Маколиф, казалось, был человеком довольно осторожным. Иван постоянно предупреждал, что выходцы с Востока опасны, и советовал быть настороже, но Билли был против. В шахматах он предпочитал превращать пешки в ладей или ферзей, и в этом случае он тоже считал, что его стратегия сработает.
— У людей есть склонность к предрассудкам, — повторял Билли уже несколько дней подряд. — Одежда, несомненно, указывает на социальный статус. Поэтому, даже если человек благороден, если он одет как простолюдин, никто не подумает, что он высокого происхождения. Конечно, внешность — это другое дело, но в любом случае, обмануть с помощью одежды легко.
Сказав это, Билли перевёл взгляд и спросил:
— Всё готово?
— Поверни голову, Билли, — сказала служанка.
В Вудпекере тоже были служанки. Просто их было не видно. Поскольку всё внимание было приковано к герцогу, у служанок не было особой работы. Теперь же, получив возможность заняться своим делом, они, стоя на своих местах, размышляли, как украсить Адри.
Всё было хорошо, но её относительно короткие волосы вызывали сожаление. Служанки решили собрать их в пучок. Тогда короткая длина не будет бросаться в глаза.
Они выбирали украшения под причёску, а затем, в зависимости от украшений, подбирали платье. Обычно порядок был обратным, но сейчас так было лучше.
— Ещё долго? Его светлость ждёт, — сказал Билли.
— Наберись терпения, Билли! — крикнула одна из девушек.
Адри в этой ситуации не имела права голоса.
Из-за понижения влажности жара в Вудпекере, казалось, немного спала. Но солнце было по-прежнему ярким. Сад, где находился Юлиус, был в центре рощи. Посреди пустого пространства, словно только здесь не было деревьев, стоял маленький столик.
За спиной сидящего Юлиуса были Димитрий и Гэвин, а на деревьях сидели птицы. Их было так много, что даже слово «стая» казалось недостаточным. Целая армия пернатых.
Адри, сопровождаемая Билли, подошла к Юльсу. Служанки следовали за ней.
Птицы разом уставились на приближающихся. Словно проверяя, кто это.
Когда Адрина подошла, Димитрий отодвинул для неё стул. Она, смущённая, села. Трудно было уловить момент, когда нужно пододвинуть стул.
Слуги и служанки отошли на такое расстояние, чтобы не слышать разговора. Димитрий прислуживал им сбоку. Внешне.
— Улыбайтесь, — сказал он, наливая чай. — Ваша улыбка выглядит многозначительной.
Как бы там ни было, Маколиф должен был приблизиться к Адри. Когда и где — неизвестно, но нужно было подготовиться.
Билли предложил нарядиться как невеста и ждать. Одежда меняет отношение, и Адри в платье будет казаться гораздо более доступной к диалогу, чем она же, но в рыцарской форме.
Только вот Ади, чувствуя себя неуверенно в платье, попросила найти места, где можно спрятать оружие. Юлиус, посчитав, что так будет безопаснее, разрешил.
Под этим платьем скрывалось множество орудий убийства.
Служанки приложили немало усилий, чтобы их не было видно.
— Достаточно просто улыбаться? — спросила Адрина.
Было неизвестно, что скажет или сделает Маколиф, когда подойдёт.
Попросит ли он объединиться? Или будет проверять?
Юлиус сказал, что сначала он так не поступит.
— Чтобы понять, стоит ли с кем-то объединяться, нужно узнать человека. Сначала он просто проверит, насколько вы соответствуете его ожиданиям.
Сказав это, Юлиус отпил чай. Он больше не принимал яд. Дальнейшее употребление не меняло его тело. Однако он иногда массировал шею или вращал плечи, словно они затекли.
— Если он не будет действовать, пока не убедится, что я предала... Разве нельзя просто сказать?
— Нельзя показывать свои карты. Вы должны выглядеть так, будто разбираетесь в политике.
— И, простите за дерзость, — тут вмешался Димитрий, — вы очень похожи на графа Гримальди.
— ...
— Особенно когда улыбаетесь.
Как часто она слышала эти слова? Раньше у неё не было сил возражать, но теперь, если бы она возразила, все бы передумали вдруг, что это не так.
— Виконт тоже это знает.
Если нечего сказать, — улыбайся. В конце концов, это, казалось, давало наилучший результат.
Оставалось только дождаться, когда и как Маколиф начнёт действовать. Иван хотел разузнать, но Маколиф, будучи очень осторожным, был бдителен.
В конце концов, решили подкупить одного слугу. Ребёнка, ещё не привыкшего к этому месту, который, казалось, вызывал у Маколифа меньше подозрений. Мальчик, выполняя его поручения, сообщал о каждом шаге. Монета за уведомление. Мальчишка оказался довольно изворотливым.
— Раз он за вами наблюдает, то, если вы останетесь одна, он скоро подойдёт.
— Нужно будет вовремя отослать и служанок.
День, когда это нужно было сделать, настал. Место, где можно было остаться одной, не привлекая внимания. Конечно, просто так торчать там было бы странно, поэтому создали ситуацию. Ненадолго встретиться с герцогом, а тем временем мальчик приведёт Маколифа в сад. Затем герцог уйдёт по делам, а Адри, оставшись одна, отошлёт служанок.
Что же сделает Маколиф?
Неизвестно. Нужно было смотреть. Иван же утверждал, что Маколиф легко распознает обычного человека, и предлагал другой план.
— Ведьмы... — Юлиус откинулся на спинку стула.
Его крупное тело не очень подходило для подобного, но это не имело значения. Он мягко улыбнулся. Гэвин, смотревший издалека, заметил кого-то. Ему было любопытно, но Адри не оборачивалась.
— ...дружат с животными.
— Дружат... по взаимному согласию? — спросила Ади.
Юлиус рассмеялся.
Взаимное согласие... Такого не было, но, тем не менее, животные часто выполняли просьбы ведьм. Возможно, из-за одной крови.
Так было и с Юлиусом.
Поэтому он никогда не заводил домашних животных. Даже Клод в детстве держал собаку. Но Юльс не выносил, когда чувства и мысли животных становились слишком ясны и вторгались в сознание.
— Не знаю насчёт согласия, но просьбы они выполняют.
Это было в детстве. Сейчас всё иначе.
— Вы любите животных?
— Лошадей люблю, а с другими мне не приходилось общаться, не знаю.
Но мелкие звери пугали её.
Казалось, они погибнут, если к ним прикоснуться. Она не знала, с какой силой их гладить, как обращаться. Можно ли их вообще трогать?
— Лошадей... С ними трудно спать.
— Некоторые спят с лошадьми. Конюхи, например.
— Ты не конюх. — сказал Юлиус.
Ощущения от них конечно «громкие», но раз она любит лошадей, может, подарить ей? Понравится ли ей спокойная лошадь? Или с характером? Быстрая? Умная? Пока он раздумывал, сзади подошёл Димитрий.
— Ваша светлость, Маколиф.
Юлиус повернулся. Маколифа не было видно, но слуга рядом с ним радостно махал рукой, будто гордясь, что привёл его. Юлиус усмехнулся и поднялся.
— Хорошо бы он пришёл попозже.
Но нужно было действовать по плану. Димитрий и Гэвин подошли, чтобы поправить его одежду. Взгляд Юлиуса был прикован к Ади. Она тоже смотрела на него. Когда всё было готово, Юлиус подошёл к ней.
— Достаточно будет создать подходящую атмосферу. Спасибо, что помогаешь.
С этими словами он наклонился и поцеловал её в щёку. Затем, поднявшись, хотел потрепать её по голове, но передумал. Нельзя было испортить тщательно уложенные волосы.
— Удачи, моя любовь.
Ади улыбнулась ему в ответ. Первым развернулся Юлиус, и слуги последовали за ним. Ади, оказавшись одна, смотрела на оставленные на столе чашки и считала. Не слишком долго, не слишком коротко. Чуть больше трёх минут — в самый раз.
Досчитав до двухсот, Адри жестом отослала служанок. И вскоре появился Маколиф. Шум ветра заглушал шаги. Она закрыла глаза, думая, что, если лишить себя зрения, будет легче, но из-за других звуков, наоборот, стало труднее.
— Госпожа Адрина Дин.
Маколиф подошёл и заговорил.
Это было неожиданно. Сначала он думал, что это просто симпатичный рыцарь, но оказалось, что она дочь Гримальди и та, кто отравила герцога. Когда и как она внедрилась?
Берт Дин был человеком, преданным герцогу. Как ему удалось его переманить? Деньгами? Всё-таки он простолюдин.
— Мы уже несколько раз встречались? — спросил Маколиф.
— Виконт Маколиф.
— Я удивлён.
— Чем?
— Что вы здесь.
Он многозначительно улыбнулся. Словно знал всё.
— Его светлость знает?
— Не понимаю, о чём вы.
— Как вам это удалось?
Неужели она шептала герцогу слова любви? Раз он так легко поверил, может, между ними что-то есть?
Если нет...
«Наверное, дело в лице».
Такая возможность тоже была. Во все времена и во всех странах правители держали рядом красивых людей.
— Слышал, вы похожи на графиню, — сказал Маколиф.
Ади не изменила выражения лица.
— Ну, скоро увидим.
Но после этих слов Ади улыбнулась. Словно спрашивая: «А будет ли у вас такая возможность?».
Она ничего не сказала, но он почувствовал, что у него нет на это права. Адри поднялась. Маколиф отступил на шаг.
— Виконт.
Она была выше, чем когда сидела. Он знал это, но почему-то чувствовал себя неуютно. Адрина подошла к нему.
— Не знаю, чего вы хотите.
Маколиф заметил, что они почти одного роста. Встретившись с ней взглядом, он невольно сглотнул, ожидая продолжения.
— Удачи.
Пустяк. Обычное приветствие. Но тон был совсем не пожеланием удачи.
— ...
Адри развернулась и вышла из сада. Маколиф смотрел ей вслед.
