Контактная руна на массиве Искажения принадлежала Бегемоту Филе — лидеру Совета Зверей и одной из самых преданных поклонниц Лита.

Поскольку сама она принадлежала к Младшим Грифонам, мысль о том, что какой-то Вирмлинг обладает таким потрясающим сходством с истинными Драконами, вселяла в неё надежду, что способ прикоснуться к подлинной мощи их прародителей действительно существует.

Она и понятия не имела, что Лита не связывает кровное родство с Лигаином, равно как не знала и того, что все его поразительные достижения, которые она приписывала врожденным способностям Дракона, на самом деле были плодом его связи с Солус.

— Отлично выглядишь, малыш. Как с тобой обращается эта старая змея? — Фила стиснула Лита в объятиях с такой силой, что разом выбила весь дух из его легких.

Истинной природой Бегемота был Императорский Зверь, так что её человеческий облик был лишь проекцией того, как, по мнению Филы, она должна была бы выглядеть, будь у людей нормальный вкус на женщин.

Фила выглядела как женщина, которой слегка за тридцать, хотя на деле ей исполнилось 453 года. При росте метр девяносто один она обладала мускулистой, но в то же время фигуристой комплекцией, которой позавидовали бы как закаленные в боях воины, так и другие женщины.

Каштановые волосы Филы пестрели серебристыми, черными и оранжевыми прядями, сплетаясь в разноцветную косу, достигавшую самой поясницы. У неё было овальное лицо с тонкими чертами, однако держалась она обычно, как закаленный в боях генерал.

Однако сегодня, глядя на то, как крепко она обнимает Лита, взъерошивая ему волосы и целуя в макушку, можно было подумать, что это любящая тетушка встретила своего любимого племянника после долгой разлуки.

Учитывая такой теплый прием и разницу в росте, Лит и впрямь казался ребенком. Для неё любой, не достигший сотни лет, едва ли мог считаться даже детенышем, и она была готова горой стоять за всех, кого признавала частью своей семьи.

— Помни, если вдруг передумаешь, у тетушки Филы всегда найдется для тебя местечко среди учеников, а заодно и несколько партий Адаманта, которым ох как не помешала бы очистка. — Она отпустила Лита, а тот даже не знал, то ли возмущаться такому бесцеремонному обращению, то ли потребовать часть Адаманта в качестве моральной компенсации.

— Старейшина Фила, рад снова вас видеть. Спасибо за всё, что вы делаете для моей семьи. — Лит не сделал ни того, ни другого, вместо этого отвесив ей глубокий поклон. Как показывал опыт, поймать Адамант на мед было куда проще, чем на уксус.

— Пустяки, малыш. Ты... — Лишь в этот момент Фила заметила, что, помимо Фалуэль, здесь присутствуют и другие люди, которые пялятся на неё во все глаза, и отнюдь не из благоговения.

— Почему ты не предупредила меня, что у нас будут гости? — Голос Филы разом заледенел, а манеры стали под стать её положению в Совете, вот только спохватилась она слишком поздно.

— Никаких «у нас». Это у меня гости, старейшина Фила, и ты — одна из них, — расхохоталась Фалуэль. — К тому же я хотела познакомить тебя с другими моими учениками.

— Стало быть, это ученики твоей импровизированной академии? — Фила проигнорировала смех подруги и по очереди обнюхала молодняк. — Слишком много людей. Подают надежды только эти двое.

Она указала на Тисту и Налронда.

— Тебе бы следовало взять пример с брата и обратиться в Вирмлинга. Он уже Пробудил тебя, так что, как только ты трансформируешься, не составит труда научить тебя управлять Изначальным Пламенем. Боги свидетели, до чего же трудно отыскать того, кто способен очищать металлы за приемлемую цену.

— Я приложу все усилия, — ответила Тиста.

— А что касается тебя, юноша... Поскольку ты здесь единственный истинный Зверь, твой долг — отстаивать честь нашей расы. Трудись в поте лица и побыстрее стань Пробужденным. Каждый год, проведенный в таком виде, отнимает десяток лет от твоей будущей жизни Пробужденного, а то и хуже.

— Да, мэм. — Налронд чувствовал, как её пристальный взгляд пронзает его насквозь, и лишь молился, чтобы Бегемот каким-то чудом не учуяла в нем гибрида.

— А теперь потише, детишки. От этого зависят ваши жизни, — произнесла Фила, мгновенно стирая все остатки ауры доброй тетушки.

Зажглась еще одна руна массива, и на этот раз даже Фалуэль растеряла всю свою привычную теплоту, давая присутствующим понять, насколько важен их следующий гость.

А точнее, гости.

Две фигуры, шагнувшие из массива, оказались Стражем Королевства Грифонов и Стражем, курирующим деятельность Совета. В силу своей территориальной природы Лигаин не мог ступить на земли Тирис без её приглашения и сопровождения.

— Сколько раз мне нужно повторить, что он не мой сын? — произнес Лигаин в ответ на то, что Фила сначала покосилась на его человеческий облик, а затем на Лита в поисках хоть малейшего сходства.

Лигаин принял облик худощавого мужчины-альбиноса лет тридцати с небольшим, ростом около метра семидесяти пяти, с белоснежными волосами и кожей. Его фиолетовые глаза пересекал вертикальный зрачок. Поверх абсолютно черного одеяния на нем был накинут лабораторный халат.

— Ты ведь понимаешь, что чем активнее ты отнекиваешься, тем больше подпитываешь эти слухи? — хихикнула Тирис.

Она была одета в униформу Королевских Констеблей и выглядела как молодая женщина лет двадцати пяти, при росте в метр семьдесят шесть. Сияющие золотые волосы Тирис были заплетены в косу, достаточно длинную, чтобы обернуть её вокруг головы на манер короны, а серебристые глаза сверкали, словно звезды в мистическом свете пещеры.

Встретив до этого и Рассвет, и Ночь, Лит не мог отделаться от мысли, что они каким-то образом связаны со Стражем-Грифоном. Но в то время как те воплощали разные стороны суток, волосы Тирис сияли подобно солнцу, а её глаза напоминали две маленькие луны.

«Есть ли причина, по которой Бабу Ягу называют Красной Матерью, а Тирис — Великой Матерью? Может, легенды лгут, и Баба Яга на самом деле происходит от Тирис или, как минимум, была её ученицей?» — подумал Лит.

Двое Стражей излучали настолько могущественную ауру, что все скрытые массивы в логове Фалуэль проступили наружу, а из каменистого пола пробились крошечные цветы.

— Мне безмерно жаль, что я подвела вас, капитан Эрнас. — Тирис взяла Флорию за руки и слегка поклонилась, доведя присутствующих Императорских Зверей чуть ли не до сердечного приступа.

Страж, кланяющийся человеку — это был поистине беспрецедентный поступок.

— Если я могу чем-то помочь вам как Констебль, только скажите. Также я надеюсь, что после завершения суда вы пересмотрите свое решение об уходе из армии. Королевству всегда не хватает хороших людей, — произнесла Тирис.

— Я не виню вас в том, что со мной произошло, Ваше Величество. — Тело Флории само собой опустилось на колени в присутствии Первой Королевы и основательницы Королевства. — Я отдавала себе отчет в том, что враги моей семьи попытаются уничтожить мою карьеру при малейшей оплошности. Дейрус — лишь один из них, и даже если вы уберете его с дороги, его место займет кто-то другой. Я благодарна вам за то, что вы позволили мне жить в стране, где люди сами вершат свои судьбы, а не выступают марионетками в ваших руках. Более того, даже без этого судебного процесса и без Дейруса — мой уход из армии из-за Пробуждения оставался лишь вопросом времени. По крайней мере, так у меня не осталось сожалений, и мне не нужно собственноручно губить многообещающую карьеру, чтобы шагнуть навстречу этому новому испытанию.

— Мудрые слова для столь юной особы, — кивнул Лигаин.