дворца. Адри последовала за ним.
Обстановка по-прежнему вызывала подозрения. Может, она ошибается? Колодец, в котором, казалось, давно не было воды, оброс лианами. Мужчина показал ей, что внутри растительности есть ручка. Лианы служили ширмой.
Внутри колодца оказалось отверстие высотой по пояс. Человек Спенсера сказал, что если войти туда, будет только один путь. Адри, всё ещё сомневаясь, вошла внутрь. И тут же подумала: зачем она снова сюда пришла? Могла бы просто проигнорировать.
— ...
Если бы она проигнорировала, как бы её тогда доставили к графу?
Она всю жизнь прожила в Гримальди, но многого не знала. Даже имени этого мужчины, который привёл её.
За отверстием появилось пространство, где можно было выпрямиться. Стены были каменными. Ширины хватало, чтобы идти вдвоём, и дорога не разветвлялась, что говорило о том, что у неё была только одна цель. Не запутавшись, идя прямо, можно было выйти наружу — это был настоящий путь к спасению.
С какой целью наследный принц показал это место? А может, это не наследный принц, а король? Если так, то зачем? Кому он доверяет? Размышляя об этом, она дошла до конца и увидела огромную дверь. Когда Адри открыла её, она оказалась в коридоре.
В коридоре стоял Спенсер Гримальди.
Горел только маленький светильник в его руке. Но глаза привыкли к темноте, и она могла различать очертания.
— Спенсер.
Спенсер Гримальди поднял бровь. С видом «до каких пор ты будешь называть меня по имени» он сказал:
— Иди за мной.
Лучше бы сразу перешёл к делу, подумала Адрина, но последовала за Спенсером. Прежде чем подумать, что нужно отказаться, сработала привычка подчиняться ему.
— Слышал, сегодня ужин в резиденции герцога.
Откуда он это знает?
— Говорят, его устроил Пасаллис Маколиф. Приехавшие с ним аристократы — все беженцы.
— Вы внедрили к нам шпиона?
На вопрос Адри Спенсер остановился и обернулся.
— Странные слова. Какие ещё «мы»? Как ты можешь быть в Вудпекере?
— ...
— Ты Гримальди.
Лучше не обращать внимания на эту чушь.
— И все рыцари Ионада в долгу передо мной.
Похоже, информация просочилась через рыцарей охраны. Это плохо. Кстати, Берт тоже выбирал рыцарей для ужина, учитывая их связи. Зачем? Он ведь знает, что информация может выйти наружу, но почему он не вызвал людей из своего рода, а использует ионадских рыцарей?
Адри, не говоря ни слова, стояла и смотрела прямо на Спенсера. Тот глубоко вздохнул и сказал:
— Адрина.
— ...
— Убей Маколифа.
— ...Что?
— Не нужно сомневаться в моём приказе.
— Мне не нужно слушать ваши приказы.
— Маколиф — человек, опасный для Далкатира.
— И что?
На вопрос Адри Спенсер потерял дар речи. С таким видом, будто не понимает этого вопроса.
— ...Разве ты не должна действовать ради королевской семьи? Что значит «и что»?
Адри удивилась не меньше. Конечно, многие аристократы верны королевской семье и действуют ради неё, но это было уже слишком. И она уже видела нечто подобное.
— Я думала, что похожа на вас.
Временами у неё непроизвольно вырывались те же жесты, что и у Спенсера Гримальди. Даже проведя вместе мало времени, даже чаще не встречаясь, она замечала в себе эти черты и ужасалась.
— Но сегодня мне кажется, что, возможно, Лев похож на вас. — сказала Адри. — Разве это не превышение полномочий, а не верность королевской семье?
Спенсер понял её слова в тот же миг.
Потому что это было похоже на то, что он сам недавно сказал Льву.
Как назвать это чувство?
Оно было близко к стыду.
Зная, что это его ошибка, он боялся, что если признает её, то потеряет авторитет, но и не признавать было стыдно.
Даже в темноте было видно, как лицо Спенсера Гримальди меняет цвет.
Адри хорошо знала это выражение.
За ним всегда следовала жестокость. Спенсер занёс руку. Но Адри отступила назад, уклоняясь.
— ...
— Ты...
Спенсер Гримальди был странным.
— Я сделаю вид, что ничего не видела и не слышала сегодня.
Похоже, он не в своём уме.
Что ему нужно?
Ради королевской семьи?
Ради Далкатира?
Нет, этот человек действует ради собственного удовлетворения. Просто использует какой-то предлог.
— Я пойду.
Сказала Адри и отошла от него. Спенсер шагнул к ней и попытался схватить за запястье, но в этот момент:
— Хватит.
Голос эхом разнёсся по коридору.
На другом конце стоял Клод. Хотя лето ещё не прошло, он кутался в тонкую ткань, словно ему было холодно, и смотрел на них издалека. Быстрым шагом подойдя к ним, он посмотрел на Адри и спросил у графа:
— Почему здесь дочь графа? Сюда никто не должен входить.
Взгляд его всё ещё был устремлён на Адри.
— Ты воспользовалась тем ходом?
