Странная Энергия яростно закружилась внутри Синь, и та неуверенно отступила на шаг. Её тело снова начало трансформироваться, но на этот раз всё отличалось от предыдущего превращения.
Она не могла это контролировать.
Нет, эта трансформация словно насильно навязывалась её телу.
Синь начала становиться крупнее, намного сильнее, чем во время предыдущего превращения. Плечи расширялись, с каждой секундой становясь массивнее и рельефнее.
Коричневая шерсть, покрывавшая её тело, тоже начала меняться. Самые кончики каждой шерстинки становились серебряными, словно их окунули в лунный свет. Из-за этого блеска мех приобретал твёрдый металлический вид, будто стал прочным как сталь.
Под шерстью начали проступать едва заметные сияющие отметины, светящиеся руны, пульсировавшие в такт сердцебиению.
И они не оставались неподвижными. Свечение перемещалось под кожей, реагируя на каждый вдох и отражая эмоции Синь, пока Энергия Луны продолжала бушевать внутри.
Самые примечательные отметины находились на руках Синь. Если смотреть спереди, сияющие узоры на обеих конечностях складывались в идеальную эмблему полумесяца.
Но, пожалуй, самым нереальным изменением стала броня, если это вообще можно было так назвать.
На груди Синь проявилась полупрозрачная Энергия лунного света, которая уплотнялась, образуя прозрачную броню, мерцавшую словно кристалл. Она расходилась от груди к плечам и тонкими линиями тянулась дальше по конечностям.
Несмотря на кристаллический вид, броня казалась совершенно невесомой и явно была создана так, чтобы никак не ограничивать скорость или движения в бою. Скорее наоборот, она будто усиливала их.
А затем были глаза Синь. Они ярко сияли ослепительно чистым серебристо-белым светом. Но когда кто-то смотрел в них... там ощущалось нечто ещё.
Странное чувство тепла и знакомости. Тихое спокойствие даже перед лицом её огромной силы.
— Это... красиво... — заворожённо прошептала Мари. — Правда красиво. Я не могу отвести взгляд.
— Но... что с Гэри? — спросил Инну, и в голосе начала нарастать паника. — Что с Гэри?!
Все перевели внимание на него, и увиденное оказалось по-настоящему ужасающим.
В его сторону яростно закручивалась тьма, поглощая пространство словно бездна. Казалось, огромная тень высасывает из окружающего мира весь свет, за исключением сияния, исходившего от тела Синь.
— У меня плохое предчувствие... Кажется, мы стоим слишком близко, — пробормотал Кай, и остальные молча с ним согласились.
В воздухе раздались оглушительные взрывы, будто одновременно извергалось несколько вулканов.
Даже жители далёкого Слау почувствовали слабую дрожь под ногами. Некоторые в замешательстве выглянули из окон, но ничего необычного ни в небе, ни на улицах не увидели.
Большинство решило, что это было небольшое случайное землетрясение.
Но рядом с самой горой масштабы разрушений были очевидны. Огромные ударные волны разошлись во все стороны, а сама вершина горы оказалась полностью уничтожена.
Вся картина пугающе напоминала последствия боя Гэри с Люпусом, только теперь сражение уже закончилось.
Прошло не больше десяти минут. И всё же разрушения были колоссальными. К счастью, проверка завершилась.
Остановить её решила Синь.
И после этого стало ясно одно: Синь, как Луна, могла в любой момент остановить Гэри, когда тот находился в состоянии берсерка.
Когда она приблизилась к Гэри в его чудовищной Форме, уже одно её присутствие словно начало его успокаивать. А когда Синь коснулась его, то смогла вытянуть Энергию прямо из тела.
По мере того как сила покидала Гэри, вместе с ней истощалась и Синь.
Теперь они оба, полностью обессиленные, лежали рядом друг с другом на земле. Остальные поспешили спуститься с горы и бросились проверять их состояние.
— Ты помнишь, что произошло? — тихо спросила Синь, сидя рядом с ним.
— Помню... — ответил Гэри, тяжело дыша, пока грудь поднималась и опускалась. — Но всё было именно так, как говорил Мидвак... Я себя не контролировал.
— Форма, которую ты использовал... была невероятно мощной, — сказала Синь. — Как бы ты сравнил эту со своими другими? Или с Формой Люпуса?
Гэри задумался. Во время трансформации в Форму Высшего Ноктюрна возникла одна проблема: он не мог получить доступ к Системе.
Возможно, доступ по-прежнему оставался, но в том состоянии он просто не был способен сознательно ею пользоваться.
— Эта Форма... — начал Гэри. — Она примерно на одном уровне с Люпусом. Или с Драконьей Формой, которой я могу пользоваться. Но есть одна проблема... — он ненадолго замолчал, переводя дыхание. — Я могу использовать её только тогда, когда ты рядом. Если нас разделят... под угрозой окажутся остальные Ревуны.
Он не преувеличивал. Судя по воспоминаниям, у Формы были свои преимущества, но и серьёзных недостатков хватало.
В определённых ситуациях Драконья Форма или даже Форма Ликана Пепла всё ещё могли оказаться лучшим выбором.
Хотя бы потому, что прямо сейчас у Гэри было ноль Энергии. Как и Драконья Форма, эта трансформация требовала всего, что у него было.
Но он заметил одно отличие.
"Я мог бы продолжать... дольше десяти минут, наверное," — подумал он.
Значит, в отличие от Драконьей Формы, здесь, возможно, не существовало жёсткого ограничения по времени. Но после завершения она всё равно полностью его истощала.
"И всё же... если бы захотел, прямо сейчас я всё равно смог бы трансформироваться в Драконью Форму. В настоящем бою можно использовать обе: сначала эту, а Драконью оставить как последний козырь."
Наконец остальные добрались до них. Осторожно они помогли Гэри и Синь подняться с земли.
— Давай, — сказал Кай, протягивая Гэри руку. — Возвращаемся в Слау. Тебе нужно отдохнуть.
— И я немного голоден, — пробормотал Гэри, пытаясь выдавить улыбку.
— Не думаю, что в такой час хоть что-нибудь открыто, — ответил Кай. — Но можем заехать в Волчью Заводь. Я припрятал там немного еды на экстренный случай.
Услышав это, Гэри сразу оживился. Медленно, но уверенно они направились обратно к микроавтобусу.
Пока они шли, в сознании Гэри прозвучал шёпот.
"Я жду тебя..."
Он моргнул и остановился. — Ждёшь? Ждёшь чего?
Кай посмотрел на него и приподнял бровь. — Эта Форма тебе мозги расплавила? Я ничего не говорил.
Гэри огляделся, но больше никто не произнёс ни слова.
А голос уже исчез.