Рыцари стояли у стен и у окон. Знакомые лица. Но самого знакомого не было. Он остался в Вудпекере. Живой или мёртвый — неизвестно.
Рыцари Клода снова сменились. Видимо, он нарочно не держал постоянных рыцарей. Неплохой выбор. Если никому не доверяешь, то и переманить тебя некому, и желающие занять эти позиции будут использовать любые средства.
Незнакомое место. Хотя она долго жила здесь, это пространство она видела впервые. Скорее, она привыкла к Палессе и Вудпекеру.
За большим столом сидели четверо. Троих она видела часто, а графиню — впервые за много лет. Можно сказать, с самих похорон.
Клод пристально смотрел на графа. На щеке его была рана. Рядом с ним графиня молчала. Она была похожа на цветок. Но скорее на мёртвый цветок. На засушенный.
И у стены стоял ещё один цветок.
Похожий на тот мёртвый цветок.
Все присутствующие, наверное, думали так же.
Но эти двое не смотрели друг на друга.
— Я так долго был с графом, но в Гримальди приехал впервые, — заговорил Клод.
— Вы всё время жили в Ионаде, я не осмеливался вас приглашать.
— Мне нравится. Прохладно. Неплохо было бы приезжать сюда каждое лето.
— Раньше из-за постоянных конфликтов с Тюрингией это место не подходило для отдыха, но сейчас времена войн прошли, так что вы можете приезжать. Если ваше высочество пожелает, я построю для вас резиденцию.
— Ваша преданность не знает границ.
— Я лишь постоянно поражаюсь величию вашего высочества.
Обменивались любезностями. В такой ситуации только это и оставалось.
Еда мало отличалась от ионадской. Говорили, что северная кухня невкусная, но ужин был превосходным.
Общались как истинная аристократия — скрытыми смыслами.
Графиня молча продолжала есть, и ела она гораздо больше, чем обычно едят аристократки. Намного больше.
Клод, продолжая разговор, перевёл тему на неё:
— А вам, сударыня, нравится здесь?
— Да, ваше высочество.
Голос тоже был похож.
— Теперь я понимаю, почему граф всегда появлялся в свете один. У него такая красивая жена, что он не хотел ни с кем ею делиться.
Лицо графа застыло, но Клод не обращал внимания. Несмотря на слова, его взгляд не был жадным.
— Я была нездорова, мне трудно было исполнять свои обязанности.
— Наверное.
Клод, потеряв интерес, снова посмотрел на графа. Тот, нарезая оленину, наблюдал за женой. Иветт Гримальди никак не реагировала. Словно лишённая чувств, она продолжала есть.
— Кстати, какие у графа планы? — спросил Клод.
Граф перевёл взгляд.
— Что касается помощи Тюрингии. В конце концов, решили не использовать придворных рыцарей, а набирать войска из владений. Графу тоже придётся отправить людей.
— Если прикажет его величество, придётся подчиниться.
Все знали, что он так просто не подчинится. Поэтому его ответ удивил. Затем граф добавил:
— Однако...
Вот оно. Граф не мог так легко согласиться.
— Ваше высочество знает, ведь у меня нет причин отказываться от приказа короля.
— Причины есть, конечно. Но ни религиозные, нарушение клятвы верности здесь не применимы?
— Да, но у меня есть обязанность защищать свои земли.
— Сейчас же нет войны?
— Внешне — да. Но если присмотреться, есть и другие аспекты. Например, отношения между Далкатиром и Тюрингией. Говорят, они плохие из-за близкой границы, но с королевской семьёй у них отношения на уровне, и сейчас они единственные на Центральном континенте, кто собирается помогать. Несмотря на возражения многих.
Клод усмехнулся словам графа. Он тоже был среди тех многих, кто возражал. И те, кто, хотя и не были его людьми, но думали о будущем вместе с ним, тоже были против. Как и северные и прибрежные аристократы, у которых были конфликты с Тюрингией.
Но король настоял на своём.
— Если отправлять войска, другие могут сесть на корабли и плыть, а мы, находящиеся на скалах без морского пути, пойдём по суше. Затем, через Велифереру, в столицу, или там сядем на корабли. Но земли, через которые мы пройдём, веками воевали с Гримальди. Они не поверят, что мы идём на помощь. Это вызовет много проблем. И будет угрожать нашим землям. Они могут напасть на тех, кто ушёл, или воспользоваться слабиной.
— Если король Тюрингии прикажет, войска графа смогут беспрепятственно войти на его территорию?
— Раз король Тюрингии сам не может справиться, и случилось то, что случилось. Послушают ли южные лорды Тюрингии своего короля?
Граф улыбнулся и поднял бокал.
— Если бы слушались, они бы уже давно отправили свои войска.
Они гораздо лучше знали ситуацию на местах, чем в центре. Тюрингия была разделена на восток и запад. Столица была на востоке, граничащем с такими большими империями, как Тубероза и Велиферера, а запад был отдалён. Западные аристократы были ущемлены восточными и ни за что не стали бы им помогать.
— Отдалённые лорды сейчас думают не о помощи королю, а о собственной безопасности. Они, наоборот, не дают войскам уйти, собирают ресурсы, готовясь к угрозам. А если Гримальди, граничащее с врагом, отправит войска, кто защитит мои земли?
У графа были веские основания. Как бы ни обстояли дела на самом деле, многие, услышав это, согласятся. Даже если это отговорка.
— Поскольку я должен защищать свои земли, я не могу выполнить приказ его величества. Надеюсь на понимание.
— Что ж, резонно, — сказал Клод. — Конечно, резонно, даже если бы не было, пришлось бы придумать такое. Сколько аристократов будут отмазываться. У Гримальди есть причина.
— У графа Монтака, наверное, похожая ситуация. Он граничит с Рицпортом, и у них было много морских сражений.
— Сейчас же нет войны? У Рицпорта, кажется, свои дела.
— Скажут, там пираты мешают. Есть торговые суда, идущие с запада, и пиратов много, что влияет и на графа Монтака.
— Значит, все влиятельные аристократы уклонятся.
— Помощи изначально не нужно было. Тюрингия сама должна решать свои проблемы.
Клод согласился с графом, но что поделаешь, раз король уже принял решение. Он даже подумал, что неплохо бы, если бы те, кто верен королю, понесли убытки. Те, кто на стороне Клода, всё равно найдут предлог, чтобы не ехать в Тюрингию.
— Кстати, а что Вудпекер? Ему ведь тоже придётся отправить войска?
— Мы, вместо войск, отправим наёмников, чтобы не ослаблять оборону.
— Наёмники... ненадёжны.
— Командование будет у войск, присланных королевским двором, так что пусть они и разбираются.
Юлиус, похоже, не собирался помогать Тюрингии. Клода это устраивало. Он был против с самого начала. Ему даже нравилось, что они так поступают.
— Я поддержу вас обоих.
Неудача короля — это шанс для Клода. Если его решение навредит Далкатиру, Клод только укрепит свои позиции. Поэтому неплохо будет сказать, что он был против, и добавить, что мудрость короля померкла.
— Графу тоже придётся раскошелиться. Одними отговорками не отделаешься, нужно показать хоть какую-то искренность.
— Конечно, я всё подготовил. Думаю, его величество будет доволен.
Что же подготовил граф? Скоро узнаем. Всё будет готово до зимы, и они отправятся.
— Ладно, хватит о делах. Поговорим о чём-нибудь другом, — Клод перевёл взгляд на Юлиуса. — Пожар в лесу уладил?
— Сейчас самое время об этом спрашивать?
— А что, нельзя?
Клод улыбнулся и поднял бокал. Он часто ставил людей в неловкое положение, словно проверяя. И, похоже, не только Юлиус чувствовал себя неловко.
— Я уже слышал об этом, — сказал граф. — Говорят, нашли изгнанного рыцаря.
