Контент удален!

Неизвестно, как этот спарринг приобрел такое значение, но для поднятия настроения в начале праздника он подходил как нельзя лучше.

Тренировочный плац, используемый Первым и Вторым орденами, имел круглую форму. Существовал отдельный проход, ведущий в подвал, и балконы на втором этаже, откуда можно было смотреть вниз. В светский сезон здесь иногда ставили театральные представления. Юлиус, впрочем, ни разу здесь не был.

— У того парня тоже довольно симпатичное лицо, — сказал Клод.

— Жаль, — ответил Юлиус. — Он уже мой.

Спарринг Роя Гайярдо и Льва Зида не закончился быстро, а превратился в развлечение для аристократов. Аристократы из столицы и из других регионов хотели посмотреть, как сразятся рыцари из Ионада и Палессы.

Словно это было частью праздника, аристократы украсили себя яркими тканями и цветами, нарисовали на лицах цветы или звезды. Они, казалось, воспринимали даже этот спарринг как одно из развлечений и просто веселились. Рыцари из Ионада, приехавшие с ними, тоже, казалось, внимательно следили за поединком.

Рыцари Палессы — тем более.

Они не могли проиграть ионадским выскочкам. Проблема была в мастерстве Роя Гайярдо. Не то чтобы он был плох, но Лев Зид победил даже Иллича, так что были сомнения, удастся ли отстоять честь.

Юлиус посмотрел туда, где собрались рыцари, рядом с плацем. Рыцари Палессы и Ионада разделились и заняли противоположные стороны. Перед Роем стоял Адри.

Адри хлопнул Роя по плечу и что-то сказал. Издалека не было слышно. Рой что-то ответил, глядя на Адри сверху вниз. Не только Рой. Многие рыцари, окружавшие Роя, были намного выше Адри.

Это неудивительно, ведь рыцари обычно крупные. Попадались и не очень крупные. Но среди них он выглядел каким-то... как бы сказать...

Слишком хрупким.

— Не мог бы ты одного мне отдать?

— Воды? А, рыцаря?

— Да. У тебя же их много.

Не то чтобы это были слова, которые стоило говорить наследному принцу. Клод был жаден. С детства он не выносил, если кто-то был выше него. Единственное, почему Клод ладил с Юлиусом, наверное, потому что тот все время оставался мальчиком. Он не был угрозой. Но сейчас?

— Начнем с Берта.

— Берт изначально был рыцарем моего отца.

— Да. Люди думают, что прежний герцог тебя недолюбливал, но в конце концов он отдал тебе самого дорогого рыцаря. Тебя любили, ты рос.

— К чему ты клонишь?

— Мог бы одного рыцаря и отдать. Между мной и тобой.

Улыбнувшись, Клод сделал знак слуге. В тот момент, когда слуга достал сушеный табак, Юлиус нахмурился.

— Только попробуй закурить при мне. Больше не буду тебя поддерживать.

— Мелочный ты.

— Бросай.

— Ты что, волнуешься за меня? Видимо, мы действительно самые близкие кузены?

Юлиус проигнорировал его слова.

Лев Зид и Рой Гайярдо вышли. Перекинувшись парой слов с рыцарями, они обнажили мечи и поприветствовали друг друга. Это его не интересовало. Юлиуса интересовал Гримальди.

Тот Гримальди, что внизу.

И тот Гримальди, что сидит на противоположном балконе, глядя вниз на плац. Взгляды обоих были устремлены на Льва Зида.

Звук ударяющихся друг о друга мечей заставил Юлиуса тоже посмотреть туда. Но вскоре его взгляд снова переместился на Адри. Клод, который поначалу, казалось, скучал, по мере продолжения спарринга тоже начал проявлять интерес.

— Лев Зид проигрывает. Интересная техника. Как его зовут?

— Рой Гайярдо.

— Гайярдо? Барон Гайярдо разве не был администратором?

— Ты помнишь Гайярдо?

— Еще бы. Они были довольно известны в столице. Я слышал, какая-то дочка графа бросила все и вышла за барона Гайярдо. Неужели из-за внешности? Его рядом с собой держать — загляденье.

— Ты слишком падок на лица.

— Любить красоту — не преступление. А ты разве нет?

— Меня это не волнует.

— Говоришь так, а рядом с собой только красавчиков держишь.

В тот момент, когда Клод это говорил, Лев обрушил свой меч вниз, а Рой, уклонившись, приставил меч к его шее. Это выглядело просто, но Клод прекрасно знал, что на деле от такого удара не уйти. Он подался вперед, поправляя позу. Юлиус сказал:

— Это не техника Гайярдо.

— Да, — ответил Клод. — Гримальди.

— Ты знаешь?

— Мне первому дал в руки меч граф Гримальди.

Когда нынешний король был еще принцем, только что ставший графом Спенсер Гримальди приехал к ним как рыцарь-охранник. Говорят, Клоду тогда было всего несколько месяцев от роду.

Клод провел много времени со Спенсером Гримальди в детстве. Возможно, он проводил с ним даже больше времени, чем Адриан Гримальди.

Он многому его научил. Особенно обращению с мечом. У Клода не было таланта, но благодаря стараниям графа он мог обращаться с мечом не хуже среднего рыцаря. Сейчас он не брал в руки меч, и неизвестно, каков он, но умение видеть не пропало.

Мастерство Роя Гайярдо уступало мастерству Льва Зида.

— Но этому он меня ни за что не учил. Говорил, это секрет рода.

Но эта техника может стать решающим фактором. Лев Зид, наверное, не ожидал увидеть меч Гримальди у Роя Гайярдо.

Эта техника меняется в зависимости от реакции противника, поэтому важно прочитать и понять его первым, но если читают тебя самого, можно растеряться. Поэтому меч Гримальди может победить только Гримальди, и они никогда не раскрывали секреты своей школы никому. До сих пор.

Клод с интересом усмехнулся и посмотрел на графа, сидящего напротив. У того было невозмутимое лицо, но Клод знал.

Граф был зол.

Затем он поискал глазами Адриана Гримальди среди рыцарей, собравшихся у плаца.

— Видимо, Адриан был исключением.

Он улыбался.

— Но Лев Зид тоже владеет мечом Гримальди.

— Он же вассал Гримальди.

— Даже вассалу не передают такое глубокое искусство. У графа были другие планы.

— Были. Он хотел отдать свою дочь Льву. Хотел принять его в семью.

Юлиус прищурился. Значит...

— Адрину Гримальди и Льва Зида.

Конечно, Юлиуса интересовал живой Адриан, а не мертвая Адрина, но почему-то это было неприятно.

— Да. Но она умерла, так что невозможно.

Юлиус тоже посмотрел на Адри. Почему среди всех он выглядит таким хрупким?

— Адрина Гримальди была хорошенькая. А, они же близнецы, ты и сам знаешь?

— Я никогда не видел лица Адрины.

Даже у близнецов часто бывает, что из-за выражений лица и поведения они кажутся разными людьми. Король говорил, что Адрина и Адриан довольно разные.

— У меня есть портрет, прислать?

— Зачем мне портрет мертвой женщины?

— Любуйся, красивая же.

— Не нужно.

Юлиусу сейчас нужен был Адриан Гримальди. Унаследовал ли он судьбу Адрины или это судьба его самого, мертвая женщина ничего не могла сделать, а Адриан принес изменения в его проклятие.

— Ты уж тогда сам обнимайся с портретами.

— Только портреты обнимать? Я буду обнимать все. Все ведь мое.

Сказал Клод. В его манере говорить чувствовалось высокомерие, будто все, что сейчас есть у короля, в конце концов достанется ему.

Юлиус когда-то тоже так думал.

Хотя если он не бросит курить, то вероятность этого снизится.

— Пусть все сбудется по-твоему.

— Так и будет. Мой самый опасный враг не имеет желания сидеть на этом месте.

Клод пристально смотрел на плац. Колено Роя врезалось в пах Льва. Клод хмыкнул.

— Рыцари тоже так по-уличному дерутся?

— ...

— Разбил?

Юлиус, слышавший кое-что от Берта, промолчал. Похоже, он таки сделал это. Из-за защиты Лев быстро вскочил и взмахнул мечом. Но победа, казалось, была ближе к Рою.

— Самый опасный враг.

Тихо повторил Юлиус. Клод повернул голову и сказал:

— У тебя ведь нет желания сидеть на этом месте. Поэтому я и держу тебя рядом. Другие слишком жадные.

— Подослал убийцу и говорит такое.

— Неужели ты думаешь, я правда хотел тебя убить? Это была проверка.

Клод пожал плечами.

— Насчет Адриана Гримальди.

— ...Проверка чего в Адри?

— Первое — мастерство.

— Второе?

— Насколько он послушен.

Это были многозначительные слова. Ответ пришел сам собой, без долгих раздумий.

— Видимо, Адри уже знал.

Однажды Адри предлагал Берту усилить охрану. Ему докладывали об этом.

— Что придет убийца.

Наверное, поэтому.

— Какой был приказ? — спросил Юлиус. — Защищать меня? Или дать убить?

— Не знаю. Я не отдавал приказ. Это была идея графа.

Граф сказал, что разберется сам. Клод тоже согласился. Тогда это не было так интересно, ему было все равно, что он там делает.

— А сейчас Адриан пытается предать графа.

— Можно ли так говорить?

— Я же сказал, у тебя нет желания.

— У тебя нет доверия.

— Мне не нужно завоевывать чье-то доверие. Это другие должны завоевывать мое доверие, разве нет? Такое уж это место.

Довольно высокомерное отношение. Только тот, кто всегда стоит над другими, может позволить себе такое. Юлиус не осуждал Клода. В этом он был с ним согласен.

— Почему граф хочет забрать Адри в Гримальди?

— Ты и это знаешь? У тебя, видимо, глаза и уши повсюду.

Как он умудрился подкупить столько людей, даже в Палессе, которая ему не принадлежит, — информации, которой он не знал, не было.

— Я тоже не знаю.

Клод, развалившись на диване, ответил:

— Я попросил отдать мне его, а он вдруг так решил.

На плаце, похоже, тоже все закончилось.

Меч Роя Гайярдо горизонтально пересек руку Льва под локтем, готовый отсечь ее. К счастью, он остановился в сантиметре, но если бы он приложил силу или сделал шаг вперед, тело развалилось бы на две части.

Лев, поняв это, замер, а затем отступил. С досадой на лице он достал белый платок из нагрудного кармана и бросил его.

— Проиграл.

Но на плац рухнул Рой Гайярдо. Не в силах выдержать напряжения, тяжело дыша, он лежал на земле, и было видно, как ходит его грудная клетка. Он сжал кулак и поднял его вверх.

Рыцари Палессы двинулись к Рою. Адри не двигался. Он просто стоял, скрестив руки, и наблюдал за происходящим.

Юлиус посмотрел на графа. Взгляд графа был устремлен на Адри. Рой тоже посмотрел на Адри и протянул руку. Только тогда Адри вошел на плац.

— Не мог бы ты отдать мне Гайярдо?

— Если Гайярдо сам захочет пойти к тебе, я могу его отдать.

Клод сказал: «А, южанин».

Он знал повадки южан. Они верны своему кузену и ненавидят королевскую семью.

— Значит, не видать.

Сказал Клод с сожалением.

— Но Адриан Гримальди — другое дело. Он скорее северянин, чем южанин, и ближе к нам.

Он посмотрел на Адри. Одинокий белый в окружении воронов.

И рядом с Юлиусом тоже сидел один ворон. Клод сверкал глазами, как птица, завидующая драгоценному камню.

— Этот будет моим.