Адри сказала это, но Юлиус не согласился.
Жить одной женщине нелегко. Она подвергается множеству опасностей, да и зарабатывать на жизнь непросто. Возможно, в доме графа было безопаснее. Физически.
Но оставаться там — это не просто потерять рассудок.
Юлиус несколько раз сжал и разжал руки, которые, казалось, остыли. Ладони и кончики пальцев онемели. Словно перед ситуацией, когда нельзя просто сидеть сложа руки и наблюдать. Юлиус, задумавшись, что это за чувство, вскоре понял.
Это гнев.
Он не мог скрыть свой гнев на Гримальди. Хотелось немедленно схватить Спенсера Гримальди...
— Занимаясь рыцарской жизнью, я узнала, что среди оруженосцев довольно много выходцев из простолюдинов, — сказала Адри.
В тот момент, когда он подумал, как бы ему отыграться, Адри заговорила. Юлиус прекратил развивать свою мысль.
— У одного оруженосца из простолюдинов были длинные волосы. Золотистые, до пояса. Я впервые видел такое за время своей рыцарской жизни, поэтому, несмотря на невежливость, спросил его об этом.
— Разве иметь длинные волосы — это странно? — переспросил Юлиус.
Ему вдруг показалось, что её, возможно, не устраивают его густые волосы. В конце концов, короткие волосы выглядят более мужественно? Причина была неизвестна, но, зная, что большинство мужчин выбирают короткие волосы, волосы Юлиуса могли показаться немужскими.
Стоит ли их отрезать? — подумал он, но Адри покачала головой.
— Длинные волосы — это не странно. Просто рыцари и оруженосцы, когда идут в бой, надевают шлемы, поэтому они обычно бреют бороды и аккуратно подстригают волосы. Длинные волосы встречаются редко. Мои волосы тоже довольно длинные, я скоро подстригусь.
— ...Оставь. Я сделаю так, чтобы войны не было.
— Простите за дерзость, но это не в вашей власти.
— Даже если начнётся война, тебе не придётся воевать. Ты будешь находиться в самом безопасном месте и просто наблюдать за ситуацией.
— ...
— Я говорю это не потому, что пренебрегаю тобой, просто хочу, чтобы ты была в безопасности. Если захочешь участвовать в битве... я дам тебе магов и рыцарей охраны.
Адри хотела сказать, что её работа — охрана, но, чувствуя, что это не пройдёт, замолчала.
Повисла пауза, и Юлиус пожалел о своих словах. Казалось, он сказал что-то лишнее и создал неловкую атмосферу. Он перевёл разговор.
— Итак, почему тот оруженосец с золотистыми волосами отрастил их?
— Говорят, они хорошо продаются.
— ...Продаются?
— Да, говорят, что за золотистые волосы можно выручить немало денег. Из них делают парики для аристократов. Чем светлее волосы, чем они ярче и длиннее, тем дороже они ценятся. В детстве он продавал отросшие волосы, и только на эти деньги его семья могла прожить полгода. И это при том, что у них было три брата.
Сколько же стоят парики? Юлиус никогда их не покупал, поэтому не знал, но было довольно много людей, носивших парики. И женщины, и мужчины. И у всех были золотистые волосы. Почему золотистые? На самом деле Юлиусу было всё равно, какого цвета волосы.
— Мои волосы положили в могилу Адриана.
Главное, чтобы это была Адрина.
— Тогда мне вдруг пришла в голову мысль. Что если бы я сбежала раньше, собирала бы в лесу ягоды и грибы, а если бы не хватало денег, продала бы волосы и жила бы так.
— Тебя бы приняли за ведьму. В лесу одиноких женщин уничтожали, обвиняя в колдовстве.
— Если бы так, я бы подумала, что это моя карма. Ведь моя семья была в первых рядах этого дела.
От слов Адри Юлиуса захлестнуло чувство удушья.
Почему она приписывает это себе?
Он не понимал. Даже если её семья была в первых рядах, что с того?
Адрина тут при чём?
— Ты...
А ведь её семья обращалась с ней как с проклятой.
— ...хорошо, что ты это поняла не слишком поздно.
Заставляя её, не осознающую собственных чувств, с невозмутимым видом принимать всё как есть.
— По крайней мере, пока я могу тебя защитить.
Сказав это, Юлиус на мгновение замолчал. Заметив, что его брови странно нахмурились, Адри спросила:
— В чём дело?
Юлиус поднял руку и прикрыл лоб. Как человек, который только что осознал.
— Это была ошибка. Я забыл, что это ты меня охраняешь.
— ...
— Хорошо, что ты поняла это, когда у тебя появилась возможность защитить себя. И что я смог встретить тебя и появилась возможность помочь.
Что было бы, если бы тогда граф Гримальди не пошёл к королю, чтобы засвидетельствовать вину своего ребёнка? Она бы точно считалась мёртвой.
У него мороз пробежал по коже. Одно только воспоминание об этом вызывает ужас.
Если бы это действительно случилось, что бы он тогда сделал? ...Сколько ни размышляй, ничего не приходит в голову. Наверное, он бы потерял рассудок и действовал безумно.
— Я не верю в богов, но за этот момент я благодарен им, — сказал Юлиус.
Адри ничего не ответила. Юлиус тоже не продолжил эту тему.
В наступившей тишине могло бы возникнуть неловкость, но Адри, как ни странно, чувствовала себя неплохо.
На душе было легко. Даже не разговаривая, просто сидя напротив и находясь в одном пространстве, она испытывала какое-то странное удовлетворение. И судя по выражению лица, Юлиусу тоже не было особенно неловко.
Можно чувствовать себя спокойно, не разговаривая, не играя в шахматы, не обсуждая тактику, не сражаясь на мечах.
Странно.
Но ей не хотелось нарушать это тихое, приятное молчание, и она продолжала сидеть.
Посуду убрали, на стол поставили десерт и чай. Юлиус естественным движением поднял чашку. У Адри не было привычки пить чай. Поэтому она неловко взяла чашку, посмотрела на Юлиуса и осторожно пригубила. В отличие от её обычной посуды, тонкий фарфор, казалось, требовал особого обращения.
Они молча пили чай. Подул освежающий ветерок. В тот момент, когда она уже готова была раствориться в этом странном покое, Адри увидела вдалеке приближающегося Джоэла. Её расслабленное лицо мгновенно застыло. Юлиус тоже заметил эту перемену.
Он перевёл взгляд. Джоэл, подошедший к нему, слегка поклонился и что-то шепнул на ухо Димитрию. Выслушав, Димитрий кивнул и доложил:
— Ваша светлость, хоть это и неожиданно, но сегодня вечером виконт Маколиф просит о встрече.
— Маколиф?
— Да, он выразил сожаление по поводу отменённых заседаний и сказал, что непременно хочет встретиться с вами. Также упомянул недавно отправленный доклад. Если ваша светлость позволит, он хотел бы совместить это с ужином и обсудить детали. В данный момент в гостиной ждёт его посыльный.
Неужели нужно мешать именно в это время?
Ему хотелось отказаться, но, занимая высокое положение, нельзя всегда делать только то, что хочешь. Тем более во время такой сессии совета, встречаться с кем-либо было обязанностью и работой.
— ...Жаль, но на этом сегодняшний обед закончим. — сказал Юлиус.
Адри тоже попыталась встать, но рука, опустившаяся ей на голову, заставила её остаться на месте. Рука Юлиуса погладила её по макушке, затем коснулась волос.
— Красивые.
Волосы, на которые можно было бы прожить полгода семье из пяти человек. Для простолюдина это, конечно, огромные деньги. Но если бы это были волосы Адрины?
Об этом не могло быть и речи.
— Я бы заплатил за твои волосы столько золота, сколько они весят.
Ади приоткрыла рот. Слова были нелогичны. Но почему-то ей стало жарко. Из-за того, что лето, или по другой причине — она не знала.
Юлиус усмехнулся и вместе с Джоэлом покинул место. Димитрию он сказал, что тот может не идти.
Димитрий понял его намерения.
Сказав Адри, чтобы она отдыхала, Юлиус ушёл. Адри, глядя ему вслед, подняла голову. Солнечный свет, пробивающийся сквозь густые деревья, был на удивление мирным. Нет, мирным...
Что-то трепетало у неё внутри. Словно рыба или бабочка.
Но это чувство было не неприятным, а наоборот, успокаивающим. Странно. Над Адри, размышлявшей об этом, упала тень.
— Госпожа Адрина Гримальди.
Димитрий окликнул её. Она подняла взгляд — он улыбался. Кажется, она где-то уже видела эту улыбку.
— Тогда приступим к обучению этикету.
— ...
— Не вставайте.
Сказал Димитрий Адри, пытавшейся подняться. Она неловко села обратно и, с беспокойством глядя на Димитрия, который смотрел на стол, задумалась о том, что же она сделала не так.
Пауза затянулась, и она немного напряглась.
— Сегодня я расскажу вам о правилах поведения за столом и о том, как вести беседу. — наконец заговорил Димитрий.
Он посмотрел на стол, и слуга убрал посуду, поставив пустые тарелки и новые приборы. Димитрий сел напротив Адри.
— Я не хочу, чтобы вы куда-то пошли и кто-то вас унижал. Поэтому сегодняшнее обучение может быть немного сложным.
Адри подумала, что охранять герцога было бы, пожалуй, проще.
