По тону разговора и тому, к чему всё шло, было очевидно, что Мари уже приняла решение. Она долго с ним боролась, долго всё обдумывала, а теперь наконец высказала его вслух — прямо и твёрдо, перед всеми, включая Кая.
Это решение далось ей нелегко.
И в конце концов Кай понял, когда спор уже проигран. Переубеждать её он перестал.
— Ладно... — наконец сказал Кай, выдохнув. — Я согласен. Но только при двух условиях. Первое: никаких других Оборотней в Стаю я принимать не буду. Ни из Ревунов, ни откуда-либо ещё. Я дал обещание и собираюсь его сдержать. Не стану разрушать всё, что мы столько времени строили.
Прежде чем продолжить, он посмотрел прямо на Гэри.
— Перейдёт только Мари. И второе условие: она присоединится ко мне только с разрешения Гэри.
Отчасти Кай переживал, что Гэри тоже больно. Мари была с Ревунами уже очень давно, и теперь, забирая её с собой, Кай словно вынуждал самых близких членов группы выбирать сторону.
А именно этого он хотел меньше всего.
Поэтому согласие Гэри значило для него больше всего.
— Гэри... — Мари повернулась к нему. — Ты ведь понимаешь, почему я это делаю? Я не хочу уходить из Ревунов. Просто... не хочу, чтобы Кай остался один.
— Мари, не говори глупостей, — сказал Гэри и крепко положил руку ей на плечо. — Не будь я в своём нынешнем положении, сам бы сейчас ушёл вместе с вами и был рядом с Каем. Если честно, я даже хочу, чтобы ты пошла. Мне будет спокойнее знать, что он проходит через всё это не один.
Решение было принято. Оставалось сделать лишь одно.
По словам Мидвака, Оборотень не мог просто взять и покинуть Стаю. Разрешить это мог только Альфа. Правда, сам Мидвак утверждал, что понятия не имеет, как именно кого-то исключать, хотя когда-то исключили его самого.
Но, как и раньше, в нужный момент Система подсказала Гэри, что делать.
Он осторожно положил ладонь Мари на голову. Перед глазами тут же появился её экран Системы, а на нём маленький значок
Учитывая серьёзность момента, выглядело это на удивление забавно.
Одного нажатия хватило, чтобы разорвать связь.
Глаза Мари сменили цвет с синего на жёлтый и изменение подтвердило результат.
Теперь она была Омегой.
— Ого... — Мари моргнула и огляделась. — Не ожидала, что ощущения будут настолько странными.
— Неприятно, да? — сказал Мидвак. — Вот так и чувствуют себя такие, как мы. Те, кто ни к кому не принадлежит.
— Похоже, теперь моя очередь разбираться, — сказал Кай, подходя ближе. — И что мне делать? Просто сказать что-нибудь вроде: 'Я принимаю тебя в свою Стаю'?
Гэри приподнял бровь, лишь теперь по-настоящему осознав, насколько удобной была Система. Когда к ним вступал Мидвак, она сама провела его через весь процесс. Подсказки, понятные шаги. У Кая ничего подобного не было.
— Придётся пробовать, — слегка улыбнулся Гэри. — Переберём несколько вариантов. Что-нибудь наверняка сработает.
К счастью, сработал уже первый.
Кай осторожно положил ладонь Мари на голову, повторяя движение Гэри. Затем закрыл глаза и сосредоточился. Ему было важно не просто произнести слова, а действительно вложить в них смысл.
— Я принимаю Мари в свою Стаю, — отчётливо сказал он.
Произнося это, Кай ясно представлял себе, как принимает её, искренне, от самого сердца. Между ними вспыхнул поток Энергии, и глаза Мари снова стали синими.
Неприятное ощущение вернулось, только теперь его почувствовали остальные Оборотни в комнате. Мари принадлежала другой Стае. Связь изменилась.
— Солнце уже взошло, — сказал Кай, отступая назад. — Остальные скоро начнут просыпаться... и, уверен, вопросов у них будет немало.
Он в последний раз повернулся ко всей группе.
— Но сразу скажу: я вернусь. Как только разберусь со всем этим, вернусь. После полнолуния со мной всегда можно будет связаться. Номер у вас есть. Если что-нибудь случится, если понадобятся совет, помощь или просто ответ на вопрос, звоните. В любое время.
Дверь со скрипом открылась, и хотя все договорились не считать это прощанием, ощущалось именно так.
Перед самым уходом Кай остановился.
— И последнее, Гэри... — тихо сказал он. — Раньше я этого не сказал... Голова была совсем не на месте. Но сейчас я уже могу мыслить яснее, — он поднял взгляд, и в глазах появилась прежняя острота. — Судя по всему, Унзоку явно не рассчитывал, что всё пойдёт именно так. Наверняка ожидал гораздо больше хаоса. Что мы сильнее расколемся. Начнём уничтожать друг друга. И если бы дело зависело только от меня... возможно, он бы своего добился, — Кай покачал головой. — Но ты слишком часто недооцениваешь себя. Всё до сих пор держится вместе именно благодаря тебе, Гэри. И вот поэтому... лидером являешься ты. Не я, — он сделал шаг назад и прищурился. — Будь осторожен. Теперь, когда этот план провалился, Унзоку наверняка попробует что-нибудь ещё, — а затем на лице Кая появилась лёгкая ухмылка, исчезнувшая почти так же быстро. — И напоследок скажу тебе вот что... Именно ты — Альфа, за которым я хочу следовать.
Не оглядываясь, он ушёл, а Мари молча последовала рядом.
Никто не видел лица Кая. Но если бы увидели, то заметили бы плотно сжатые губы и огонь, горевший в глазах.
"Унзоку..." — с горечью подумал он. "Ты заплатишь за всё, что сделал. Ещё пожалеешь о том дне, когда превратил меня в Альфу!"
Он посмотрел на Мари. — Пожалуй, пора попробовать найти во всей этой ситуации хоть что-нибудь хорошее, — сказал Кай, стараясь немного разрядить обстановку.
Мари склонила голову набок. — Ты о чём?
Уголок губ Кая снова слегка приподнялся. — Это значит... — произнёс он, и глаза блеснули, — что теперь у нас есть ещё один Альфа.
Мари задумалась на мгновение, а затем широко распахнула глаза. — ...А значит, ещё одна Луна.