— Ты уверена, что не хочешь взять время и хорошенько всё обдумать, прежде чем принимать окончательное решение? — спросила Фалуэль.

— У меня были годы на то, чтобы обдумать свою жизнь. Я ищу могущества Вестника не ради сомнительного удовольствия прислуживать вам, а потому, что это единственный путь, способный наполнить мою жизнь смыслом, — твердо ответила Фрия.

— Превосходный ответ. — Фалуэль кивнула и протянула Фрии деревянную шкатулку размером с обувную коробку.

— К чему эти подарки? — Фрия открыла крышку и обнаружила внутри тяжелый молот из Адаманта, бережно завернутый в шелковую ткань.

— Это не подарок, это твой Кузнечный молот. Я ведь предупреждала, что моя магия пятого тира не имеет ничего общего с тем, чему учат в академии. Чтобы перенять техники Гидр, тебе понадобится инструмент посерьезнее той хлипкой палочки. — Фалуэль поднялась и повела Фрию в свою личную Кузню.

***

Башня Лита, то же время.

Лит покинул логово Фалуэль через другой массив Искажения: Гидра не хотела принуждать своих учеников пересекаться и делиться подробностями личной жизни, если они сами того не желали.

— Как всё прошло? — спросила Солус.

Фалуэль вызвала Лита одного, чтобы его воспоминания о собственной жизни не исказились восприятием Солус. Как и большинству в его окружении, Гидре было тяжело понять, где заканчивается Лит и начинается Солус.

Оглядевшись и убедившись, что все еще спят, Лит активировал мысленную связь и передал ей всё, что произошло за последние несколько часов.

<До смерти надоело слушать о том, какой я жуткий,> — мысленно проворчал Лит. В тот же миг его глаза вспыхнули золотом, а глаза Солус потемнели.

— Что ж, это было занимательно. — Солус обдумывала только что полученную информацию, пытаясь угадать, какое именно испытание им может поручить Гидра.

— Как там остальные? — спросил Лит.

— Спят без задних ног. Запрет Фалуэль на использование Бодрости вместо обычного сна — если есть такая возможность — и впрямь сильно тормозит процесс, — ответила Солус.

В ожидании пробуждения остальных они посвятили время практике Мастерства Света. Лит довел до совершенства первые три тира, но формирование сложных конструктов и удержание контроля над ними всё еще давались ему с трудом.

Солус же, напротив, была в шаге от идеального освоения внутреннего слоя контроля для высокоуровневых заклинаний, однако её конструктам катастрофически не хватало прочности.

Налронд предлагал им свою помощь — подробно всё объяснить и даже научить могущественным заклинаниям, но они отказались.

Солус и Лит не делились успехами даже друг с другом: одного взгляда на их конструкты было достаточно, чтобы понять, что их подходы к Мастерству Света разнятся так же сильно, как отличаются методы Манохара, Рассвет и Налронда.

Они опасались, что, начав сверять записи, их техники утратят свою уникальную огранку. Как и любая высокоуровневая дисциплина, Мастерство Света могло развиваться совершенно по-разному в зависимости от того, кто его применяет.

Налронд проснулся первым и приготовил на всех завтрак.

— И всё же я не думаю, что существует такая вещь, как «испытание мудрости», — произнес резар, выслушав рассказ Лита. — Я имею в виду, какое бы задание она тебе ни поручила, оно лишь продемонстрирует твою способность беспрекословно выполнять приказы. А Фалуэль нужен способ определить, сможешь ли ты совладать с силой, которую она тебе передает, не став при этом её рабом.

— Я тоже так думаю, — кивнул Лит. — Уверен, это будет нечто на первый взгляд тривиальное, но с двойным дном. Как тогда, когда Совет заставил меня сражаться с Менеосом — тем монстром, который неуязвим, пока касается земли.

— Сейчас переживать об этом бессмысленно, — отмахнулась Тиста. — Невозможно разгадать загадку, не зная условий. Мне куда интереснее послушать про свидания Налронда и Квиллы. Какими были ваши избранники? Как думаете, второе свидание будет?

Оба так резко поперхнулись чаем, что обварили языки, и им потребовалось исцеляющее заклинание, прежде чем они смогли связно ответить.

— Свидание прошло неплохо, но я не думаю, что снова увижусь с Бриной, — ответил Налронд.

— Это еще почему? Она милая девушка, да и Рена в ней души не чает, — удивилась Тиста.

— Причин несколько. Во-первых, Брина ясно дала понять, что ищет кого-то для создания семьи, и я для этого совершенно не гожусь. Если я не расскажу ей о своей гибридной природе, то буду попросту играть её чувствами, а если расскажу — поставлю под удар безопасность семьи Селии. Все знают, что я живу с ними, и если Брина хоть словом обмолвится, моей спокойной жизни придет конец. Кроме того, её не слишком обрадовала новость о том, что я маг. Учитывая недавнее нападение нежити и мои способности к пространственной магии, Брина заявила, что моя жизнь для неё слишком «захватывающая».

— Жаль слышать, что она тебя бросила. — Тиста сочувственно похлопала его по плечу.

— Она меня не бросала! Брина просто ищет человека с менее запутанным прошлым, того, кто искренне наслаждается тихой жизнью в Лютии, — возмутился Налронд.

— Что в переводе означает: она тебя бросила, — констатировала Фрия. — Добро пожаловать в клуб. Быть магом — это настоящее проклятие для личной жизни. Решишь стать аристократом — тебя тут же облепят пиявки, выберешь опасный путь — все начнут шарахаться от тебя, как от монстра.

— А что насчет тебя, Квилла? Как Морок воспринял то, что ты дала ему от ворот поворот? — спросил Налронд, отчаянно желая перевести стрелки, чтобы ему перестали сыпать соль на раны.

— Свидание выдалось немного странным, но от ворот поворот я Мороку не давала. Пока что.

Комната взорвалась таким шквалом криков и возмущений, который затмил даже реакцию на раскрытие существования Солус, что неимоверно взбесило Квиллу.

— Что?! Но почему?! — Лит уставился на неё так, словно она спятила.

— Может, она повредила мозг, пока тренировала Смену Облика? — Фрия тут же потянулась проверить жизненную силу Квиллы на предмет отклонений.

— Так, давайте проясним. — Квилла отмахнулась от руки сестры, едва распознав начальные аккорды заклинания. — Значит, Селия вольна выйти замуж за Императорского Зверя, Камиле можно встречаться с тем, чем бы Лит ни являлся, а сумасшедшая здесь я — и только потому, что общаюсь с единственным человеком за пределами моей семьи, который не относится ко мне как к цирковой уродке?!

— Морок не человек. Он невыносимый придурок, — отрезала Флория.

— Может и так, но он, по крайней мере, придурок, который говорит всё мне в лицо, а не за спиной. И ему плевать как на богатства Эрнасов, так и на разницу в наших магических талантах. Знаете, как трудно найти кого-то подобного? — с вызовом спросила Квилла.

— Почти невозможно, — признал Лит.

— Реже, чем золотая муха, — вздохнула Тиста.

— А мне такие вообще еще ни разу не попадались, — добавила Фрия, оставив Флорию в гордом одиночестве отыгрывать роль злодейки.

— Ладно, сдаюсь. Рассказывай, как прошло свидание, — капитулировала Флория.

Квилла не утаила ни единой детали, хотя и густо покраснела, признавшись в зависти к достижениям Морока, получившего статус Великого Мага.

— Не знаю, увижу ли я его снова, но если это произойдет — в следующий раз избавьте меня от своих театральных сцен.

***

Несколько дней спустя жизнь в Лютии вернулась в привычное русло. Все следы разрушений от нападения нежити были устранены, и Рена наконец набралась смелости переступить порог собственного дома.

Селия и её дети перебрались обратно сразу же по завершении восстановительных работ, тогда как Зинии и её малышам потребовалось чуть больше времени, чтобы окончательно оправиться от шока.