Контент удален!

Пробивался тусклый предрассветный свет. Казалось, свирепствовавший всю зиму ветер начал стихать. Иней на оконных решётках и голые ветви деревьев, тянущиеся к небу, ещё напоминали о зиме, но в воздухе комнаты уже чувствовалась весенняя мягкость. Ветер тоже почти утих.

На толстом бархатном одеяле рассыпались рыжие волосы. Адри пошевелилась первой. Она закинула руку за голову, убирая упавшие на лицо пряди, и медленно открыла глаза. Было ещё темно, но вдали за окном, словно раздвигался занавес, виднелся синеватый свет.

Адри потёрла слипшиеся веки и, словно притягиваемая теплом, исходившим от спящего рядом, прильнула к нему. Юльс, ещё не проснувшийся, но отозвавшийся на её движение, расслабленно обнял её за талию и притянул ближе. Дыхание коснулось уха. Адри, тихо улыбнувшись, запустила руку в его волосы. Ей нравилось ощущение длинных прядей, скользящих между пальцами.

— Юльс, — позвала она.

— М-м.

— Пора вставать.

— Дай мне ещё немного полениться.

С этими словами он уткнулся лицом в её грудь и тихо добавил:

— Ненавижу светский сезон.

Иметь дело с людьми было хуже, чем с делами. К счастью, он был не в том положении, чтобы кому-то льстить. Если бы ему пришлось бегать в поисках покровительства, он бы, наверное, бросил всё и заперся в поместье, даже не глядя в ту сторону. Но ничего не поделаешь. Он родился правителем, склонять голову было не в его природе.

— Сегодня мы возвращаемся в Вудпекер. Мы же должны попрощаться с его высочеством и его величеством.

— Клод сейчас, наверное, спит. А его величество… — он запнулся. — …говорят, всё видит и слышит.

Король, возможно, не спит. Не в силах ничего сделать, ощутив своё тело гробом, он не может ни встать, ни уснуть навеки.

— Да, нужно готовиться к отъезду.

Юльс сел. Утро было на удивление бодрящим. В Вудпекере по утрам всегда пахло нагаром от свечей и дымом из камина, но в Ионаде этого не было. Утро без едкого запаха было приятным.

Магическая революция… Неплохая идея.

Нужно подумать о том, чтобы наладить контакты и с той стороной. Если Клод взойдёт на трон, повышение статуса герцогства, возможно, ускорится.

***

Над тающим снегом поднимался лёгкий туман. Края гравийной дороги, по которой ехал экипаж, с удлинением дня раскисли от талого снега. Лютые ветра утихли.

Лёд на искусственном пруду во дворце медленно трескался. Маленькая веточка, всплывшая на поверхность воды, покачивалась от дуновения ветра, а между комьями земли пробивалась молодая зелёная трава, похожая на мох.

— Говоришь, уезжаешь сегодня вечером? — спросил Клод.

— Да.

— А где твоя невеста? Её и след простыл.

— Пошла навестить её величество королеву.

— А.

Действительно, кажется, они несколько раз встречались. Как члены одной семьи, королева, видимо, давала ей какие-то советы. Мало кто любил наставления королевы, но Адрина, как всегда, молча слушала, и это, видимо, пришлось той по душе — она часто звала её к себе. Были, конечно, некоторые проблемы, но, в конце концов, она носила кровь Гримальди.

В связи с этим, графиню Гримальди и Адриана Гримальди тоже иногда приглашали, но, поняв, что приглашать их вместе неинтересно, королева, кажется, стала звать их порознь.

— Планы уже набросал?

— Приблизительно.

— А с храмом как?

— Вот это мне не нравится.

Клод раздражённо откинул волосы. Мешали ли ему его собственные волосы или храм — непонятно.

— Что они для нас сделали? А смеют рассуждать о божественности королевской власти. Надо было, как Эверт, начинать с магическо-теократического общества. Там маги признают короля.

— Там король сам маг, потому так и есть.

— Летом проведём, — сказал Клод.

— Значит, всё же проводишь?

Лето… Он собирается продержать его дольше, чем можно было ожидать.

— Да, так что приходи красиво одетым.

С какой стати на похороны короля нужно наряжаться?

— Коронацию, думаю, лучше провести зимой.

— Обычно проводят весной.

— Чем быстрее, тем лучше. К тому же весна — горячий сезон. Все эти страны понаедут с просьбами. К тому же это время свадеб. Бронировать будет непросто.

Горячий … Возможно, но…

— К тому же сейчас светский сезон, так что не придётся специально созывать аристократов. Ты ведь тоже не приедешь, если будешь занят?

— Наверное.

Разумный подход. Хорошо бы всё сделать за раз.

— Кстати, где ты собираешься провести это лето? — снова спросил Клод. — Ты же больше не поедешь в Палессу.

— Не знаю.

Палесса неплоха, но проводить там несколько месяцев — пустая трата времени.

— Скорее всего, останусь в Вудпекере.

— Иногда буду приезжать в Ионад. По крайней мере, летом здесь прохладнее, чем там.

— Подумаю. — ответил Юлиус.

«Не приедет», — подумал Клод.

Обычно он сам переезжал, но скоро ситуация изменится. Став королём, он вряд ли будет покидать Ионад. Разве что наездами в Палессу.

Жаль, что так расходятся пути, но это неизбежно.

— Клод.

Теперь, когда их владения чётко разделены…

— Надеюсь, ты не проведёшь это время впустую.

— Что значит «впустую»?

— Постарайся избавиться от тех, от кого возможно избавиться, как можно скорее.

— Тебя это тоже касается?

— Если сможешь, попробуй.

С этими словами Юльс поднялся. Клод усмехнулся. Возможно ли это? Как бы то ни было, они союзники.

— Мне нужно готовиться к отъезду.

Клод махнул рукой — мол, иди. Юльс повернулся, и Клод, подняв бокал, смотрел ему в спину. Стоявший у внутренних дверей тронного зала стражник в такт шагам открыл дверь.

Когда Юльс вышел, солнечный свет потоком хлынул через окна в длинный, тихий коридор. Его взгляд скользнул по тонкой полосе света на полу, и на мгновение солнце заиграло золотом в его глазах. Двери тронного зала медленно закрылись. Сквозь них доносились приглушённые голоса.

***

На пологих холмах юга Далкатира и широких равнинах Вудпекера уже не осталось и следа зимы — повсюду пробивалась молодая трава. Стоило спуститься чуть ниже, и воздух становился совсем другим.

Ветер, врывавшийся в щель оконной рамы, уже не пах сухой землёй, а нёс с собой аромат полевых трав. Деревья вдоль дороги были ещё голыми, но на кончиках ветвей набухали крошечные почки. Вместо холодных порывов кожу ласкало мягкое солнце, и накидки крестьян, пересекавших ранним утром виноградники, казались легче.

— Должны добраться до поместья до заката, — объявил кто-то.

И тут Адрина…

— Мне же запретили тренироваться.

— …

Так и было.

Как только они выехали из Ионада, Адри переоделась из неудобного платья в свободную одежду и попыталась, как обычно, сесть на лошадь и помахать мечом, но все её отговаривали. В конце концов, она заявила, что не сахарная кукла, и потребовала права на движение…

— Говорят, здесь орудуют разбойники.

…и тайком сбежала, чтобы поймать нескольких бандитов.

Свита герцога окружила пятерых связанных, без сознания разбойников. На их лицах алели вертикальные полосы — видимо, следы от удара ножнами. Со временем, наверное, почернеют синяками.

— В последнее время сбор налогов усилился. Из-за обещания помогать Тюрингии. Даже за короткий срок война стоит больших денег.

Бедная страна не может позволить себе войну. Если проиграешь — огромные убытки, включая репарации; если даже победишь — не хватит сил на восстановление. Король действительно сделал необдуманный выбор. Благодаря этому позиции Клода начали укрепляться. В конце концов, всё упирается в еду. По крайней мере, Клод делал то, что было на благо Далкатира.

— Я не ожидал, что ситуация так изменится.

— Нужно усилить патрули. Из-за нехватки продовольствия люди грабят или уходят, есть и преступники, бежавшие от налогов. Особенно много их с земель аристократов, поддерживавших помощь. Наверное, юг теплее, и зимовать здесь удобнее.

— Стоит обдумать.

Но то, что этот вопрос подняла будущая герцогиня, которая тайком сбежала размяться, потому что не могла усидеть на месте…

Гэвин немного волновался. Берт был спокоен. Димитрий, когда узнает, схватится за голову.

— Но это как-то обнадёживает, — сказал Джоэль. — Преступники тоже вряд ли хотели бы лечиться у лекаря-мага. А куда их передать? Будем судить в наших владениях?

— Раз это случилось в наших владениях, значит, и судить будем здесь.

— После того, как лес выгорел, появились дороги, и посторонние стали проникать тайком. Нужно усилить охрану.

— А эти дозорные чем занимались?

— Наверное, тренировались.

— Нужно пойти и вздрючить их.

«Рою не поздоровится», — подумала Адри, вытирая пот.

Приятно было наконец-то размяться. Вдалеке раздался колокольный звон. Поместье уже недалеко. Было бы неудивительно, если бы они добрались не к вечеру, а к полудню. Джоэль, сказав, что после физической нагрузки нужно обязательно подкрепиться, протянул ей яблоко. Адри, ловко очистив его кинжалом, протянула кусочек ему. Тот с недовольным видом взял.

— Этим ножом ведь никого не убивали? — спросил он.

— …

Адри не помнила, но она его хорошо чистила, так что, наверное, всё в порядке.

Как и предполагала Адри, до поместья Вудпекера они добрались быстро. Около двух часов дня показался въезд в поместье. Иван ушёл вперёд, чтобы известить о возвращении герцога. Но Юльс, вместо того чтобы сразу ехать в поместье, сказал, что они с Адри сначала заедут в другое место. Для слуг и вассалов это было даже удобно — появлялось время на подготовку.

— Сюда, — сказал Юльс.

Он привёл её в знакомое Адри место. Это была оранжерея. Экипаж направился туда, где Юльс работал, отдыхал, а иногда они бывали там вместе. Юльс, выйдя из кареты, прошёл не внутрь оранжереи, а за неё. Там было небольшое, но густо заросшее пространство — не лес, но и не просто сад.

И Адри поняла, зачем он привёз её сюда.

— Это…

Не узнать было нельзя.

Надгробие.

— Адриан..

Надгробие, которое она сама выбрала.

— Однажды ты сказала.

Над плотью и кровью Гримальди вырастают ягоды, убивающие ведьм.

— Что твоя душа в могиле.

Если так, то эта кровь убьёт и эту землю?

— Я привёз его сюда.

Неизвестно.

— …Как…

Но если этим действием такая кровь и земля ведьмы будут подчинены человеку…

— Так что теперь отдай мне всю себя.

Это тоже неплохо.

— Только мне, исключительно мне.

Даже если эта кровь и сила разрушат всё.

— Изначально… я была вашей.

Для Юлиуса это было совершенно идеальным проклятием.

**конец.**