Кровь брызнула на фигуру Гоуста и наконец выдала его положение. Даже для него самого это стало неожиданностью. Он не ожидал такого и сначала даже не понял, откуда вообще взялась кровь.
Когда он рассекал Кевина и Парка, то двигался настолько быстро, что капли крови слетали с когтей. Гоуст всегда следил, чтобы после атак на нём ничего не оставалось. Именно поэтому он действовал так быстро и точно, стараясь не нарушать невидимость, которую давала ткань на его теле.
Но теперь кровь покрывала его.
И хуже всего было то, что она запачкала сам предмет, благодаря которому он исчезал из виду: специальную ткань, позволявшую скрываться прямо у всех на глазах.
Мидвак знал о предмете Гоуста.
Ещё во времена в Руин-Сити он поставил себе целью наблюдать за каждым Железным Клыком и запоминать их способности и особенности.
Тогда Мидвак и сам не до конца понимал, зачем это делает. Просто пребывание рядом с Люпусом всё сильнее оставляло неприятный осадок. Если когда-нибудь придётся уйти из его группы, нужно было быть готовым к худшему.
А если за ним кого-то и пошлют... это будет Гоуст.
Поэтому Мидвак заранее подготовился.
Увидев рану Парка, он сунул руку прямо в неё и позволил чужой крови смешаться со своей, на случай если лечения окажется недостаточно.
А затем, чтобы наверняка, прокусил клыками большой палец и резко взмахнул обеими руками, разбрызгивая кровь туда, где, по его расчётам, должен был находиться Гоуст.
И вот к чему это привело. Гоуст оказался залит красным и больше не мог скрываться.
На мгновение он отвлёкся и даже не заметил, как хлыст Оливии плотно обвился вокруг ноги. Она дёрнула его на себя изо всех сил, пытаясь сбить с ног. Но сила Гоуста была подавляющей и он даже не пошатнулся.
Зато этого хватило Мидваку.
Собрав всю Энергию в теле, он рванул вперёд и врезался в Гоуста всем весом, крепко обхватив его и не собираясь отпускать.
— Я не всегда ненавидел Люпуса и его Стаю! — выкрикнул Мидвак сквозь стиснутые зубы. — Когда-то я гордился тем, что мы делали, тем, кем пытались стать. Но посмотри на себя сейчас... посмотри, во что вы превратились!
Острая боль прожгла плечо. Хотя самого Гоуста он почти не видел, ощущал прекрасно. Клыки вонзились в плечо и опасно приблизились к шее.
Мидвак обеими руками начал отталкивать его, напрягаясь изо всех сил и не позволяя укусить глубже.
— Наша кровь, наша раса всегда решала всё силой! Силой, а не трусливыми трюками! Ты позоришь нас! — заорал Мидвак.
И тут в бой вступила Синь.
Она прыгнула вперёд и чисто попала Гоусту ногой в лицо. Его тело всё ещё едва просматривалось, но захват Мидвака дал ей достаточно точный ориентир.
Давление на плечо исчезло.
Мидвак сразу воспользовался моментом. Вложив в движение всё тело, он ударил с одной стороны, затем сразу с другой. Кулаки встретили плотное сопротивление. А третьим ударом он наконец почувствовал попадание.
Но Гоуст ответил. Короткий жестокий удар в лицо отбросил Мидвака назад.
Синь тут же прыгнула ещё раз, пытаясь нанести новый удар ногой, но теперь Гоуст поймал её прямо в воздухе.
Он схватил Синь за лодыжку и с чудовищной силой впечатал в бетон. Под её телом треснула земля. Синь судорожно вдохнула и закашлялась, а из уголка рта потекла кровь.
Прежде чем кто-либо успел вмешаться, Оливия снова ударила хлыстом.
Но Гоуст уже был готов. Он поймал его. И тут...
*Тук, тук, тук*
Несколько острых когтей выстрелили вперёд и вонзились Оливии в тело.
Она едва успела вскрикнуть, как сверху обрушилась сокрушительная сила и впечатала её в землю точно так же, как Синь.
Бетон под ударом раскололся.
Они были сильными, но Гоуст в Полной Форме Оборотня был сильнее, быстрее и смертоноснее. И теперь это наконец стало очевидно.
Он сорвал с себя бесполезную уже ткань невидимости. Та начала сжиматься, после чего Гоуст обмотал её вокруг рта.
Больше не скрываясь, он выпрямился среди лежащих вокруг бойцов Ревунов. Никто не двигался. Никто уже не мог подняться. Но благодаря выносливости Оборотней они всё ещё оставались живы. По крайней мере пока.
Гоуст повернулся к Мидваку, который со стоном лежал на земле.
— Ты правда думаешь, что, снова и снова делая одно и то же, мы когда-нибудь победим? — спросил Гоуст, приближаясь. — Ильва увидела правду. Нам нужны были перемены. Настоящие перемены. Куда серьёзнее тех, на которые Люпус когда-либо решался, — он остановился и прищурился. — И, похоже, ей даже удалось его убедить. Если уж такой упрямец, как Люпус, смог это понять, удивительно, что ты так и не смог.
Пока Гоуст подходил ближе, каждый из поверженных Ревунов поднял голову и посмотрел на него.
В голове у всех возник один и тот же страшный вопрос.
"Трансформироваться..?"
Они дали клятву. Никто не нарушил её, несмотря на боль и угрозу смерти. Никто толком не знал, что именно произойдёт, если кто-то нарушит договор. Но из того, что им было известно... стоило одному трансформироваться, последствия затронули бы всех. Это могло разрушить всё, что построил Гэри. Ослабить единство Стаи. А возможно, и вовсе привести её к падению.
Они скорее умрут, чем станут причиной этого. Даже если смерть всё равно неизбежна.
— Жаль, что ты не понимаешь, чего мы вот-вот добьёмся, — сказал Гоуст, глядя на Мидвака сверху вниз. — Жаль, что ты не увидишь этого сам.
Но тут...
Раздался вой.
Мощный, пронзительный звук разорвал небо. Он прокатился над городом, заставляя воздух словно холодеть.
Гоуст резко замер.
— Что за..?
— Не понимаешь? — слабо усмехнулся Мидвак, окровавленные губы растянулись в улыбке. — Да... я тоже почувствовал, — он с трудом приподнялся, ровно настолько, чтобы продолжить. — Похоже, теперь в этой драке участвуем уже не только мы и группа Люпуса.