Когда группа вернулась к микроавтобусу, Синь и Гэри устало забрались на свои места. Все остальные всё ещё были под впечатлением от произошедшего и пытались осмыслить то, что только что увидели собственными глазами.
— Гэри, чувак, ты бы видел себя! — Инну едва ли не подпрыгивал от восторга. — Сначала я тебя вообще толком разглядеть не мог, вокруг была сплошная клубящаяся тьма. Но когда ты начал двигаться... Чувак, это было безумие! У тебя столько крутых сил по сравнению со всеми нами.
— Ну, не просто так он глава Стаи, — с лёгкой улыбкой добавила Мари. — Но да... Форма Гэри была дикой, а вот трансформация Синь, по-моему, действительно красивая. Если честно, я думала, что все Оборотни должны выглядеть как страшные чудовища, —она повернулась к Синь. — А ты выглядела как божественная воительница, которую прямо с луны призвали или что-то вроде того. Это было... очень круто.
Синь тепло улыбнулась в ответ на комплимент. — Спасибо...
И всё же она невольно почувствовала лёгкую вину. Когда-то Мари тоже была кандидаткой на роль Луны и обладала тем же Классом Авангарда Титанов, что и Синь. В каком-то смысле Мари сейчас смотрела на то, что могло принадлежать ей, но при этом в её словах не было ни капли горечи.
Синь это ценила. Мари ей действительно нравилась.
— Ты же всё помнишь, да? — спросил Кай. — Полностью себя контролировала?
— Да, — кивнула Синь. — Хотя ощущения были... странными. Я чувствовала себя не совсем собой. Всё тело было спокойным и сильным, почти отстранённым. Но контроль я точно сохраняла. Не то что некоторые... — она дразняще посмотрела на Гэри.
— Я ничего не могу с этим поделать, — пожал плечами Гэри, хотя в голосе прозвучала неожиданная резкость. — Это особенности Оборотней. Не я правила придумал.
Он говорил шутливо, но Синь уловила скрытое раздражение, которое, похоже, заметила только она.
— Я тут подумал, — продолжил Кай, — может, существует способ тактически использовать ваши силы по отдельности. Вместе вы, конечно, невероятно сильны, но если бы мы могли разделить вас, это дало бы намного больше свободы, — он слегка наклонился вперёд, рассуждая вслух. — Судя по всему, многие силы Луны защищают и усиливают членов Стаи. Если бы Синь могла входить в эту Форму без Гэри, она могла бы возглавить отдельную группу. Тогда эту группу можно было бы отправить напрямую против Тёмной Гильдии.
— Звучит как что-то невозможное, — прямо сказал Остин. — Никто, кроме Синь, не способен успокоить Гэри в таком состоянии. Если её рядом не будет, это фактически означает, что Гэри придётся запереть или как-то связать, а если он сорвётся, не думаю, что даже все мы вместе сможем его удержать.
Кай кивнул. Именно об этой проблеме он и думал. В каком-то смысле Гэри был похож на бомбу. Невероятно мощную и нестабильную силу.
И Кай хотел использовать эту силу как сдерживающий фактор. Как угрозу для врагов.
— Жаль, что их силы настолько тесно связаны, — пробормотал Кай. — Но, похоже, с этим нам и придётся работать.
Остин нахмурился. — Ты не думаешь, что мы достаточно сильны, чтобы справиться с Тёмной Гильдией? А если сделать наоборот, оставить Гэри и Синь против Люпуса и Ильвы, а остальным заняться Гильдией?
— Дело не в силе, — ответил Кай. — Возможно, мы и справимся с ними, но меня беспокоят Вампиры. Что произойдёт после всего этого? Вот в чём настоящая проблема. Я просто рассуждаю вслух.
Внезапно пальцы Гэри сжали спинку сиденья перед ним.
По салону раздался громкий треск, когда часть сиденья раскололась под его хваткой.
— ЗАТКНИТЕСЬ! — закричал Гэри.
В микроавтобусе мгновенно воцарилась абсолютная тишина. Все повернулись к нему, широко раскрыв глаза.
Никто точно не понимал, что именно его спровоцировало. Кай? Может, Гэри разозлился, что они всё ещё обсуждают бой с Люпусом, хотя уже решили сначала попробовать с ним поговорить? Или дело вообще было в чём-то другом? Может, он просто... вымотался?
Никто не произнёс ни слова, пока Синь осторожно не наклонилась к нему.
— Гэри... ты в порядке? — мягко спросила она. — Всё нормально? Нам необязательно разговаривать. Можем просто ехать молча до самого Слау.
Гэри медленно выдохнул и повернулся к ней. Он постучал пальцем по виску.
— Извините... — пробормотал он. — Просто голова... болит ещё с трансформации. А может, я просто голодный... Пытаюсь сосредоточиться, но всё ощущается... неправильно. Будто ничего нормально не работает.
Он натянуто улыбнулся, но в этой улыбке чувствовалась боль.
— Ты прав, — тихо сказал Кай. — На сегодня хватит. Уже поздно, так что пока оставлю тебя в покое. Прости, Гэри.
Кай вернулся на своё место, и разговоры в микроавтобусе постепенно возобновились, но уже гораздо тише, в основном между сидящими парами.
Синь осталась рядом с Гэри и мягко поглаживала его по спине. Он положил голову на спинку переднего сиденья и на мгновение выглядел почти... больным.
— Синь... — сказал Гэри, слегка поворачивая к ней голову. — После трансформации ты чувствовала что-нибудь необычное? В смысле... в тебе самой что-нибудь изменилось?
— Я устала, — призналась Синь. — И чувствую себя слабее обычного, да. Но вроде всё. Никаких других изменений. А что? Что-то не так?
Гэри на несколько мгновений замолчал, словно решая, стоит ли вообще что-то говорить.
— Ты ничего не слышишь? — наконец спросил он. — Голос может быть?
Выражение лица Синь сразу изменилось, а тело напряглось.
— Какой голос, Гэри? Что он говорит?
Она ни на секунду не отмахнулась от его слов.
Слишком много странного уже произошло, чтобы такое можно было просто проигнорировать, особенно сразу после его трансформации.
— Он говорит... что ждёт меня... — произнёс Гэри отстранённо. — Что я приближаюсь. Что ему не терпится меня увидеть.
По спине Синь пробежал холодок.
То, как Гэри произнёс эти слова... будто он просто повторял то, чего сам совершенно не хотел слышать.
— Не знаю почему, — продолжил Гэри, — но мне кажется, я уже слышал этот голос раньше. Просто... не могу вспомнить когда или чей он, но он продолжает возвращаться. Время от времени снова появляется, и я не могу выкинуть его из головы. Не могу...
И тогда Гэри заметил ещё кое-что. Он время от времени поглядывал на экран Системы, и теперь тот начал сбоить. Изображение мерцало и искажалось, словно что-то разрушало его изнутри.
Что-то... было не так.