– Да, и она приняла много лекарств. Поведение старшей леди действительно странно! – удивлённо сказала Цинъюэ.

– Какие пирожные и выпечку она взяла? – спросила Цинь Ваньжу, и её глаза потемнели.

Подумав, Цинъюэ ответила:

– Она взяла всё самое обычное. То, что приготовили на большой кухне, было взято в небольшом количестве. Старая служанка сказала, что старшей леди нужно писать, и она быстро проголодается, поэтому она попросила людей на большой кухне положить понемногу от каждого вида!

– Она хочет всё подряд? – Цинь Ваньжу нахмурилась, потому что это казалось ей каким-то простым объяснением.

– Да, она попросила всё, что есть, и в большом количестве. Были некоторые виды десертов, которые готовят нечасто, поэтому старшая повариха на большой кухне говорила об старой служанке.

Тогда Цинъюэ вошла на большую кухню и сказала, что пришла забрать кашу из птичьего гнезда для Цинь Ваньжу. Поскольку каша из птичьего гнезда ещё не была готова, она задержалась на кухне.

Итак, она слышала весь разговор.

– Что ты имеешь в виду, говоря, что некоторые виды не готовились в больших количествах? – Немного подумав, Цинь Ваньжу уловила скрытый смысл в рассказе Цинъюэ.

– На самом деле, сказать, что их было немного, было бы не совсем верно. Их просто осталось не так много. Некоторые пирожные и выпечка были любимыми у юной госпожи Ци. Слуги на кухне уже отправили их юной госпоже Ци, так что такой выпечки осталось не так много. Даже если бы старшая леди захотела ещё, ей бы ничего не положили. Так объяснила старшей служанке на кухне повариха, которая обслуживает старшую леди!

– Десерт, который любит Ци Жунчжи? – Цинь Ваньжу вдруг почувствовала, как забилось её сердце. – Что случилось потом?

– Поскольку ничего не осталось, а старшая леди сказала, что хочет есть, слуги на большой кухне сказали, что скоро приготовят что-нибудь для старшей леди! – ответила Цинъюэ.

Хотя у Цинь Юйжу не было хорошей репутации за пределами особняка, она всё равно оставалась старшей дочерью в этом доме. Кроме того, ходили слухи, что вторая леди не была родной дочерью генерала, так что первая леди была его единственным ребёнком. Слуги в этом особняке всё равно не смели сильно третировать Цинь Юйжу!

– Они готовили все те виды, которые любит Ци Жунчжи?

– Да, только эти виды. Поскольку этих блюд осталось недостаточно, специально добавили ещё немного! – подтвердила Цинъюэ.

Цинь Ваньжу кивнула и взяла в руки миску каши из птичьего гнезда, которую только что протянула ей Цинъюэ. Она съела несколько ложек, а затем поставила кашу на стол.

– Будет ли для меня ещё порция каши из птичьего гнезда во второй половине дня?

Шуй Жолань беспокоилась, что Цинь Ваньжу ест слишком много птичьих гнёзд за раз, ведь она ещё совсем маленькая, поэтому дала распоряжение кухне делить на два раза кашу из птичьего гнезда для Цинь Ваньжу.

– Да! – кивнула Цинъюэ.

– Тогда принеси мне ещё немного и свежей выпечки. Не нужно много. Одного-двух печений каждого вида будет достаточно! – Ей хотелось посмотреть, что задумала Цинь Юйжу.

Цинь Юйжу, несомненно, замышляла что-то недоброе, но, учитывая её характер, она предпочитала искать козла отпущения. Когда её спрашивали, на кого в этом особняке она больше всего хотела бы переложить вину, она без сомнения ставила Цинь Ваньжу на первое место.

– Да, барышня, я всё поняла! – кивнула Цинъюэ.

Пока они разговаривали, Юйцзе приподняла занавеску и сердито вошла.

– Что случилось? – Увидев её лицо, Цинь Ваньжу не смогла сдержать смех.

Юйцзе просто вышла в город, чтобы посмотреть, как хорошо подготовлен к открытию магазин няни Дун. Было очевидно, что она вернулась после того, как с ней плохо обошлись.

– Барышня, в городе все только и говорят о делах нашего особняка! – рассерженно сказала Юйцзе.

– И что? Это нельзя обсуждать? – с улыбкой спросила Цинь Ваньжу, совершенно не воспринимая это всерьёз.

– Но… но они болтают о вас, барышня! – с неуверенным видом воскликнула Юйцзе.

С тех пор как она ушла из монастыря, она не отходила от Цинь Ваньжу. Она была верна и предана своей маленькой хозяйке и не могла позволить себе слышать злобные замечания в адрес своей госпожи.

– Чего ты боишься? Чем больше меня обсуждают, тем лучше! – Цинь Ваньжу встала, подошла к окну и приоткрыла его. Внезапно в комнату ворвался холодный ветер, который так сильно обдувал Цинъюэ, что она невольно начала дрожать.

Цинь Ваньжу тоже было очень холодно, так холодно, что она тоже дрожала. Но как бы ей ни было холодно, она не могла вернуться к прежней жизни, когда она была заперта в углу двора, почти изолирована от внешнего мира и до неё не доносились ни голоса снаружи, ни воздух снаружи!

Сплетничаете о ней? Очень хорошо, она всё ещё беспокоилась, что этого недостаточно! Похоже, кто-то приложил свою руку к распространению слухов. В столице империи ничто не бывает простым. Даже если это интрижка между мужчиной и женщиной, она может перерасти в политическую игру между несколькими силами. В таком случае она хотела, чтобы эта игра привела к результату.

– Барышня, в такую погоду вам лучше не открывать окно. Вы можете простудиться! – пожаловалась Цинъюэ и протянула руку, чтобы закрыть окно перед Цинь Ваньжу.

От внезапного порыва холодного ветра голова у Цинь Ваньжу слегка закружилась, но снова вернулась ясность мысли.

Маленькая барышня поправила причёску, которую растрепал холодный ветер, и с улыбкой обернулась к обеспокоенным горничным.

– Всё больше и больше людей говорят обо мне?

– Да, и, кажется, намного больше, чем раньше! – подтвердила Юйцзе, надув губы. На протяжении всего пути она слышала отовсюду пересуды по этому делу. – Барышня, поскольку герцогиня Син неожиданно передумала и решила принять юную госпожу Ци в качестве приемной дочери, есть ли кто-нибудь ещё, кто хочет внести сумятицу?

Этот вопрос лишил Цинь Ваньжу дара речи. Она могла только покачать головой, потому что действительно не знала.

Даже если она смутно помнила некоторые важные события из прошлой жизни, она не знала, сколько их было. Такие интриги были далеки от понимания девушки из будуара.

– Не волнуйся. Раз уж эти слухи уже широко разошлись, просто забудь о них!

Цинь Ваньжу села перед туалетным столиком. Цинъюэ ловко поправила её взъерошенную причёску и снова гладко причесала волосы.

У девушки в зеркале было лицо, как цветок гибискуса, изысканное и прекрасное. Её нежный и очаровательный цвет светло-вишнёвых губ сочетался с чистым взглядом черных глаз, что придавало ей необычайное очарование. В это время Цинъюэ, уже давно привыкшая к лицу Цинь Ваньжу, тоже была поражена её красотой.

Лицо маленькой хозяйки взрослело и становилось всё более очаровательным и удивительным.

Когда они были в Цзянчжоу, хотя они и знали, что их маленькая барышня была красивой и утончённой, по сравнению с их первой юной леди и юной госпожой Ци, их собственная юная леди была всего лишь угловатым ребёнком, который ещё не вырос и не был таким привлекательным. Но теперь, когда они приехали в столицу, их старшая леди и юная госпожа Ци и в подмётки не годились их собственной барышне.

– Барышня, если бы это… услышал генерал, что бы случилось? – спросила Юйцзе и с беспокойством посмотрела на Цинь Ваньжу.

– Если мой отец отнесётся к этому серьёзно… Просто позволим ему это сделать! – сказала Цинь Ваньжу с неуверенностью в глазах.

Она хотела узнать, кто она такая. Она очень хотела это узнать. Теперь, когда пошли слухи о её усыновлении генералом, многие люди помогали их распространять. Она надеялась, что чем больше людей узнает об этом, тем лучше.

Она хотела знать правду!

Без внешнего давления эту истину вряд ли можно было бы узнать. В данный момент вопрос о Ци Жунчжи был бы веской причиной. Участие Ци Тяньюя сделало бы это дело как можно более масштабным, чтобы в следующий раз ей было легче раскрыть тайну!

Юйцзе покраснела и с трудом выговорила:

– Барышня, вы… Вы?.. – Этот вопрос не должна задавать она, служанка.

– Не знаю… – Цинь Ваньжу слегка вздохнула. Её голос был подобен лёгкому ветерку. – Просто подождём и посмотрим!

Всё было устроено именно так, поэтому не имело значения, как её отец и бабушка объяснят ей это. И теперь она ждала этого объяснения, чтобы понять, подтвердит ли оно её предположение…

Поскольку это было всего лишь смутной догадкой, Цинь Ваньжу не могла доказать, правда это или нет.

Поэтому она пока не хотела говорить об этом. Она сменила тему и спросила:

– А что насчёт тех людей?

Юйцзе на мгновение растерялась, но почти сразу поняла о ком речь. Она с серьёзным видом уточнила:

– Те люди, которых генерал привёл под конвоем и запер в дальнем дворе?

– Да, никто не приходит их навестить? – снова спросила Цинь Ваньжу.

– Никто. Няня Юй сказала мне, что раньше туда никто не ходил, – покачала головой Юйцзе. Хотя за этим делом следили люди из окружения няни Юй, Юйцзе время от времени докладывала Цинь Ваньжу о происходящем.

Цинь Ваньжу посмотрела на свои причёсанные волосы в зеркале, повернула голову и сказала:

– Пойдём посмотрим!

– Барышня, вы не сможете туда зайти. Стражники, которые сейчас охраняют дверь, приставлены генералом, и он не разрешает никому туда входить! – быстро остановила её Юйцзе.

За тем двором тщательно следили, и Юйцзе не могла туда попасть.

– Всё так серьезно? – Цинь Ваньжу подняла свои красиво изогнутые брови.

– Да, очень серьезно! – кивнула Юйцзе.

– Есть ли какой-нибудь способ попасть внутрь?

– У меня нет такой возможности! – Юйцзе беспомощно покачала головой. Она уже несколько раз ходила туда, но ей действительно было невозможно что-либо предпринять.

Цинь Ваньжу подумала и спросила:

– Моя мама когда-нибудь заходила туда?

– Мадам Шуй однажды сходила туда. Когда она вышла, её лицо побледнело от гнева. С тех пор она никогда туда не ходила! – Юйцзе обычно следила за слугами мадам Ди, но не пропускала новости о мадам Шуй.

– Раз моя мама их видела, то, конечно, я тоже могу их увидеть! – Цинь Ваньжу слегка улыбнулась и встала. – Давай сначала сходим к моей маме!

Увидев, что хозяйка приняла решение, обе горничные не стали её отговаривать. Цинъюэ осталась прибираться в доме, а Юйцзе проводила Цинь Ваньжу во двор Шуй Жолань.

Шуй Жолань отдыхала в комнате и, услышав, что пришла Цинь Ваньжу, быстро послала служанку пригласить её.

После того как Цинь Ваньжу поприветствовала Шуй Жолань в комнате, она прямо спросила:

– Мама, мой отец привёл сюда тех людей. Они из той семьи, в которой ты раньше жила?

Шуй Жолань на мгновение опешила, и её лицо стало не таким приветливым. Она помедлила и спросила:

– Откуда ты знаешь?

– Я слышала это от двух старых служанок в особняке. Кажется, это люди моей старшей сестры! – ответила Цинь Ваньжу.

Мадам Ди и люди вокруг неё были под домашним арестом, но наказание Цинь Юйжу было не таким суровым, как у мадам Ди. Даже если она не могла выйти сама, её челядь могла свободно ходить и выходить из двора.

Услышав, что слуги болтают об этом, Шуй Жолань покраснела и немного разозлилась:

– Они снова злословили обо мне?

– Они говорили не так. Они только сказали, что эти люди связаны с мамой. Мама, можно мне пойти и посмотреть на них? – прямо спросила Цинь Ваньжу.

– Что ты там забыла? – нахмурилась Шуй Жолань. – Тебе, ребёнку, не следует беспокоиться о таких делах. Мама и папа разберутся с ними.

– Мама, я уже не маленькая! Я помогу тебе решать проблемы. Ты правда думаешь, что эти люди, приехавшие издалека, будут заниматься только своими делами? Мама, тебе не кажется, что эти люди слишком просто всё объясняют, и надо бы их проверить? – напомнила Цинь Ваньжу Шуй Жолань и потянула её за руки. – Мама, ты была младшей в той семье и не можешь ни о чём спрашивать своих бывших родственников, но я могу.

Шуй Жолань была замешана в этом деле, она усугубила ситуацию, так как вышла замуж во второй раз, и, если семья её бывшего мужа обвинит её, она ничего не сможет сделать. Она не могла успокоиться, если не расспросит их, боясь, что Цинь Хуайюн спросит ещё что-нибудь.

Но в последнее время Цинь Хуайюн был слишком занят, чтобы разбираться с этими людьми. С другой стороны, он думал, что эти люди попали в особняк Цинь и не смогут сбежать, поэтому он не спешил с допросом.

– Но ты ещё так юна… – Хотя Шуй Жолань знала, что Цинь Ваньжу заботится о ней, она всё ещё сомневалась.

Цинь Ваньжу искренне посмотрела на Шуй Жолань.

– Мама, я действительно могу тебе помочь! – Её голос был мягким, как пух. – И ты, мама, тоже можешь помочь мне!