Сцена продолжала прокручиваться в голове Дина с того самого момента перед уходом из Стаи. Как они с братом едва не обменялись ударами. Конечно, в детстве они много раз дрались, и победителем всегда выходил Люпус. Но когда они стали старше, это прекратилось.

Силы обоих стали слишком велики, чтобы простая потасовка не закончилась серьёзными травмами для другого. Именно поэтому, оказавшись теперь перед Люпусом, Дину было трудно говорить.

"В голове всё казалось куда проще..." — подумал Дин. "Наверное, я просто вспоминал хорошие времена, которые мы провели вместе. То, как он следовал моим советам и слушал меня. Но сейчас я уже не могу быть в этом уверен."

И всё же эта мысль оставалась у него в голове. Если он не сможет остановить Люпуса, то, конечно, они с Риклом могут продолжать сдерживать битву между Вампирами и Оборотнями, но это будет длиться вечно.

Между двумя сторонами нужно было подписать своего рода перемирие. Он должен был убедить Люпуса пообещать Вампирам, что тот не станет заходить дальше, чем уже зашёл. Поэтому ему нужно было остаться. Просто требовалось больше времени, прежде чем он сможет назвать истинную причину.

— Дома кое-какие проблемы... — неловко ответил Дин, глядя брату куда-то сбоку в голову. — Знаешь, время от времени тяжело выбраться от семьи, и мне просто нужно было встретиться с кем-то знакомым, чтобы прочистить голову.

Дин ненавидел то, что использует семью как оправдание, но это было единственное, что казалось ему правдоподобным.

— Тебе стоило сказать об этом раньше, — сказал Люпус, поднял руку и тяжело хлопнул Дина по плечу. — Почему ты раньше не сказал, что у тебя теперь есть семья! — сказал Люпус. — Ты упустил довольно важную деталь. Пойдём, я проведу тебе экскурсию по Руин-Сити. Увидишь, что изменилось, а заодно расскажешь мне всё о своей семье.

Именно такого чувства Дин и ожидал. Оно снова заставило его подумать, что, может быть, всё не так уж плохо.

Люпус поднялся и сделал ровно то, что сказал. Он провёл его по Руин-Сити, показывая разные места, большие купола и хорошо продуманные рабочие пространства.

Спокойные парки с ощущением простора. Даже олени без всяких проблем гуляли по территории среди людей.

Люпус показывал ему вещи, которых Дин даже представить не мог, и тот не мог не гордиться братом. Его брат говорил о желаниях, которые у него были, и, если честно, Дин боялся видеть Люпуса во главе в роли лидера.

И всё же было ясно, что он проделал невероятную работу. Никто не смог бы сказать обратное. Пока они переходили от места к месту, Дин рассказывал, как встретил Майю, и о двух детях, которые у него появились.

Когда Дин начал говорить о них, он уже не мог остановиться, а затем, продолжая рассказ, осознал кое-что. Он не следил за их жизнью. Последнее, что он получил, было письмо из их старого дома, где говорилось, что они переехали. Дин был уверен, что это произошло из-за финансовых трудностей. Он думал попросить Рикла помочь с положением семьи, но тогда Рикл узнал бы, где она находится, а этого Дин точно не хотел.

Однако теперь у него больше не было историй, которые он мог бы рассказать. Он не мог спросить, как дети учатся в школе. Не мог ответить Люпусу, когда тот задавал такие вопросы.

— Знаешь, я лидер этого места. Не только Стаи. Моё имя стоит почти на каждом участке земли и каждом здании здесь. Мы выросли в довольно крупную организацию и влиятельную силу. Если хочешь, можешь покинуть свой маленький город. Твоя семья могла бы жить здесь. Тебе не пришлось бы беспокоиться о расходах, и я нашёл бы вам хорошее место.

Его успешный брат был добр к нему и принимал с распростёртыми объятиями, но из-за связи с Риклом Дин не мог принять это.

И всё же после всего, через что он прошёл, Дин подумал, что, возможно, пришло время рассказать Люпусу всё и спросить его о ситуации с Вампирами. Когда они подошли к краю города, они добрались до последней остановки. Там стояли большие ворота и стена, отделявшие широкую публику от замка у утёса.

В прошлом вся эта территория была главной туристической достопримечательностью, поэтому видеть её такой было странно. Глядя вперёд на замок, в котором они выросли, Дин немного разволновался, желая войти внутрь и увидеть, что там изменилось. Он подошёл к воротам, и тогда двое охранников встали перед ним. Два человека, которых он никогда раньше не видел.

— Люпус..? — спросил Дин, повернув голову.

— Прости, Дин, у нас строгое правило. Тот, кто не пахнет как мы, не может пройти дальше этой точки, — объяснил Люпус.

— Понимаю. Тогда ты не можешь объяснить, что я твой брат? Я хотел увидеть, что изменилось внутри, или поговорить с Джоном, Лукой и остальными, — спросил Дин с улыбкой на лице.

Но выражение лица Люпуса было болезненным, и в конце концов он покачал головой.

— Эта территория только для членов Стаи, — ответил Люпус. — Стая это семья, а ты больше не часть Стаи. Прости, но даже для тебя я не могу сделать исключение. Ты ведь понимаешь, правда?

Хотя Дин понимал, к чему ведёт брат, от этого боль не становилась слабее. Вернувшись сюда, больше не будучи Альфой, Дин думал, что всё, возможно, сможет стать как раньше. И всё же он всё ещё был чужаком. Всё ещё не был членом Стаи, а для Альфы Стая была главным приоритетом.

Как у Дина теперь была собственная семья, которая стала его главным приоритетом, так у Люпуса была его Стая, и она тоже была для него на первом месте.

"Теперь я понимаю. Что бы я ни сказал, ты не послушаешь меня. Потому что я просто чужак. Хорошо, что я ничего не упомянул," — подумал Дин.

— Спасибо за всё. Думаю, я провёл в этом городе больше времени, чем собирался, — ответил Дин, развернулся и начал уходить.

— Подожди, ты уже уходишь? Но прошло всего несколько часов, — окликнул его Люпус. — То, что я сказал раньше... я говорил серьёзно, Дин. Если тебе нужна помощь с чем угодно, с семьёй или ещё с чем-то, я помогу!

Дин обернулся и открыл рот, но вскоре снова закрыл его. "Ты поможешь с чем угодно, если только это не навредит твоей Стае," — подумал Дин.

Поездка в Руин-Сити закончилась, и Дин ушёл ещё более подавленным, чем был до этого. По-настоящему он ничего не исправил.

Лишь позже он узнает, что его визит в Руин-Сити сделал только всё хуже. Гораздо хуже.