Как только Блэкджек прибыл, Кай не стал терять время и сразу отвёл Вампира в один из трёх личных кабинетов, которые заранее предусмотрел в особняке.
Кай изначально представлял себе подобные моменты: важные, закрытые разговоры с членами команды или людьми со стороны. Ему всегда было проще работать в организованной обстановке, а кабинет помогал сохранять концентрацию. Именно поэтому архитектор тщательно продумал весь особняк, расположение помещений и проходов, чтобы Кай мог быстро и без лишней суеты перемещаться по зданию в течение дня.
— Здесь всё ещё пахнет новизной, — сказал Блэкджек, принюхиваясь. — В дереве ещё чувствуется влага... И, полагаю, ты сразу привёл меня сюда, чтобы я не встретился с Гэри? Я чувствую его запах. И остальных тоже.
Кай сел в вращающееся кресло за столом. Ничего не отвечая, он спокойно достал телефон, включил запись и положил его экраном вниз перед собой.
— Для протокола, — твёрдо сказал Кай. — И если ты и так всё понимаешь, зачем тогда задаёшь эти вопросы? Думаешь, я что-то скрываю? Действую за спиной Гэри? — его золотистые глаза сузились. — Сейчас Гэри занят. Так что если тебе есть что сказать, говорить будешь со мной. Если, конечно, я для этого достаточно хорош.
Кай всегда гордился тем, насколько хорошо умеет держать эмоции под контролем. Даже в напряжённые моменты он сохранял спокойствие. Но в этой встрече было что-то такое... из-за чего даже он чувствовал лёгкое раздражение, а подобное случалось редко, особенно в присутствии Вампира.
— Так что, — продолжил Кай уже резче, — надеюсь, ты пришёл с хорошими новостями. Или хотя бы с чем-то, за что можно зацепиться. Может, даже с посланием.
Блэкджек наконец сел напротив и закинул ногу на ногу.
— Для начала, — сухо сказал он, — перестань рассылать своих людей с расспросами о Поселении. Ты что, хочешь породить ещё больше слухов?
В последнее время контактов с Вампирами почти не было, и Кай хотел это изменить, особенно до наступления полнолуния. После возвращения Эдварда у них не осталось почти никакого понимания того, какую позицию теперь занимает Вампирское Поселение. Неудачная атака заставила их отступить? Или они просто перегруппировываются перед следующим ударом?
Кай сомневался, что получит всю правду, но читать между строк он умел всегда. Поэтому и задал вопрос.
— Но это ведь сработало, да? — сказал Кай. — Именно поэтому ты и здесь. И если тебе действительно интересно, зачем я хотел поговорить, то вот причина: какие планы у Поселения? — он слегка подался вперёд. — И, как я вижу, в этот раз пришёл ты, а не ваш Король, как раньше.
— Как всегда проницателен, — усмехнулся Блэкджек. — Но сначала кое-что уточню, — его лицо стало серьёзным. — Я многим обязан Гэри. Без него я, скорее всего, до сих пор сидел бы в той тюрьме... или вообще был бы мёртв. А если бы Эдвард погиб? Для нашей Семьи это стало бы катастрофой. Когда он вернулся, то сделал всё возможное, чтобы выставить Гэри в хорошем свете. Он буквально добивался того, чтобы Поселение поняло, что Ревуны нам не враги, — в глазах Блэкджека мелькнули эмоции. — На первом месте для меня моя Семья. Поселение — на втором.
Услышав это, Кай немного остыл. Ему даже стало неловко за то, насколько жёстко он начал разговор. Вампирская иерархия сильно отличалась от мира Оборотней. В отличие от единой структуры Стаи, Поселение представляло собой запутанную сеть Семей, мнений и старых обид.
— Спасибо, что сказал это прямо, — ответил Кай. — Гэри говорил, что хорошо относится к Эдварду. Ровно как и Инну. Как по мне, мы уже сражались бок о бок, так что я бы предпочёл избежать нового столкновения.
Блэкджек согласно кивнул, и на несколько секунд между ними повисла редкая тишина. Напряжённая, но уже уважительная.
Затем Блэкджек продолжил.
— При всём этом Поселение поручило мне передать сообщение. Отныне всё общение будет проходить через меня, как и хотел Эдвард.
Кай откинулся на спинку кресла и внимательно слушал.
— На данный момент Поселение не собирается преследовать Люпуса и его группу. По всему миру Охотников на Альтеров распускают изнутри. Сейчас внимание Поселения сосредоточено на ситуации с Альтерами.
Кай приподнял бровь. Слишком расплывчато. И, скорее всего, намеренно. Пыталось ли Поселение тайно разрушать организации Альтеров вроде NIRV? Или, наоборот, оно само из тени подталкивало всё к хаосу, чтобы получить больше влияния и власти?
— Мы признаём всё, что вы для нас сделали, — продолжил Блэкджек. — Поэтому Король и хотел, чтобы я лично передал это предложение. Если Ревуны когда-нибудь окажутся втянуты в серьёзную битву... мы проследим, чтобы вам не ударили в спину. Так что об этом можете не беспокоиться.
Кай не удержался от короткого смешка.
— Понятно... То есть вы говорите: 'Мы вмешиваться не будем', но одновременно: 'Не бойтесь сами разобраться с Люпусом'. А фраза про то, что нам прикроют спину... это ведь довольно прозрачный намёк на Тёмную Гильдию, — он вздохнул и опёрся на стол. — Ладно. Тогда спрошу лично тебя. Я хочу услышать не мнение Поселения, а твоё лично. Если мы победим Люпуса и его группу, что, по-твоему, Поселение сделает потом?
Блэкджек ответил без колебаний. — Думаю, шансы пятьдесят на пятьдесят, что вас оставят в покое, — сказал он. — Король, похоже, относится к Гэри неплохо. По крайней мере немного. Но существование сильной Стаи Оборотней всегда будет вызывать опасения. Если вы сумеете сделать то, в чём провалились они... следующей угрозой станете уже вы.
Кай медленно кивнул, явно впечатлённый. — Это... довольно честный ответ. Честнее, чем я ожидал. — А теперь, — сказал Кай, сузив глаза, — что, если мы вообще не будем сражаться с Люпусом? Что, если вместо этого заключим союз?
Блэкджек даже рассмеялся. — Этого никогда не случится. И раньше никогда не случалось. Само предположение бессмысленно.
Кай усмехнулся и постучал пальцами по столу. — Просто подыграй мне и ответь.
Блэкджек выпрямился, и улыбка исчезла с его лица, а голос стал холодным.
— Если такое произойдёт... начнётся полномасштабная война между Вампирами и Оборотнями.