Контент удален!

Она не думала, что Лев Зид снова появится здесь.

Она знала, что это он поджёг дубраву. И видела его умирающим. Но не думала, что он ещё жив. Сначала она даже решила, не призрак ли это. И не только она.

Маколиф и Клод выглядели встревоженными.

Клод отправил Льва, изгнанного графом, к Маколифу, а Маколиф послал Льва в Вудпекер, и тот сжёг лес. Они, конечно, думали, что он мёртв, и им не могло быть приятно видеть его здесь.

— Ваша светлость, — начала Ади. — Это тоже часть плана?

Юлиус перевёл взгляд на неё. Её лицо было напряжённым. Она пыталась казаться спокойной, но в ней чувствовались эмоции к Льву. Словно сдерживаемый гнев.

— Что Лев здесь, живой.

— Да.

Ему это не нравилось.

— Я отправил людей в королевский дворец. Сказал, что нашли того, кто поджёг дубраву.

Любые чувства.

— И вот прибыли рыцари, чтобы арестовать преступника.

Юлиусу не нравилось, что Адрина испытывает к Льву какие-то чувства.

— И если он скажет правду...

Будь то гнев или отвращение.

— ...тот человек тоже не уйдёт от ответственности.

Сказав это, он посмотрел на Маколифа, затем встретился взглядом с Клодом. В глазах Клода читались разные чувства. Там был и страх. Ведь это он отправил Льва к Маколифу.

Наверное, он хотел досадить графу, но не ожидал, что Маколиф так поступит. Конечно, Юлиус не собирался проявлять снисхождение. Каковы бы ни были намерения, Вудпекер понёс ущерб.

И этот долг должен быть возвращён — будь то его кузен или наследный принц.

Важно было и то, как именно, но он не собирался требовать сейчас, поэтому не станет использовать Клода. Юлиус усмехнулся, и Клод тоже выдавил улыбку.

Когда Юлиус отправил людей в королевский дворец и сказал, что не нужно приезжать, Клод подумал, что упускать такое веселье нельзя. Но оказаться в центре этого веселья самому было неловко. Сейчас это, конечно, Маколиф, но это явно было и предупреждением ему.

Он не реагировал на убийц, которых посылал ради шутки. Может, потому что посягательство на герцога лично и ущерб его землям — это разные вещи? Или потому что это касалось кого-то другого?

Надо было забрать её, когда она притворялась Адрианом. Если бы он оставил её у себя, всё обернулось бы иначе. По крайней мере, этого бы не случилось. Где же всё пошло не так?

Может, лучше уйти? Клод, раздумывая, уже собирался поставить бокал и покинуть банкет, как вдруг Маколиф окликнул его:

— Ваше высочество.

Клод обернулся. Маколиф, с побледневшим лицом, указал на Льва.

— Вы его тоже видите?

— ...

Этот парень, наверное, под кайфом. Не верит, что Лев жив? Или не верит своим глазам?

— Не знаю, — ответил Клод.

У Маколифа могли быть обе причины. Ему помог лекарь-маг, и он жив, но нет гарантии, что Маколиф тоже в себе. Клод хотел было немного подшутить, сказав: «Я не понимаю, о чём вы», как вдруг взгляд Маколифа заметался.

— ...Яд был смертельным.

Его растерянное лицо было приятно видеть. Улыбнувшись, Клод посмотрел на Юлиуса. Тот глядел прямо перед собой, точнее, на Маколифа. Юлиус и Адри. Клод нахмурился. Ему было неловко.

— Его невозможно было нейтрализовать...

Лучше уйти, пока цел. Клод уже собрался с духом, как вдруг Маколиф схватил его за край одежды. Он оттолкнул его руку. Резкий звук привлёк внимание.

— Что вы делаете, виконт?

— Но, ваше высочество...

Лицо Маколифа было белым как мел. Сначала все подумали, что это проблема между ними, и гадали, что случилось, но затем заметили фигуру, медленно приближающуюся.

Мужчина в белой одежде, напоминающий больного, не был похож ни на слугу, ни на прислугу. Сначала подумали, что это призрак или шут, но когда он подошёл ближе, его узнали.

Изгнанный из дома Гримальди рыцарь, Лев Зид.

О том, что его выгнали, все знали, но куда он делся потом, никто не ведал. За что граф его отсёк, неизвестно, но Лев был искусным бойцом, и многие аристократы хотели бы заполучить его.

Но никто не ожидал, что мужчина, которого нигде не было видно, появится здесь в таком виде.

Он медленно приближался. Сначала он выглядел как призрак, но чем ближе подходил, тем больше его искажённое, сморщенное лицо напоминало дьявола. Лев, ни на кого не глядя, шёл прямо. Затем ускорил шаг.

Лев открыл рот. Издалека не было слышно, но по губам можно было прочитать: «Виконт».

Возможно, его сорванный голос всё же достиг ушей Маколифа. Лев Зид был не галлюцинацией. Он действительно был здесь. Как он выжил после такого яда, было загадкой, но он был жив.

Маколиф хотел уйти. Он повернулся, чтобы сказать Клоду, что лучше бежать, но Клода не было. Он оглянулся — Клод был уже далеко.

Хитрый член королевской семьи. Обычно они хорошо понимают намерения других, но не замечают очевидного, но Клод был другим. Когда он думал, что Клод наконец-то у него под контролем, он каким-то образом ускользнул. В Далкатире ничего не получалось.

Тут к кронпринцу подошёл Иван. Они о чём-то говорили. С каждым словом Ивана лицо Клода мрачнело. Значит, и ему не поздоровится. Маколиф улыбнулся. Клод тоже был замешан в деле Льва, так что не только ему не везёт.

Но сейчас было не до этого. Маколиф хотел скорее смешаться с толпой. Даже если целью Льва был он, он не тронет других. К счастью, здесь были влиятельные аристократы юга Далкатира.

Маколиф повернулся. Лев заметил это. Он ускорил шаг. Глядя на Льва, который бежал, не обращая внимания на корни, Маколиф попытался потеряться в толпе. Но некоторые, не понимая, что происходит, не уступали дорогу, а некоторые даже пытались с ним заговорить.

— Виконт!

Крикнул Лев сорванным голосом. И в тот же миг из-за деревьев выбежали рыцари. Не в красных плащах Вудпекера, а с гербами Ионада и Палессы на груди.

— Лев!

Крикнул ионадский рыцарь. Рыцарей из Палессы было гораздо больше. Лев тоже это заметил. В Ионаде у него были знакомые, но не в Палессе.

— Стой, Лев!

Лев не оглядывался и не останавливался. Он улыбнулся и побежал к Маколифу, который не мог уйти из-за толпы. В руке у него был кинжал.

— Виконт Пасаллис Маколиф!

Крикнув, Лев бросился на него. Их тела столкнулись, Маколиф закричал и забился. Брызнула кровь. Белая одежда Льва окрасилась в красный.

Никто не ожидал такого. Лицо Клода, стоявшего рядом с Иваном, побелело, Иван тоже растерянно заслонил его. Рыцари бросились туда. В толпе раздались крики. Но ни один не был громче крика Маколифа.

— ...Это, — Юлиус помрачнел. — Не входило в мои планы, Адри.

— Да, — Адри тоже смотрела на это растерянно. — Похоже на то.