Судя по холмикам на груди, напоминающим женские формы, и более изящному телосложению на фоне остальных, Лит предположил, что перед ним женщина. Её голос звучал так, словно она говорила, булькая водой, что придавало её речи весьма забавное звучание.

У всех существ между пальцами были перепонки, а сами пальцы оканчивались маленькими коготками, которые, судя по их яркой окраске, явно были ядовитыми. Из спин и бедер у них росли плавники.

— Невозможно наколдовать воду, если воздух слишком сухой, и далеко не все существа питаются красным мясом или овощами. Рыба необходима, чтобы разнообразить наши запасы провизии и помочь людям нормально развиваться, — произнесла она.

От этих слов Лит в шоке распахнул глаза.

Он никак не ожидал, что эволюционировавшая рыба будет с улыбкой на лице скармливать своих сородичей представителям других рас. Защитник рычал каждый раз, когда видел волчью шкуру, и даже после его эволюции из оленя в Кирина предложить Жизнедателю оленину означало напроситься на хорошую трепку.

— Клянусь Великой Матерью, почему ты так смешно на меня смотришь? — снова хихикнула она. На этот раз бульканье почти исчезло, и Лит услышал приятный, мелодичный женский голос.

— К какому виду Императорских Зверей вы принадлежите? — в замешательстве склонил голову Лит.

Услышав это, синечешуйчатые создания уставились на него так, словно он был глупым, слепым или и тем, и другим разом. Некоторые даже рассмеялись, отпуская в его адрес колкости.

— Мы не Императорские Звери. — Она встряхнула волосами, заставив Лита задуматься: их цвет морских водорослей — это результат жизни на глубине или отражение её предрасположенности к мане?

«Наверняка я уже кажусь им полным кретином. Но раз уж начал позориться, пойду до конца», — подумал он.

— Значит, Народ-Оборотней? И еще, ваши зеленые волосы что-то означают? — спросил он.

Толпа взорвалась хохотом, но на этот раз в нем не было ни капли презрения — лишь искреннее веселье.

— Парень, я-то думал, ты просто какой-то грубый придурок, а ты невежественен, как младенец. Из какой дыры ты вообще вылез? — Худощавый мужчина с огненно-рыжими волосами протянул Литу крупную рыбину. Лит расценил это как примирительный жест после недавних насмешек.

— Я бы не назвал континент Гарлен дырой, но вынужден признать: раньше мне не доводилось встречать ваших сородичей. — В знак благодарности Лит отвесил ему легкий поклон и спрятал рыбу в свое карманное измерение.

Кем бы ни были эти создания, они с благоговением уставились на произошедшее, и в их взглядах, устремленных на Лита, читалось новообретенное уважение и восхищение.

— Ты правда один из детей Великой Матери? Я хочу сказать, твой русалочий язык просто безупречен, — произнес мужчина ростом за два метра с фиолетовыми волосами до плеч, которого звали Чжэнь.

— Нет, я не состою в кровном родстве с Тирис, но живу в Королевстве Грифонов, — ответил Лит, заставив их снова покатиться со смеху.

— Именно это он и имел в виду, глупый. Я Халия, и рада стать первой представительницей морского народа в твоей жизни. — Она положила руку ему на плечо, откинув волосы с таким видом, который не сулил ничего, кроме неприятностей.

Лит и не подозревал, что комбинация булавки Лигаина, позволившей ему говорить как коренному обитателю океана, его псевдодраконьей внешности и небрежной демонстрации магических артефактов делала его весьма привлекательным в глазах большинства рас.

— Знаю, вопрос прозвучит глупо, но кто такие мерфолки? — Лит улыбнулся глазами, поскольку его рот всё еще скрывала чешуя, и мягко снял её руку со своего плеча.

— Люди-рыбы? Морские обитатели? Русалки? Уверена, даже в Королевстве полно баек о нас. — Халия шагнула вперед, вторгаясь в личное пространство Лита.

— Я всегда считал, что это лишь легенды. К тому же в этих сказках вы описываетесь как существа с человеческим торсом и рыбьим хвостом вместо ног, — сказал Лит.

— Ну, люди всегда любили приукрасить правду, а мы обычно предпочитаем держаться от них подальше, — произнесла другая женщина приятным голосом. У неё были небесно-голубые волосы и довольно пышные формы.

— Мы гордая раса, но вот магия у нас — просто отстой. Именно поэтому нас не причисляют к основным расам, и у нас нет места в Совете Пробужденных. Помимо воды и света, мы не способны использовать ни одну другую стихию под водой. Воздух лишь пускает пузыри или бьет током наших же друзей, огонь и земля попросту не работают, а тьма атакует саму воду, поэтому рассеивается уже через пару сантиметров.

— Приятно познакомиться. Меня зовут Лит, и я гибрид. Какова ваша роль в общине, и где вы живете? — спросил он.

— Давным-давно эльфы правили землей, звери — небесами, а мерфолки — водами. Однако со временем неспособность эльфов к Пробуждению и их низкая рождаемость привели к тому, что они уступили свое господство людям, — пояснил невысокий мужчина по имени Мал. — Пробужденные маги могут приумножать свои ряды как размножением, так и беря учеников, тогда как гибель каждого эльфа — невосполнимая утрата. К тому моменту, когда два вида схлестнулись в борьбе за ресурсы, люди выиграли войну на истощение. Из-за этого мы лишились своего места на поверхности. Мы не магические звери, чьи тела настолько крепки, что обычное оружие не причиняет им вреда. А люди, в отличие от эльфов, пугались нашей внешности и наотрез отказывались с нами торговать.

— Под водой невозможно добывать кристаллы или руду, поэтому единственным источником таких материалов для нас стали тонущие торговые суда. По крайней мере, до тех пор, пока не изобрели пространственные амулеты и Врата. После этого острая нужда выходить на сушу для тренировок и нехватка ресурсов вынудили нас затаиться под водой и всплывать лишь в безопасных зонах, охраняемых теми немногими союзниками среди зверей, которых нам удалось найти. — Мал смущенно почесал свои фиолетовые волосы. — Проблема в том, что нам особо нечего предложить зверям. Поэтому, пока люди не исчезли с Джиеры, те, кто нам помогал, делали это исключительно по доброте душевной.

— Но теперь наверху полным-полно свободного места. Мы выступаем в роли разведчиков для Регии, отслеживая миграцию монстров, и снабжаем наших союзников вдоволь едой и природными сокровищами из глубин. Взамен они делятся с нами магией и минералами, предоставляя нашему народу пристанище. Мы первыми перебрались в этот район, но вскоре сюда прибудут и остальные.

— Простите, но разве вокруг мало необитаемых островов? Почему бы просто не поселиться там? — спросил Лит, замечая, что происходит нечто странное.

По мере того как его собеседники обсыхали, их чешуя исчезала, уступая место самой белой и нежной коже, которую он когда-либо видел. Вскоре все мерфолки превратились в компанию абсолютно голых альбиносов с красными глазами и волосами ярких расцветок.

«Что ж, по крайней мере, нижняя половина этой русалочки годится не только на то, чтобы пустить её на жареную рыбу. Одно можно сказать наверняка: даже если после обсыхания они и похожи на людей, без смены облика мерфолкам в человеческом обществе не затеряться», — подумал он, пока два его глаза смотрели прямо в лицо Халии, а два других, исключительно в академических целях, изучали изгибы её стройного тела.

— Обычно мы так и делали, чтобы практиковать магию. Но для безопасных экспериментов с заклинаниями высоких кругов, вроде пространственной магии, требуются лаборатории. К тому же, даже для создания простейших поделок Кузнечного дела или для обучения нашей молодежи нужны тонны материалов, — ответила Халия.