Контент удален!

— Кто знает, когда наступит этот день? 

На вопрос маркизы Конолли Юлиус ответил кривой усмешкой. Он не собирался спорить, ведь в этом они были солидарны. 

— И зачем вы только тогда так поступили? — спросил он. 

Маркиза промолчала.

 — Если бы вы покончили со всем еще тогда, нам бы не пришлось зайти так далеко.

Но прошлое не имело обратного хода. Случайная ошибка, мимолетная слабость — и вот уже тысячи вариантов будущего отравлены их последствиями. Юлиус и маркиза все еще находились в эпицентре этого шторма. Более того, для него время и вовсе остановилось. Он замер в одном состоянии: и памятью, и разумом, и телом.

Перед уходом маркиза Конолли попросила известить ее, как только планы или график поездок герцога окончательно утвердят. Впрочем, «уйти» в ее случае было понятием относительным — она тоже жила в Паллесе. Даже если крыло, отведенное для дам, считалось удаленным, пешая прогулка до него занимала от силы десять минут.

Юлиус со вздохом окинул взглядом гору подарков. Большинство из них были совершенно бесполезны — либо сразу на выброс, либо передарить. Еду он распорядился отправить слугам и рыцарям, прочие безделушки тоже найдут других владельцев. Единственное, что имело здесь хоть какую-то ценность, — спрятанные между коробками документы.

Тем не менее уезжать совсем с пустыми руками было не по чину, так что кое-какие вещи он решил отобрать и отправить на склад. «Надо бы и рыцарю из Паллеса что-нибудь подбросить», — подумал Юлиус и перевел взгляд на стоявшего рядом Берта.

Берт, расслабившийся сразу после ухода маркизы, мгновенно поймал этот взгляд. 

— У вас есть какое-то поручение, Ваша Светлость? — осведомился он. 

— Что скажешь о Гримальди? 

— Вы об Адри? — уточнил Берт. — Неплох, весьма неплох. 

— Давай подробнее. 

— Говорит, что перевелся в Паллес исключительно из неприязни к семье. Похоже, с графом у него отношения, мягко говоря, натянутые. Парень немногословен. Если к нему не обращаться, сам разговоров не заводит и лишних вопросов не задает. Причем не только пустых, но и вполне дельных. Типичный рыцарь: не рассуждает, а просто исполняет приказы. Ах да, и еще… за ним не числится ни одной любовной интрижки, ни с женщинами, ни с мужчинами. Судя по всему, он…

— Берт, — оборвал его Юлиус. Герцог потер переносицу. Он прекрасно понимал, что тот ерничает и специально уводит разговор в сторону личных качеств, хотя вопрос касался совсем другого. 

— Похоже, он не из «этих», — подытожил Берт, не меняя тона. 

— Ты уверен? 

— На данный момент — да. А вот что будет дальше, предугадать сложно. Все-таки он сын того подлого графа.

Юлиус невольно воскресил в памяти образ Спенсера Гримальди. Он не знал, каков его естественный цвет волос, но сейчас голову графа покрывала безупречная седина. Этот мужчина с лицом, которое выглядело подозрительно молодо для его лет, вызывал двойственные чувства: король доверял ему больше всех и одновременно с тем опасался его сильнее собственных врагов.

Затем Юлиус перевел мысли на Адри Гримальди. В этом тонком, худощавом рыцаре с золотисто-каштановыми волосами не было ни капли сходства с отцом. Юлиус еще не видел его в деле и сомневался, сможет ли такой хрупкий на вид юноша обеспечить достойную защиту, но слухи, ходившие по Паллесу, говорили об обратном. 

— «Пес Паллеса», значит…

Обычно «псом» называют верного слугу, но в этом прозвище явно сквозило иное — «гаденыш». Глядя на спокойное, почти нежное лицо Адри, Юлиус никак не мог сопоставить его с дурной славой рыцаря. Юноша вел себя тише воды, ниже травы. Неужели так боится лишиться головы? 

— Я пока в нем не уверен, — признался Юлиус. — Но он точно не похож на Спенсера Гримальди.

Как минимум Адри совершенно не умел плести интриги. Влияние Гримальди зиждилось на политическом таланте Спенсера, и будь сын хоть немного похож на отца, в Паллесе с ним бы так не обходились. 

— Ведь вы не подпускаете его близко, Ваша Светлость.

Впрочем, Юлиус не подпускал к себе никого из местных рыцарей. В Паллесе нельзя было доверять никому. Хотя и во владениях Вудпекеров хватало тех, от кого стоило ждать ножа в спину. 

— А не устроить ли ему проверку? — предложил Берт. — Было бы забавно посмотреть, как Адриан пойдет против Спенсера. 

— Думаешь, пойдет? Он не производит впечатления человека, способного на подобный бунт. 

— Ну, он же «Пес Паллеса». А значит, умеет кусаться. 

— Будет куда хуже, если он решит укусить хозяина. 

— Стоит рискнуть и приручить его, даже если есть шанс быть укушенным. Рано или поздно род Гримальди перейдет в руки Адри.

Слова Берта не были лишены смысла. Спенсер не сможет удерживать власть вечно — еще лет десять, от силы двадцать. Для долгосрочных планов срок вполне приемлемый. 

— Я подумаю над этим, — ответил Юлиус и поднялся с кресла. 

Берт, который был значительно выше герцога, едва достававшего ему до груди, почтительно кивнул. 

— Кстати, есть к тебе одно дело.

Юлиус подошел к столу, быстро набросал что-то на листке бумаги и, свернув его, протянул Берту. Тот бегло ознакомился с содержанием, аккуратно сложил записку и спрятал под кожаный нагрудник. 

— Постараюсь закончить как можно скорее, Ваша Светлость. 

— Хорошо. Тогда поехали. 

— Куда прикажете, господин? 

— В Квартал ведьмы.

Берт уже собрался кивнуть, но вдруг замер. Кажется, это был идеальный момент. На его губах заиграла многозначительная улыбка. 

— Ваша Светлость. 

— Что еще? 

— Раз уж я должен заняться вашим поручением, почему бы вам не отправиться в Квартал ведьмы вместе с сэром Гримальди? 

Юлиус промолчал, выразительно глядя на подчиненного. 

— Вам нужно сближаться, — невозмутимо продолжил Берт. 

— С чего бы это? 

— Вам еще несколько месяцев бок о бок провести. Нужно выстроить доверие, чтобы в случае опасности он не сбежал, а защищал вас до последнего вздоха. 

— Мне не нужны те, кто может сбежать. 

— А как вы это узнаете, не проверив? — Берт пожал плечами. — Квартал ведьмы — место спокойное, ничего не случится.

Юлиус заподозрил, что Берт просто из какого-то странного упрямства пытается свести его с Адри. 

— Погода чудесная, — добавил он, — как раз для прогулки. Я велю слугам все подготовить.

Похоже, вопрос был решен без участия самого Юлиуса. Он ничего не ответил и лишь отвернулся к окну. Лето вступало в свои права. Зимняя промозглая сырость уступила место сухому ветру, который теперь гулял по комнатам. Лето в Паллесе всегда было ослепительным. Может, виной всему то, что он неизменно приезжал сюда в конце весны? Юлиус ненавидел Паллес всей душой, но в красоте этого времени года таилась какая-то необъяснимая, щемящая тоска.

— Паллес выглядит таким счастливым, — негромко произнес он. Ветер, солнечные блики, белоснежные цветы, детский смех, доносящийся откуда-то издалека… — Аж тошно.

Рыцарь коротко бросил: «Иду исполнять», — и вышел из гостиной. Юлиус проводил его взглядом. Вскоре вошел слуга и сказал, что экипаж будет готов через час, а сейчас господину принесут одежду для выезда. Юлиус промолчал и на этот раз.

***

Вернувшись в свою комнату, Адри распахнула окно и зажгла свечу на столе. Снаружи тут же ворвался легкий ветерок. Возможно, именно из-за этого благодатного климата Паллес веками оставался столицей королевства Далькатир. Ранняя весна с ее пьянящими ароматами уже шла на убыль, уступая место поздней.

Эта пора в Паллесе казалась ей чужой. Здесь было так тепло, что порой чудилось наступление лета — куда теплее, чем в северных владениях Гримальди. Глядя на буйство зелени, Адри невольно подумала, что Адриану бы это пришлось по душе. Но он так и не увидел этой красоты.

Она взяла лист плотной бумаги и принялась выводить скрытые строки фруктовым соком. Поверх них она добавила самый обычный текст: что у нее все хорошо, что она тоскует по родным… Все те лживые, лишенные и капли искренней привязанности слова, которыми были полны письма Спенсера Гримальди, теперь зеркально отражались и в ее ответном послании.

Прижав пресс-папье к листу, чтобы подсушить чернила, Адри аккуратно сложила письмо. Она достала сургуч и зажгла свечу. Когда густые капли воска упали на бумагу, Адри вытащила из потайного уголка ящика кольцо-печатку и притиснула его к сургучу — нарочито небрежно, будто ее совершенно не заботило, если кто-то увидит содержимое.

Оставалось отнести письмо в почтовую службу, и на этом формальности были бы закончены. К тому же, ей уже пора было собираться к герцогу. В этот момент в дверь постучали. Адри не стала приглашать войти, а сама подошла и открыла створку. 

— Сэр Адриан Гримальди? — перед ней стоял слуга. — Планы изменились. Через тридцать минут вам надлежит отправиться в город вместе с Его Светлостью. 

— Хорошо, — ответила Адри. — Я буду вовремя. 

— Вы даже не спросите, куда именно? — удивился тот. 

— Куда бы ни направился герцог, это не изменит моих обязанностей по его охране. 

— Мы едем в Квартал ведьмы, — пояснил слуга.

«Там вряд ли придется всерьез махать мечом», — подумала Адри. 

— В таком случае ждем вас в приемной через полчаса, сэр. 

— Я могу пойти с вами прямо сейчас. 

— Его Светлость сейчас переодевается, так что вам нет нужды спешить.

— Понимаю, — кивнула Адри. — Тогда я сначала загляну в почтовое отделение, а оттуда сразу присоединюсь к вам.

Слуга бросил мимолетный взгляд на письмо в ее руках и почтительно склонил голову в знак согласия.