– Бабушка, о чём вы говорите? Почему я ничего не понимаю? – Цинь Ваньжу в изумлении посмотрела на старую мадам Цинь, а затем на герцогиню Син. Её растерянность сменилась удивлением. – Неужели вы нашли мою маму? Где она? С ней всё в порядке? Она действительно в столице? Неудивительно, что великая принцесса Жуйань…

Сказав это, Цинь Ваньжу, казалось, почувствовала, что проговорилась, и мгновенно замолчала.

– Что сказала великая принцесса Жуйань? – поспешно спросила герцогиня Син, невольно изменившись в лице.

Уже задав вопрос, она поняла, что слишком поторопилась, и с беспомощной улыбкой быстро сказала старой мадам Цинь:

– Сударыня, вероятно, не знает о связи между нашим поместьем и великой принцессой Жуйань. Великая принцесса Жуйань всегда недолюбливала наше поместье из-за смерти моей невестки. Я боюсь, что случайно сделала что-то оскорбительное для великой принцессы Жуйань!

После её слов старая мадам Цинь тоже с беспокойством посмотрела на Цинь Ваньжу. Она не знала о вражде между поместьем герцога Син и поместьем великой принцессы Жуйань. Тем не менее, судя по поведению герцогини Син, она догадалась, что между ними что-то не так.

– Это... – Цинь Ваньжу заколебалась.

– Вторая барышня Цинь, пожалуйста, расскажи мне, что сказала великая принцесса Жуйань. Я знаю, что я никто перед великой принцессой Жуйань. Я не смею строить догадки! – горько улыбнулась герцогиня Син.

– То, что… Великая принцесса Жуйань сказала раньше, похоже, связано с моей мамой! – нерешительно начала Цинь Ваньжу, словно не желая говорить, но вынужденная это сделать. – Но великая принцесса Жуйань попросила меня подождать… Я не очень уверена в деталях!

Цинь Ваньжу опустила голову и сжала в руке носовой платок.

– Они действительно что-то узнали о твоей матери? – Старая мадам Цинь была вне себя от радости и взволнованно посмотрела на Цинь Ваньжу. На какое-то время она забыла о том, о чём говорила герцогиня Син.

– Великая принцесса Жуйань, по-видимому, имела в виду это. Но информация всё ещё проверяется, и я не знаю, правда ли это! – Цинь Ваньжу воспользовалась великой принцессой Жуйань в качестве оправдания. Теперь ей в основном были ясны намерения герцогини Син.

В прошлой жизни Цинь Юйжу была воспитана в поместье герцога Син. Говорили, что старая мадам вдова Син особенно любила её, просто души в ней не чаяла, и даже держала её в поместье герцога Син ещё несколько лет, прежде чем выдать замуж. После этого, благодаря поддержке поместья герцога Син, все знатные дамы в столице не смели смотреть на Цинь Юйжу свысока.

Теперь это, казалось, происходило с ней, но ей это не нравилось.

Герцогиня Син, по-видимому, намеревалась схитрить, чтобы убедить старую мадам Цинь согласиться на усыновление. Более того, она сказала, что ей нравится Цинь Ваньжу, и упомянула о своей дочери.

Похоже, она всерьёз вознамерилась удочерить Цинь Ваньжу.

Обладая властью в поместье герцога Син, при условии, что Цинь Ваньжу была бы принята в качестве её приёмной дочери, герцогиня Син, естественно, могла бы вмешаться в брак и судьбу Цинь Ваньжу. Старая мадам Цинь и Шуй Жолань считали её хорошим человеком, и она умела притворяться доброй. В таких условиях Цинь Ваньжу было бы трудно как-то повлиять на решение о своём замужестве.

Теперь всё, что она могла сделать, – это, конечно, заставить герцогиню Син отказаться от этой идеи!

Или… Она молча посмотрела на Ци Жунчжи, которая, завидуя и злясь, сидела рядом с ней, и слегка приподняла уголки губ, изобразив едва заметную саркастическую улыбку!

– Великая принцесса Жуйань собирается помочь тебе найти твою мать? – Хотя герцогиня Син всё ещё улыбалась, её улыбка казалась немного натянутой и менее искренней.

– Она должна была это иметь в виду! – тихо ответила Цинь Ваньжу.

– Мадам вдова Цинь, кто мать второй барышни Цинь? – внезапно обратилась к старой мадам Цинь герцогиня Син. Её слова ошеломили старую мадам.

Такие подробности, по сути, были семейным делом. Хотя герцогиня Син выражала свою привязанность к Цинь Ваньжу и хотела удочерить её, сейчас Цинь Ваньжу ещё не была её дочерью. На самом деле, со стороны герцогини было очень грубо спрашивать об этом как о члене чужой семьи в такой момент. Главная жена аристократической семьи не могла не знать об этом.

Однако она задала этот бестактный вопрос, и теперь старая мадам Цинь не знала, как на него ответить.

– Бабушка, вы ведь не рассказывали мне о моей родной матери. Почему вы никогда мне ничего не говорили. – Цинь Ваньжу подняла заплаканные глаза и с грустью и печалью посмотрела на старую мадам Цинь.

Из-за этого старушке было ещё труднее прояснить ситуацию.

Увидев выражение лица старой мадам Цинь, Шуй Жолань тоже поняла, что та смущена, поэтому она сразу же спасла старую мадам из неловкой ситуации, улыбнувшись и сказав:

– Ваньжу, не нужно торопиться. Твоя бабушка расскажет тебе о твоей родной матери, когда будет не занята.

Шуй Жолань, конечно, имела в виду, что им не следует обсуждать эту тему здесь и сейчас. В любом случае, это было внутренним делом семьи, и посторонние люди не должны были это слышать.

– Спасибо, бабушка! – Цинь Ваньжу слегка поклонилась, а затем встала с покрасневшими глазами и отошла в сторону, чтобы сесть рядом с Ци Жунчжи.

В тот момент они были единственными незамужними девушками в этой комнате, так что для них было нормально держаться вместе.

– Мадам вдова Цинь, вы знакомы с родной матерью второй барышни Цинь? – с тревогой спросила герцогиня Син.

Несмотря на добродушную улыбку на её лице, её слова становились всё более нетактичными. Шуй Жолань уже указала, что они должны сначала рассказать Цинь Ваньжу о подобных делах, но в данный момент герцогиня Син проявила какой-то нездоровый интерес.

Это сделало старую мадам Цинь немного несчастной!

В это время герцогиня Син не должна была задавать такие подробные вопросы. Более того, она продолжала спрашивать, что внезапно разозлило старую мадам Цинь.

– Мадам Цзян, я, конечно, знакома с ней, и все в нашем поместье её знают! – непринуждённо ответила старая мадам Цинь.

– Мадам вдова Цинь, не могли бы вы рассказать мне о родной матери второй барышни Цинь? Насколько выдающейся должна быть женщина, которая родила такую умную и красивую дочь, как вторая барышня Цинь!

По мере того как герцогиня Син проявляла всё больший интерес, её слова становились всё более назойливыми. Закончив говорить, она тоже почувствовала себя неловко, виновато посмотрела на Цинь Ваньжу и добавила в своё оправдание:

– Мне очень нравится этот ребёнок.

– Это… Это действительно долгая история. Мадам Цзян, нам не совсем удобно говорить об этом с вами! – сказала старая мадам Цинь и тихо кашлянула, чтобы скрыть недовольство в глазах.

Герцогиня Син произвела хорошее впечатление на неё, но теперь настойчиво спрашивала о родной матери Цинь Ваньжу, что сильно раздражало старушку.

Если она могла бы свободно говорить о таких делах, то ей не нужно было держать их в секрете. Даже если мадам Цзян проявляла такую привязанность к Чжо-Чжо, старая мадам Цинь считала её чужачкой.

Цинь Ваньжу сидела рядом с Ци Жунчжи и с любопытством понизила голос, чтобы спросить у неё:

– Супруга герцога Син приехала сюда сегодня, чтобы удочерить девочку?

Ци Жунчжи пришла раньше неё и слышала больше, поэтому она предположила, что Ци Жунчжи должна знать об этом!

– Да! – Ци Жунчжи посмотрела на Цинь Ваньжу тяжёлым взглядом и тоже понизила голос, отвечая. Почему Цинь Ваньжу так повезло, что её выбрала герцогиня Син?

– Какая жалость! – тихо вздохнула Цинь Ваньжу.

– Что ты имеешь в виду? – Ци Жунчжи почти до предела напрягла слух.

– Супруга герцога Син хочет, чтобы у неё была воспитанная и послушная дочь, которая будет с честью носить имя внучки вдовствующей супруги поместья герцога Син. Но я боюсь, что не могу этого принять. Великая принцесса Жуйань… – нерешительно произнесла Цинь Ваньжу и посмотрела на коробки в руках служанок, словно желая их заполучить.

Кто бы отказался от таких красивых жемчужных украшений для головы и пары браслетов?

– К сожалению, старшей сестры здесь нет, а она могла бы помочь выйти из этой ситуации! – Цинь Ваньжу снова вздохнула с сожалением.

Внезапно глаза Ци Жунчжи загорелись, и она невольно затаила дыхание. Она посмотрела на герцогиню Син, потом на коробки в руках двух горничных и крепко сжала в руке носовой платок.

Если Цинь Юйжу могла бы вызваться добровольно, почему бы… Она тоже могла быть послушной и примерной дочерью! Подумав об этом, Ци Жунчжи невольно зажглась надеждой.

Это была хорошая возможность…

– Мадам вдова Цинь, как насчёт того, о чём мы говорили раньше? Я действительно хочу воспитанную и послушную дочь! – Герцогиня Син тоже знала, что слишком торопится, поэтому поспешно скрыла тревогу в глазах и снова заговорила на тему усыновления.

– Это… – Прервавшись на полуслове, старая мадам Цинь заколебалась и посмотрела на Цинь Ваньжу. Увидев, что девочка едва заметно мотнула головой, она стала ещё более нерешительной.

Старая мадам Цинь видела, как вела себя Цинь Ваньжу последние месяцы. Несмотря на то, что эта внучка была ещё мала, у неё была светлая голова на плечах. Поскольку она выразила своё неодобрение, у неё, естественно, были на то причины.

Старая мадам Цинь по-прежнему считала мадам Цзян, супругу герцога Син, хорошим человеком, и Цинь Ваньжу было бы очень полезно признать супругу герцога Син своей матерью. Однако Цинь Ваньжу не хотела этого делать, поэтому старушка не могла принять решение в этот момент.

– Мадам Цзян, могу я ответить вам после того, как Юн'эр и я обсудим ваше предложение?

– Хорошо... Прекрасно! – беспомощно сказала герцогиня Син. Она знала, что была настолько нетерпелива, что потеряла самообладание и вызвала сомнения у вдовствующей супруги поместья генерала Нинъюаня, но она очень быстро переменилась и тут же сказала с нежной улыбкой: – Даже если я не буду иметь удовольствия удочерить вторую барышню Цинь как свою дочь, я всё равно должна выразить свою благодарность за её помощь!

Она сказала это и махнула рукой. Две горничные, державшие подарочные коробки, поняли, что она имеет в виду, сразу же подошли к Цинь Ваньжу и почтительно вручили ей коробки. Это означало, что независимо от результата, она всё равно должна была отдать Цинь Ваньжу подарки!

Увидев две коробки с подарками, Ци Жунчжи жадно задышала. Лихорадочно думая об этом, она наконец не смогла подавить своё желание. Она неожиданно встала, сделала два шага вперёд, опустилась на колени перед герцогиней Син и почтительно произнесла:

– Сударыня, я бы хотела признать вас своей приёмной матерью и в будущем проявлять к вам сыновнюю почтительность.

Она отреагировала так резко, что никто в комнате не ожидал этого и теперь все непонимающе уставились на неё.

Хотя Ци Жунчжи покраснела, она почтительно поклонилась герцогине Син.

– Сударыня, не волнуйтесь. Даже если вашей родной дочери не будет рядом, я буду считать себя вашей покорной дочерью и проявлять к вам сыновнюю почтительность.

На этот раз Ци Жунчжи была готова рискнуть всем ради богатства и высокого положения в обществе. Покраснев лицом и шеей, она всё равно с ожиданием смотрела на герцогиню Син, надеясь, что супруга герцога Син сможет принять её как свою дочь, и после этого она сможет выделиться среди других благородных девушек столицы.

Поскольку герцогиня Син специально приготовила для неё подарки, она должна произвести на неё хорошее впечатление. Она твёрдо верила, что во всём лучше Цинь Ваньжу и точно сможет проявлять больше сыновней почтительности к герцогине Син.

Всё случилось очень внезапно. Герцогиня Син собиралась что-то сказать, чтобы уладить вопрос с усыновлением Цинь Ваньжу, но всё испортила дерзкая выходка Ци Жунчжи. Увидев выжидающие и жадные глаза Ци Жунчжи, герцогиня Син в гневе сжала кулаки. Она думала о том, как заманить Цинь Ваньжу в поместье герцога Син, но не ожидала, что сама станет мишенью для кого-то другого!

Это неизбежно привело в ярость герцогиню Син, которая всегда считала, что общая ситуация находится под её контролем!

В этот момент она оказалась в тупике. Стоит ли ей соглашаться или нет?