Решили сохранить в тайне то, что Адриан и Адрина Гримальди поменялись местами. И Клод, и Юльс. Клод, кажется, сказал графу, что это его долг, но у Юльса не было причин требовать что-то от графа, используя такое как предлог.
Как бы то ни было…
— …
Женщина, значит.
— Как тебя называть? — спросил он.
Адриан, то есть Адрина Гримальди, вернулась с ним во дворец, где он жил. Она не могла быть в другом месте, да и было неудобно менять их местами. К тому же, у них с Адрианом была разная комплекция. Разные размеры одежды. Нельзя было надеть на неё одежду Адриана, а на него — её.
Клод сказал, что сам позаботится об Адриане. В конце концов, он был его гостем. А Адрина была гостьей Юльса. Поэтому правильно, что она вернулась с ним. Граф, кажется, не возражал.
— Адриан? Адрина?
— Как вам будет угодно.
Голос Адрины звучал немного мрачно. То ли она думала, что её не раскроют, то ли действительно не хотела сюда ехать. У неё была причина так не хотеть ехать в Ионад. Дело было не просто в плохих отношениях с семьёй или в побеге.
Она отрезала волосы, переоделась в мужскую одежду и жила под именем своего брата-близнеца. В каком-то смысле это было впечатляюще.
— Адриан Гримальди уже есть, так что, наверное, лучше называть тебя Адриной. Или тебе удобнее, когда тебя называют Ади? — спросил Юльс.
— …
Было ли это уменьшительным именем Адрины? Или она взяла имя Адриана? Он не знал.
— Все выйдите.
Слуги и Берт, пришедшие с ним в комнату, посмотрели на Юльса с недоверием. Они знали, что Адрина Гримальди искусна. Они убедились в этом, пока путешествовали вместе. Оставаться с ней наедине было опасно. Если бы она задумала что-то недоброе…
— …
Но выражение её лица было не злым, а скорее похожим на побитого щенка, который знает, что провинился, и ждёт наказания. Не похоже, чтобы она могла размахивать мечом, и она не могла сбежать. Это был королевский дворец. Войти и выйти отсюда трудно.
— Хорошо, — сказал Берт. — Поговорите немного.
Адри смотрела, как все выходят, и думала: «Как бы хорошо было оказаться среди них».
Она знала, что совершила ошибку. Всё из-за еды. Хотела просто поесть и выспаться… Но это оказалось слишком далеко. Потребовалось время, чтобы добраться до Ионада.
Но когда её наняли, она была рада. Правда, казалось, что она сделала шаг к тому, чтобы стать рыцарем. К тому же, место для ночлега было удобным, и она могла есть вдоволь. Даже если была оруженосцем, если бы она поехала в Вудпекер, ей могло повезти, и она могла бы стать рыцарем. Конечно, получить рыцарское звание в Палессе было бы лучше, но…
— Одежду… — начал Юльс.
«Неужели у меня отберут и эту одежду оруженосца?» — подумала Адри.
— …можешь оставить.
«Нет?»
— Здесь одни мужчины, так что если бы я и раздобыл для тебя платье, то только платье придворной дамы.
Адрина подняла голову. Она ожидала, что её отругают, но голос был мягким. Герцог стоял немного выше неё. Когда она встретила его впервые, он был ниже, но прошло всего несколько дней, как он вырос, и она уже привыкла к его новому облику — он не казался ей чужим.
И как бы это сказать…
— Адрина, — позвал Юльс.
Выражение его лица было странно мягким. Улыбка, взгляд, устремлённый на неё, — всё было тёплым. Словно он…
— Ты не могла бы… — продолжил он.
Так, словно он…
— …плюнуть мне?
— …
— …
— …
«Он извращенец?»
— Что? — спросила Адрина, застыв.
Что это за человек, который получает удовольствие от унижений? Попросить плюнуть. Адри не могла этого сделать. Но герцог вёл себя нахально.
— Ну же, плюй, — сказал он.
— Я?
— Да.
— Послушайте, ваша светлость, плевать…
— Я знаю, так что просто…
Юльс замолк. Похоже, словами с ней договориться было трудно. Тогда нужен был более прямой метод. Хотя это могло быть сочтено домогательством, но… Он спешил, так что, наверное, сойдёт.
— Так будет лучше.
С этими словами Юльс приподнял подбородок Адри. Не понимая, что означает это внезапное действие, она без сопротивления подчинилась его руке. А затем, не успев увернуться, почувствовала приближающееся лицо. Его губы накрыли её. От мягкого прикосновения Адри зажмурилась, а затем, почувствовав во рту чужой язык, широко раскрыла глаза и оттолкнула Юльса. Он легко отступил.
Адри вытерла губы. Юльс тоже провёл большим пальцем по своим губам, а затем сунул палец в рот.
«Что он такое творит?» — подумала Адри и, покраснев, спросила:
— Что вы делаете?
— Эксперимент.
— Да что за…
Она хотела закричать, но в этот момент заметила, как у неё на глазах начала расти юношеская щетина. Сначала из-за близости была видна в основном она, но затем начали расти и волосы, и ногти. Потом он стал выше ростом. Одежда на его увеличивающемся теле стала мала.
— …
Юльс тоже был немного удивлён. Он думал, что будет больно, но боли не было. Было даже немного приятно…
Неужели боль приносило вино?
— Это была не та ягода, а ты, — сказал он.
Неужели секрет роста был в ней?
— Ты пила это вино?
— …
— То вино, Адрина.
Адрина молчала. Она не понимала ни ситуации, ни вопроса. Юльс посмотрел на неё сверху вниз.
— Проблема, — сказал он.
Это действительно была проблема.
Адрина Гримальди, скорее всего, станет невестой Клода.
И она же была той, кто мог снять его проклятие.
* * *
«Что это было вчера?» — Адри вздохнула.
Что это было на самом деле? Месть? Наказание? Или… просто выходка извращенца?
— Если я дала герцогу то, что ела сама, это преступление? — спросила она.
Берт посмотрел на неё так, словно она спрашивала о чём-то нелепом.
Она действительно была странным ребёнком. Он относился к ней как к сыну, а оказалось, что она девушка.
Адрина по-прежнему выходила на тренировки, бегала по утрам, носилась по лесу. Вернее, её можно было считать летающей. Она не пропускала приёмов пищи. Повара на кухне этого дворца любили её. Говорили, что она хорошо ест.
И правда, Адрина ела очень много. Даже после того, как раскрылось, что она девушка, она не изменилась. Берту это казалось удивительным.
— Я думал, знатные барышни едят мало, — сказал он.
— Женщины не обязательно едят мало.
— Я сказал не «женщины», а «знатные барышни». Моя жена тоже любит поесть.
Женщины из простого народа едят много. Можно сказать, они едят как обычные люди. Размер желудка у мужчин и женщин примерно одинаков. Но аристократы едят мало, потому что мало двигаются. Адрина же много двигалась, поэтому должна была много есть. Просто она не была похожа на знатную барышню.
— Так вот, если я дала герцогу то, что ела сама…
— Преступление ли это? Ну, это зависит от воли герцога.
— Он сказал, что я создала ему проблемы.
— Какие проблемы?
Герцог только сказал, что это проблема. Хотя перед этим, ну, перед этим…
— Я тоже не знаю, — сказала Адри, опустив голову.
Она не знала, как это объяснить. Наверное, лучше промолчать. И для герцога, и для неё самой.
Поняв, что она и сама не понимает ситуации, Берт решил не допрашивать её и сменил тему:
— Кстати, после обеда мы поедем в главный дворец. Говорят, сначала будет заседание с королевским советом, а затем частная встреча с графом Гримальди.
Адрина посмотрела на Берта. С таким видом, будто спрашивала:
«Я всё ещё здесь работаю?»
— Ты поедешь?
— …У меня есть выбор?
— Нет. Его светлость не разрешил тебе присутствовать.
«Я так и знала».
— Но раз это частная встреча, если ты скажешь, что хочешь повидать отца, то, наверное, сможешь поехать.
— Я не поеду.
— Правда?
— Да.
Значит, у неё действительно плохие отношения с отцом, подумал Берт.
— Ладно.
Что ж, не его дело вмешиваться в чужие семейные дела.
