Покинуть дворец оказалось несложно. Благодаря пропуску, выданному королевским дворцом, выехать из столицы тоже было нетрудно. Но все договорились вести себя как можно осторожнее, пока не въедут на территорию Вудпекера.
Адри теребила длинные волосы парика. Было душно. Но больше всего её тяготило то, что она сидит вот так, вместе с герцогом в его карете.
— Длинные волосы тоже красивы, — сказал Юлиус. — Но твои собственные лучше.
Сказав это, Юлиус вспомнил её настоящие волосы. Ей, наверное, пошло бы, если бы она отрастила их и собрала в пучок. И распущенные были бы красивы. И короткие, и длинные — наверное, хорошо. Какой бы она ни была.
Честно говоря, ему хотелось увидеть её настоящую. Не с каштановыми волосами, а с её собственными золотистыми, в этом платье.
Но сейчас было неспокойно. Чтобы добраться до безопасных земель, нужно было ещё время.
— Ты много пережила, Ади.
— ...Спасибо за заботу, ваша светлость.
— Так или иначе, мы сможем забрать тебя в Вудпекер.
Сказав это, Юлиус перевёл взгляд в окно. Если Адри будет в Вудпекере, возможно, удастся легче разобраться с проклятием. Ведь леса и земли Вудпекера граничат с территорией ведьмы.
За окном кареты мелькал Берт, ехавший верхом рядом. Юлиус открыл окно и позвал:
— Берт.
— Да, ваша светлость.
Юлиус усмехнулся.
— Племянница?
— ...
— Фамилия Дин тебе идёт, Ади.
В тот момент ничего другого в голову не пришло. Не мог же он сказать, кто она на самом деле. Сказать, что привёз её как служанку, было нельзя — слишком хороша одежда, так что проще всего было заявить, что она приехала, воспользовавшись помощью влиятельного родственника, и это было самым естественным.
— Я вот думал, что делать, когда вернёмся, а что, если правда завести племянницу, Берт?
— ...Надо спросить у жены.
— Твоя жена, наверное, хотела бы дочь? У вас же три сына.
— Это вероятно.
— О чём вы двое говорите? Даже если её так нарядили, она же не женщина. — встрял в диалог Рой.
Зная правду, все замолчали.
Впрочем, Юлиусу было всё равно.
Он добился того, чего хотел.
Адрина Гримальди едет в Вудпекер.
— Южные леса довольно глубоки, — сказал Юлиус, обращаясь к Адри. — Кроме одной маленькой дороги, по которой может проехать только одна карета, всё остальное — глушь. Там легко заблудиться, и часто встречаются монстры.
Монстры. Раньше, говорят, их было много повсюду, но сейчас встретить их трудно. Лес, где они водятся..
— Отсюда до дубравы десять дней, а чтобы пересечь лес... обычно уходит четыре дня.
«Обычно» — значит, есть и другой путь?
— Это будет долгое путешествие, Ади.
* * *
У внешней стены дворца Палессы лежал человек.
Вокруг него собралась стража.
Лев Зид с каменным лицом смотрел на упавшего. На нём была форма рыцаря дома Вудпекера. Судя по росту и всему остальному, это был не Берт Дин и не Рой Гаярдо. К тому же такие светлые волосы были только у одного человека.
Адри Гримальди.
Когда Лев перевернул тело, лицо оказалось размозжено.
То ли он упал со стены и ударился о железные перила, то ли ещё что — лицо было разбито в чудовищное мясо.
Пропитанные кровью светлые волосы были точно такого же цвета, как у неё. И рост.
Лев запустил руку внутрь рубашки. Там была вещь, которую он надеялся не найти.
Рыцарский блокнот. Он раскрыл его — там стояла подпись Адриана Гримальди. Лев нахмурился.
В то же время издалека быстрым шагом приближался кто-то. Стража приветствовала его. Лев встал и отдал честь.
— Лев.
— Ваша светлость граф.
Выражение лица Спенсера Гримальди тоже было мрачным.
Это была неожиданная ситуация. Стражник, взглянув на них, сказал:
— Похоже, он оступился, пытаясь сбежать. Ударился о перила, лицо разбито. Но по остальным признакам можно предположить, что это господин Адриан Гримальди.
Знакомые светлые волосы.
Нахмурившемуся графу Гримальди Лев Зид протянул блокнот.
Граф раскрыл его.
Подпись Адриана Гримальди.
Он знал эту подпись.
Подпись, которую он заставлял Адрину отрабатывать снова и снова, пока она не стала выходить естественно, была в блокноте.
Некоторые страницы блокнота были вырваны, некоторые остались. Почерк на оставшихся страницах определённо принадлежал ей.
— Умер?
Этого не могло быть.
Во-первых, незачем было бежать.
Они уже приготовили труп со своей стороны. Нужно было отдать королю голову двойника, а настоящего Адриана — Адрину — забрать в Гримальди и использовать в последних целях.
Но настоящая исчезла, а появился труп, который они не готовили. Действительно ли это Адрина?
Услышав, что нашли Адри, неподалёку собрались аристократы. Среди них был и Клод Далкатир.
Клод был одним из тех, кто знал правду об этом деле. Он также знал, что они собираются отдать королю голову двойника Адриана. Поэтому он думал, что это и есть тот, которого приготовил Гримальди.
Если бы только выражения лиц этих двоих не были такими мрачными.
«Что-то не так.»
Это была первая мысль.
Клод подошёл и спросил:
— Что случилось? Как это? Мёртв?
Труп, конечно, был мёртв.
Клод спрашивал не о трупе-двойнике. Судя по их лицам, похоже, что умер настоящий Адриан.
Спенсер Гримальди посмотрел на Клода. Судя по лицу, Клод явно ничего не знал.
— Уберите людей. — Сказал Спенсер Льву.
Лев попросил стражу поставить что-то вроде палатки, чтобы скрыть тело. На неожиданную просьбу ушло немного времени.
Как только тело Адриана скрыли от посторонних глаз, Спенсер выпроводил всю стражу.
На слова «так нельзя» Лев, наоборот, проявил твёрдость.
Сказав, что Адриан Гримальди уже мёртв и не сбежит, и что семья должна кое-что проверить, и попросив освободить место хотя бы на пять минут, они добились того, что стража отступила.
— Ваше высочество, вы не выйдете?
— Для меня тоже секрет?
— Хотелось бы, но вы, похоже, не собираетесь уходить.
— Ага, любопытно же. Что может доказать, что это твой сын.
Спенсер, сжав губы, глубоко вздохнул. Затем, взглянув на Льва, сказал:
— Раздень его.
Лев снял одежду.
Плащ, рубашку и сорочку.
Увидев обнажённое тело, Клод нахмурился.
— Разве это не Адриан?
— Похоже, что так.
— ...
«Но это же женщина. И он говорит, что это Адриан?»
— Граф, нам, кажется, нужно поговорить.
— Позже.
— Нет, я хочу послушать прямо сейчас. Похоже, твой сын — женщина.
— Вы правильно заметили. Адриан Гримальди — женщина.
Клод нахмурился. Значит, он дал рыцарское звание женщине?
— Точнее, — продолжил граф, — это Адрина Гримальди.
Тут только Клод вспомнил о мёртвой сестре-близнеце Адриана.
— Та, которую ты так хотел.
— Ты не хотел отдавать её мне и воспитывал как мужчину?
— Адриан умер, и выбора не было.
Выходит, он дал рыцарское звание не женщине, а мужчина, которому его дали, умер, и это место заняла женщина.
— Поэтому я и не хотел отправлять её к вашему высочеству. Если бы Адрина попала к вам, разве наши отношения не скрепились бы кровью?
— А мне-то что? Если мой ребёнок может стать и принцем, и графом. — Сказав это, Клод хотел рассмотреть лицо Адри, но тут же отступил.
При жизни она была красавицей, но сейчас лицо было разбито так, что и не разобрать.
— Теперь уже всё кончено. Твоя дочь мертва.
С другой стороны, Клоду было любопытно. Граф очень привязан к своей крови. Поэтому, даже когда сын умер, он посадил на его место дочь и воспитывал её как сына?
Обычно в таких случаях усыновляют какого-нибудь дальнего родственника и воспитывают как наследника. Почему он этого не сделал? Гримальди, не будучи сыном...
Этот Гримальди мог родить ребёнка.
Неважно, кто был бы отцом. Если в ребёнке течёт кровь Адриана, нет, Адрины, значит, это Гримальди. Никто не сможет этого отрицать.
— ...
Но и это было бесполезно. Вот так она и умерла.
Но граф, похоже, не сдавался: он поднял штаны на трупе и осмотрел лодыжку. Затем, склонив голову набок, попросил у Льва меч.
«Неужели он собирается осквернить труп?»
В тот момент, когда Клод засомневался, граф, получив меч, приложил ножны к ране на теле.
Прищурившись, он усмехнулся.
— Вот оно что.
Рана была намного шире, чем ножны Льва.
— Возможно, это не моя дочь.
Рана со временем могла уменьшиться, но стать больше она не могла.
Вернув Льву меч, граф поднял голову трупа. При ближайшем рассмотрении и длина волос, казалось, лишь каплю, но отличалась.
Клод, которому стало видно лицо, нахмурился.
— Но это мог быть человек, убивший маркиза Луиджи.
Граф отпустил руку. Тело с глухим стуком упало. Он сказал Льву:
— Отруби ему голову и преподнеси королю.
— Понял, ваша светлость. — Ответив, Лев вытащил меч из ножен.
От зловещего звука Клод приоткрыл рот.
Их действия и разговор были ужасны.
Клод видел немало ужасного и жестокого, но то, что он видел сейчас, было лишь малой частью того, на что они способны.
Эти люди были привычны к такому.
Не так, как Клод, который просто отдавал приказы.
— Чёрт, — Клод зажал рот и вышел из палатки. — Сумасшедший старик.
К горлу подступила тошнота.
