— Значит, теперь ты едешь в Палессу?— спросил Клод.
Адриан Гримальди был одет в мужскую одежду, но его волосы всё ещё были длинными. Бывали мужчины, которые отращивали волосы, но среди рыцарей это было редкостью. Длинные волосы просто отрезать, и врагу легко за них схватить. Поэтому рыцари с длинными волосами обычно были очень искусны.
— Похоже, что так, — ответил он.
Однако он не выглядел искусным.
— Жаль, мы ещё не успели как следует познакомиться, — сказал Клод.
По его тону не было заметно сожаления, и Адриан ничего не ответил. В конце концов, Адриан отправится в Палессу, следуя по стопам Адрины, которая уехала вместо него. В рыцарское странствие.
— …
Ему очень не хотелось. Он не любил ни ночёвки в палатках, ни ночлег под открытым небом, да и в гостиницах спать ему не нравилось. План тайно снять комнату в Палессе и жить там рухнул. Он мог рассчитывать на это, только не зная, что за рыцарями, отправившимися в странствие, тайно следуют другие рыцари, чтобы присматривать за ними.
Адриан встретился с Адриной наедине, и то, что она рассказала, было ужасно. Конечно, Адрина была виновата. Так бездумно тратить деньги… Но и Адриан не мог быть уверен, что поступил бы иначе. Даже если бы он экономил, он не смог бы так прожить целый год.
Адриан не хотел ехать в Палессу. Он хотел просто спокойно жить, например, писать картины. Но мир не позволял ему этого.
— Кстати, о твоей сестре, — снова заговорил Клод.
— Да, ваше высочество.
— Похоже, она не сможет стать моей невестой.
— …Моя сестра что-то натворила?
Выражение лица Клода говорило: «Если то, что она натворила, не считается, то что же?» Да, она действительно кое-что натворила.
— Ну, у неё немного сложный характер, но она хороший человек.
— Дело не в том, что она мне не нравится. Просто, кажется, она нравится кому-то другому.
Адриан не понял, о чём он, но Клод не стал объяснять. Он сменил тему.
— В любом случае, ты ведь будешь рядом со мной, верно?
Адриан молчал.
— Граф сказал, что отдаст тебя мне.
Может, он унаследовал это от графа — молчаливость.
— Говорят, он сделал тебя рыцарем, чтобы отдать служить мне.
Молчаливость… так ли это? Или ему тоже здесь не нравится?
— Если твоя сестра уедет куда-нибудь ещё, ты тоже меня покинешь?
— …Думаю, нет.
Клод тайком вздохнул с облегчением. Всё-таки он сын графа. Он ему как брат. Разве у них не было общего отца? Хотя один только дал жизнь, а другой только воспитал.
— Но я ещё не уверен, что останусь с вами, — добавил Адриан.
— Почему? Я что-то сделал не так?
— Нет. Конечно, работать при королевском дворе — большая честь, и тем более находиться рядом с вами, ваше высочество.
Клод ждал продолжения. Какая может быть причина отказываться от чести и славы?
— Дело в том, что я предпочитаю думать, а не действовать физически.
— …
— Моя сестра лучше меня владеет мечом.
Бесполезная отмазка… или всё же причина?
— Не могу обещать, что буду полезен вам, ваше высочество.
В конце концов, дело было в неуверенности. Адриан Гримальди, казалось, был не уверен в себе. В себе как в рыцаре? Может, граф его сломал? Нет. Граф тогда воспитывал его. Может, из-за методов воспитания графини?
— Вот как?
Клода это не касалось.
— Мне, собственно, рыцарь и не нужен. Вокруг меня и так много хороших рыцарей. Если ты не очень искусен, я не вижу причин брать тебя к себе.
«Предпочитает думать», — поразмыслил Клод. Способ проверить это был.
— Там, кажется, есть шахматы. Принеси.
Адриан огляделся, увидел шахматы у окна и пошёл за ними.
— Мне интересно, насколько ты умён. Умных людей вокруг меня почти нет, — продолжил Клод. — А, хотя есть, но все они хотят меня использовать.
Адриан вернулся к столу, поставил шахматы и начал расставлять фигуры. Он был уверен, что ему не придётся делать это самому. Клод, глядя на расставляющего фигуры Адриана, сказал:
— На самом деле мне больше нужен брат.
— …Я не могу стать вашим братом, ваше высочество. Разве брат — это не тот, с кем течёт одна кровь?
В этот момент Клод одним движением вытащил кинжал, висевший на поясе Адриана. Адриан не успел среагировать, и Клод, прежде чем тот успел растеряться, порезал себе кончик пальца. Кровь закапала.
— Ваше высочество! — воскликнул Адриан.
Клод, невозмутимо сунул палец в рот Адриану. Тот, растерянно зажав палец зубами, услышал:
«Глотай», — и проглотил накопившуюся слюну. Во рту был привкус крови.
— Теперь в твоём теле течёт моя кровь, так что ты должен считать меня братом, — сказал Клод, вынимая палец.
— Если ты мне понравишься, я приму и твою кровь.
«Странный человек», — подумал Адриан.
— …Хорошо, ваше высочество.
Но, с другой стороны, он выглядел очень одиноким.
* * *
Существует факт, который мало кто знает: дворец, где живёт Юльс, и дворец принца соединены. Этот проход построил нынешний король. Каждую ночь он пользовался им, чтобы навещать покойного герцога Вудпекера. Чтобы попросить его отказаться от трона и уехать на южные земли.
Но Клод использовал этот дворец не для этого. В любом случае, сейчас он был единственным принцем, и герцог Вудпекер не претендовал на его место.
— Что ты собираешься делать? — спросил Клод.
— С чем?
Взрослый Юлиус Вудпекер всё ещё выглядел непривычно. С другой стороны, ему было приятно, что рядом с ним был не ребёнок, а молодой человек его возраста. Чувствуя, что наконец-то обрёл брата, Клод поднял бокал и чокнулся с бокалом Юльса. Раздался звон стекла.
— С детьми графа.
— Что я могу сделать? Кажется, граф хочет отдать их тебе.
— Я не люблю строптивых жеребят.
«Жеребята»… Должно быть, он имел в виду Адрину Гримальди. Если подумать, она так и выглядела. «Щенок» было бы менее угрожающе. Жеребята хоть и милые, но всё же могут быть опасными.
— Похоже, послушный уже мой, — сказал он Юльсу.
— Адриан Гримальди?
Клод кивнул на слова кузена.
— Он ведь мужчина, верно?
— Да. Я проверил. А та, что у тебя, — женщина?
— Должно быть. Если только у графа не два сына.
Он не проверял, но о семье графа кое-что известно. Адрина. Действительно, для мужчины она была немного маленького роста. По сравнению с рыцарями. Для простолюдина это мог быть средний рост. Поэтому он не особенно сомневался.
— Я хотел бы пока оставить её у себя. Она может пригодиться. Только вот захочет ли граф?
— Это он меня вырастил. Он может быть как змея.
— Что ты имеешь в виду?
— Он умеет извлекать выгоду. С другими — не знаю, но с тобой он, наверное, захочет наладить связи. — добавил Клод. — Ты же Король-дятел. Юг — это сердце Далкатира.
— Да, возможно, — согласился Юльс.
Для графа это было бы неплохо. Возможно, даже лучше. В зависимости от того, как он распорядится Адриной. Юльс задумался и замолчал. Клод окликнул его:
— Юльс.
Юльс перевёл взгляд, и Клод продолжил:
— Ты ведь на моей стороне?
— Пока ты на моей.
— Я…
Клод не смог договорить, что не предаст. Место, на которое он поднимется, — трон короля. В зависимости от обстоятельств, ему придётся и избавляться от людей. Особенно если Юльс совершит действия, невыгодные для Далкатира, он не сможет оставаться в стороне, даже если тот его брат. Хотя вряд ли такое случится.
— Я хочу, чтобы ты был на моей стороне.
— Значит, ты не будешь лгать, — сказал Юльс. — Честность — это добродетель. Она мне нравится.
— Граф не любит, что я не умею лгать. Говорит, что иногда нужно надевать маску.
— На троне это не обязательно.
Клод усмехнулся: это потому, что граф остаётся в положении вассала. Раньше лорд был почти королём в своих владениях, но ситуация сильно изменилась. Мир медленно развивался. Так сильно, что трудно предсказать, как именно.
— Кстати, она хорошо владеет мечом? — сменил тему Клод.
— Кто?
— Адрина Гримальди.
— Довольно искусна.
— Адриан тоже так сказал. Говорит, его сестра лучше него.
Если подумать, Клод, если считал кого-то своим, не избавлялся от него, если только тот не совершал серьёзной ошибки. Просто до сих пор он считал своим только графа. Это означало, что если Юльс тоже возьмёт кого-то, связанного с графом, это может быть выгодно.
— Через несколько дней я уезжаю в Вудпекер.
— Так скоро?
— Нет смысла оставаться здесь дольше.
Нужно было завоевать расположение Адрины Гримальди. Не здесь, а в своих владениях.
