Контент удален!

Откуда он взял кинжал? Кто-то передал ему? Сейчас уже не имело значения.

Лев нанёс удар Маколифу, и рыцари бросились, чтобы оттащить его. Рыцари Палессы держались на расстоянии, осторожничая, а ионадские подошли ближе. Возможно, считали его безопасным, ведь он был из Ионада.

Но сейчас Льву было всё равно. Он отбивался от пытавшихся схватить его ногами, размахивая кинжалом.

Один молодой рыцарь, которого Лев задел клинком, закричал, когда кровь залила ему глаза, и выронил меч. Лев не упустил момента и схватил его. Было ли это для защиты или для нападения — неизвестно.

Ситуация превратилась в хаос. С тех пор как Лев ударил Маколифа, аристократы с криками разбегались. Часть рыцарей из Палессы и Ионада отступила, чтобы защитить Клода, остальных аристократов охраняли Стражи Вудпекера.

Ткани, украшавшие деревья, где ещё минуту назад аристократы чокались и беседовали, были залиты кровью, более половины ламп и свечей погасли. В темноте рыцари и Лев стояли друг напротив друга.

Конечно, Лев не мог победить. Сбежать отсюда было нелегко. За спиной у него было дерево, перед ним — рыцари. Ионадские рыцари, видевшие, что случилось с молодым, не решались приближаться. Палесские были настороже. Они не собирались проявлять к нему снисходительность.

Ионадские рыцари, знакомые с Львом, тоже не знали, что делать. В отличие от криков вокруг, здесь было тихо. Маколиф больше не кричал. Он потерял слишком много крови, возможно, уже умер.

— Лев Зид, — сказал палесский рыцарь. — Твоя вина доказана, и во имя короля я арестовываю тебя.

Лев посмотрел на него. На его лице, искажённом гневом, читалось раздражение. Он не понимал, что происходит.

— Ты сжёг лес герцога и покусился на благородную жизнь. Ты понесешь заслуженное наказание, и твоя жизнь принадлежит королю и закону. Если будешь сопротивляться, наказание будет суровее. Подчинись.

— Покусился? — Лев усмехнулся. — Преступник — он.

Он указал на умирающего Маколифа.

— Он отравил меня! — и приказал сжечь лес. Лес ведьмы, лес, который породил герцога. Он сказал, что если сжечь его, всё вернётся. И тогда он сможет получить желаемое.

Сможет ли он вернуться в Гримальди? Тогда Лев так думал. Теперь он не мог понять, чего он хотел на самом деле — Гримальди или чего-то другого. Как бы там ни было, он хотел вернуться. В Гримальди, в холодное, бесплодное, но прекрасное место. К тем, кого он знал, и...

— Адрина, — сказал Лев.

— Что? — переспросил рыцарь.

Взгляд Льва упал на Адрину. Он знал, что она в Вудпекере. И хотел забрать её. В наше Гримальди.

Но Адрина рядом с герцогом выглядела странно. На ней было светло-зелёное платье, а не рыцарская форма. Он никогда не видел её в платье, и она была довольно красива. Проблема была в красном кольце у неё на пальце. Цвета волос герцога.

— Ха.

Кольцо.

Сначала Лев удивился, а затем его лицо исказилось. Женщина рядом с герцогом, с лицом Адрины, казалось, была не она, но это лицо он знал.

— Адрина, — сказал Лев.

Рыцари, стоявшие напротив, переглянулись, не понимая ситуации.

— Адрина!

Лицо Льва снова исказилось от гнева. Адрина, чьё имя он выкрикнул, перевела взгляд. В отличие от Льва, охваченного яростью, она была спокойна. Посмотрев на него, она склонила голову к плечу герцога. Глаза Льва налились кровью.

— Похоже, он целится в нас, ваша светлость, — сказала Адрина.

Юлиус подумал, что, наверное, это не то, что она имеет в виду, но ответил:

— Возможно.

Хорошо, что она эмоционально негибкая. И всё же умудрилась сказать, что любит...

Юлиус улыбнулся. Адри удивлённо посмотрела на него.

— Простите, ваша светлость, сейчас не время для улыбок.

Юлиус не смог сдержать смех. Она смотрела на него, не понимая, что смешного сказала.

— Мне кто-то говорил, — Юлиус обнял Ади за плечи, — что завоевать расположение холодного человека труднее, чем любовь страстного.

— Мудрые слова.

— Но мне, кажется, досталась любовь холодного человека.

Сказав это, Юлиус посмотрел на Льва, стоявшего неподалёку.

— Даже в такой ситуации мне хорошо.

Словно говоря: «Я добился того, что тебе никогда не удастся».

И Лев понял его. Он уставился на герцога. Он отнял у него Адрину. Если бы не он, всё было бы его, но герцог всё разрушил.

Лев перехватил меч. Рыцари насторожились, думая, что он нападёт. Но у Льва была другая цель.

Он снова бросился вперёд. Рыцари, ожидавшие нападения, наставили на него мечи, но Лев, не обращая внимания на лезвия, оттолкнул окруживших его и вырвался.

Рыцари растерялись от неожиданности, а аристократы, стоявшие на его пути, завизжали и разбежались. Рыцари Вудпекера тоже бросились защищать аристократов. Всё, что случилось в землях Вудпекера, было под юрисдикцией герцога, и если бы с ними что-то произошло, они могли бы предъявить претензии.

Поэтому никто не мог остановить Льва, бегущего к герцогу.

Никто не думал, что он нападёт на Вудпекера. Королевские рыцари, Стражи Вудпекера, рыцари, аристократы, стоявшие на его пути, могли только смотреть, как он бежит под сгоревшую дубраву.

— Герцог! — закричал Лев.

Адрина встала перед герцогом. Её рука нырнула под платье. В обеих руках у неё было оружие. В правой — тонкая рапира, в левой — тяжёлый кинжал.

Меч Льва устремился вперёд. Она много раз видела этот меч Гримальди. Тот, кто учил её этому мечу, теперь наставлял его на неё. Но и Лев не владел истинным мечом Гримальди.

Потому что он был не их крови.

— Ади!

Кто-то крикнул. В этом крике были и предостережение, и просьба защитить герцога, и беспокойство.

Хотя говорят, что меч Гримальди непобедим...

— Адрина!

Но для Гримальди это было исключением.

Адрина парировала опускающийся меч кинжалом и, повернув руку с рапирой снизу вверх, приставила её к затылку Льва. На тренировке на этом бы всё закончилось, но Лев, не обращая внимания на порез, инстинктивно отбил меч и вырвался.

Его лицо выражало растерянность. Он не собирался так делать.

Но Адрине было всё равно. Не колеблясь, она вонзила кинжал в его запястье. Затем провела рапирой справа налево.

Рана была неглубокой. Если бы это был её обычный меч, он бы разрубил тело пополам, но тонкий клинок не проник и наполовину.

Но она была смертельной, и Лев, не в силах больше двигаться, медленно осел.

Кровь, хлынувшая из него, залила платье Адри.

Как волосы герцога.

Густо-красная.

— Вы в порядке, ваша светлость?