Маколиф вёл переговоры со многими аристократами, чтобы привлечь инвестиции в город. Видимо, этого было недостаточно, и он использовал и другие методы. Своего рода коалицию для достижения согласия.
В настоящее время в Далкатире было два основных вопроса: помогать Тюрингии или нет, и привлечение города свободной торговли новой знатью.
К счастью или к несчастью, сторонники этих двух вопросов не пересекались. Те, кто был против помощи Тюрингии, в большинстве своём были против и привлечения города свободной торговли. И все они были из старой знати. Выяснив это, Маколиф связался с аристократами, которые были за помощь Тюрингии. Так они и поддержали друг друга.
Помощь Тюрингии, против которой выступал Клод и, конечно, граф Гримальди, стала реальностью. Клод, казалось, чувствовал себя преданным виконтом Маколифом.
А граф Гримальди...
— Приезжайте как-нибудь в Гримальди, — улыбаясь, он протянул руку Маколифу.
Улыбка графа Гримальди была зловещей.
— Всё-таки он маркграф, — сказал Димитрий.
В последнее время, а особенно после охоты на ведьм, у Далкатира не было столкновений с Тюрингией, но раньше войны были частыми. Не зря говорили, что причина, по которой старинный род, знаменитый своими мечами Гримальди, вынужден был оставаться на своём месте, — это война с Тюрингией. Он был маркграфом, защищающим передний край Далкатира. Север Далкатира до сих пор был в напряжённых отношениях с Тюрингией.
Королевская же семья, не имевшая с ними прямого контакта, была в неплохих отношениях. Если точнее, хорошие отношения были только между самими королевскими семьями.
Гримальди же был в плохих отношениях и с граничащим с ними Брунлиром, а граф Монтак, владевший землями у моря, — с Рицпортом.
Пока королевские семьи весело пожимали друг другу руки, два рода переживали тяжёлые времена.
— Как у Вудпекера с автономией Велифереры.
Так что Гримальди и Монтак, которые, можно сказать, были в плохих отношениях, на этот раз объединились. Против помощи Тюрингии.
— Я тоже против помощи Тюрингии. В конце концов, государственные средства пойдут на содержание другой королевской семьи, — сказал Димитрий.
Сравнение с автономией Велифереры помогло Юлиусу понять отношения между Гримальди и Тюрингией.
— Но король не отменит принятое решение. Это же он хотел.
— Да.
Король, быстрее всех, создал специальный комитет для помощи Тюрингии. Юлиус не присоединился ни к одной из сторон, но теперь, оглядываясь назад, думал, не лучше ли было поддержать противников. Но прошлого не вернуть.
В тишине, где ни Юлиус, ни Димитрий не произносили ни слова, раздался стук.
— Ваша светлость, прибыло письмо из Гримальди, — сказал Иван, входя в комнату. — И ещё это письмо от его высочества Клода.
Юлиус сначала открыл письмо Клода. Письмо от графа Гримальди, наверное, было ответом на просьбу о приглашении. Но письмо Клода было непредсказуемо. Нет, предсказуемо, но не в ту сторону, которую он хотел.
И действительно, письмо было именно об этом.
Он тоже хочет поехать в Гримальди.
Внизу было приписано, что он хочет навестить земли своего учителя, и что это также поможет сдерживать Тюрингию. Действительно ли Тюрингия будет обращать на это внимание?
Эта страна не проявила никакой реакции даже после смерти Луиджи. В конце концов, использовать будут Далкатир.
— Его высочество что-нибудь передавал?
— Говорит, что поедет в Гримальди.
— ...
— Ничего не поделаешь. Право приглашать принадлежит графу.
К тому же Клод не из тех, кто послушается, если ему скажут сидеть на месте. Предлог тоже был веским. В конце концов, граф Гримальди был его наставником.
Вообще-то Юлиуса это не особо волновало.
— Я подумываю подготовить подарки, — сказал он, глядя на Димитрия.
Как бы оправдываясь, Юлиус поднял голову.
— Если пригласили, нужно ведь привезти подарки, разве нет?
Если быть точным, он не был приглашен, а заставил его пригласить.
— Конечно, список подарков я подготовил, но вы ещё не подписали разрешение, поэтому вопрос затягивается.
— Мне кажется, их слишком мало.
— ...Какое количество вы имеете в виду?
— Ну, разве не нужно подарить графине набор драгоценностей?
— Это слишком щедрый подарок.
— Это просто драгоценности, Димитрий.
— Это похоже на приданое.
— Разве не они должны давать приданое?
Димитрий ничего не сказал.
Он просто посмотрел на Юлиуса.
Неужели он зашёл слишком далеко? Это же звучало как объявление о помолвке.
Юлиус, помолчав, сказал:
— Просто... мне не нравится граф, но я хочу произвести хорошее впечатление на Гримальди.
— А есть необходимость?
— Или это поможет в управлении землями.
— Дом Гримальди не беден.
— Если не беден, то почему они растили её в комнате для служанок?
— Что?
— Ничего.
Судя по тому, как одевался граф, он не выглядел особенно богатым.
Экономный? Неизвестно.
До этого он не интересовался графом, так что у него не было времени присматриваться.
— Интересно.
Можно было бы спросить у Билли, чтобы прикинуть расходы, но он решил этого не делать. Всё равно они скоро едут.
— Вы тоже едете?
— Обсуждаем. Я знаю Гримальди лучше, но не уверен, что это мудрое решение.
— Я слышал, Берт остаётся.
— Да, у него здесь много дел.
Наверное, не только поэтому.
Берт, казалось, действовал просто, но вкладывал смысл во всё. Он тоже уже немолод, поэтому, видимо, хотел постепенно передать свои обязанности охраны другим.
Надёжным людям.
Адрину он, видимо, считал надёжной.
— Понятно.
Но сможет ли он вечно держать Адрину в охране?
Вечно? Возможно ли это? Нужно выбрать подходящего человека.
Подходящего.
Рой, кажется, неплох, но у него есть своя цель. Он пришёл только ради Стражей.
— Время покажет.
Пока Берта нет, что произойдёт в поместье?
Неизвестно, но, по крайней мере, тренировки станут труднее.
— Хочу поскорее в Гримальди, — сказал Юлиус.
Димитрий подумал, что, чего бы его господин ни ожидал, это будет не так, но не стал его разочаровывать.
* * *
Адри постучала в открытую дверь. Рой поднял голову. У кровати стоял его дорожный мешок. Адри мельком взглянула на него и спросила:
— Ожоги уже вылечили?
— Ага. Маги всё сделали за раз.
В тот день многие маги работали, чтобы исправить ситуацию. Тогда она и узнала, что в Вудпекере магов гораздо больше, чем она думала.
Рой показал ей свою ладонь.
Чистую, без следов ожогов. Мозоли от меча остались. Маги могли бы убрать и их, но рыцари отказались. Рой тоже. Если мозоли исчезнут, придётся снова пройти через кровавые раны из-за рукояти меча.
Не хотелось повторять то, что он закончил ещё в подростковом возрасте.
— Ужасно чесалось.
— Так новая кожа растёт.
— Говорят, нельзя часто пользоваться. Видимо, магия — это не обычное дело. Бывает, что она заимствует будущее, а бывает, что переносит восстанавливающую силу из другого места.
— Ты хорошо разбираешься?
— Джоэл много говорит. В этот раз он не мог, так как было много раненых, но обычно он очень много объясняет.
Рой кивнул. Он знал, что Джоэл разговорчив. В последнее время из-за ситуации в лесу и большого количества дел он ходил усталый и без сил, лечил людей, а потом взял два выходных.
— Кстати, я не думал, что поеду с тобой в Гримальди, — сказал Рой.
— Я тоже, думала, тебя не пошлют в Гримальди, так как ты знаешь их технику боя.
Это было то, о чём она забыла. Рой подумал, что раз Берт остаётся в поместье, его, как человека, знакомого с Адри, временно отправляют в охрану.
— ...Поэтому и посылают?
Но теперь, видимо, были и другие причины.
— Если не вернёшься живым, то и в Стражей не попадёшь.
Адри усмехнулась и хлопнула Роя по плечу. Рой, хотевший, как в Палессе, положить руку ей на плечо, оценив ситуацию, тихо её убрал.
