За сливовым деревом стояла Ци Жунчжи, высоко подняв голову и держась как в Цзянчжоу в старые добрые времена.

– Цинь Ваньжу, я не знала, что в прошлом ты была такой воспитанной, но теперь ты осмеливаешься намеренно оскорблять Цинь Юйжу!

Цинь Ваньжу определённо уловила её насмешку, потому что уголки её губ слегка приподнялись, а красивый цвет лица был таким же великолепным, как цветы.

– Когда юная госпожа Ци съедет? – Этот вопрос неявно намекал, что ей указывают на порог.

Ваньжу знала, что, услышав её слова, Ци Жунчжи не сможет удержаться и возмущённо ринется к ней!

Ци Жунчжи действительно пришла в ярость, и её взгляд злобно устремился на Цинь Ваньжу.

– Особняк Цинь – змеиное кубло! Я точно уйду и уеду далеко. В будущем я буду хозяйкой особняка герцога Син, а ты будешь просто… девкой, которую подобрали в канаве. После моего ухода всё изменится, как небо и земля. Ты поприветствуешь меня низким поклоном, когда встретишь в будущем!

– Юная госпожа Ци, даже если в будущем вы станете одной из хозяев особняка герцога Син, пока нам обоим не присвоены титулы, я не обязана вам кланяться! – слегка улыбнувшись, осадила её Цинь Ваньжу.

От такого дерзкого напоминания о разнице в их статусах Ци Жунчжи задохнулась, и её лицо побагровело.

Сегодня она была очень горда собой. Её старший брат действительно помог ей действовать снаружи в соответствии с её замыслами, и герцогиня Син сразу прислала четыре подарка, чтобы подтвердить, что намерена породниться с ней.

Однако когда Ци Жунчжи увидела, что служанки из особняка герцога Син неожиданно отправились разносить подарки сёстрам Цинь, она не смогла усидеть на месте.

Следуя за служанками и украдкой подглядывая за ними, она, к своему удивлению, увидела, что подарок, который герцогиня Син подарила Цинь Ваньжу, стоил в разы дороже, чем её собственные вместе взятые. Она тут же почувствовала ревнивую зависть, как будто кто-то украл её вещи.

Что касается личности «приёмной дочери», которую она на самом деле хитростью украла, то ей казалось, что изначально эта честь принадлежала ей, а герцогиня Син просто временно запуталась из-за Цинь Ваньжу, поэтому герцогиню Син нужно было просто направить на верный путь.

– Почему бы юной госпоже Ци не пойти собирать вещи? Возможно, герцогиня Син в любой момент может прислать своих слуг забрать вас! – Цинь Ваньжу отвернулась с таким видом, будто больше не хочет с ней разговаривать.

Этот высокомерный взгляд так разозлил Ци Жунчжи, что она даже побледнела и громко приказала:

– А ну стой!

Увидев требовательный взгляд хозяйки, Чуньи незаметно потянула её за рукав, давая понять, что ей лучше быть осторожнее, ведь это всё ещё особняк Цинь, а вторая леди Цинь больше не та, кого Ци Жунчжи можно бить и наказывать по своей прихоти.

Цинь Ванжу оглянулась и холодно спросила:

– В чём дело?

Этот равнодушный взгляд ещё больше разозлил Ци Жунчжи, и ей захотелось дать Цинь Ваньжу две сильные пощёчины, но она стиснула зубы и сдержала гнев.

– Где те серьги? Я отнесу их Цинь Юйжу!

Цинь Ваньжу просто кивнула в ответ, не сказав ни слова. Юйцзе сделала два шага вперёд и протянула маленькую подарочную коробку.

Чуньи поспешила вперёд и взяла её, а затем отошла в сторону, испытывая тайное облегчение. К счастью, её хозяйка всё ещё прислушивалась к словам первого молодого господина.

– Раз уж юная госпожа Ци готова передать серьги старшей сестре, я бы хотела вас поблагодарить, но старшая сестра, возможно, сейчас не в настроении. Если она обидит юную госпожу Ци, я надеюсь, что юная госпожа Ци будет снисходительной!

Холодно произнеся эти вежливые слова, Цинь Ваньжу медленно ушла вместе с Юйцзе, напустив на себя невероятно заносчивый вид.

Она даже не взглянула на Ци Жунчжи и не проявила ни капельки зависти в своём поведении из-за того, что Ци Жунчжи вот-вот должна стать приёмной дочерью герцога Син, и Ци Жунчжи почувствовала себя так, словно налетела на стену.

«Это просто притворство. Цинь Ваньжу должно быть из последних сил ломает передо мной комедию. Она определённо сильно завидует мне, хотя и притворяется, что ей всё равно», – подумала Ци Жунчжи, успокаивая себя.

«Пойдём тогда навестим первую леди Цинь!»

Это предложение чуть не сорвалось с губ Ци Жунчжи, когда она стиснула зубы. Ни Цинь Ваньжу, ни Цинь Юйжу не были добрыми людьми. Поскольку она ничего не добилась от Цинь Ваньжу, она решила получить удовольствие от истерики Цинь Юйжу.

В течение последних лет Ци Жунчжи всегда так думала и так себя вела. Отличие от прошлого заключалось в том, что раньше она считала, что если не может получить выгоду от Цинь Юйжу, то может получить её от Цинь Ваньжу.

Полная гнева, Ци Жунчжи отправилась в павильон Ялань, где жила Цинь Юйжу. Но когда она подошла к воротам двора павильона Ялань, её неожиданно остановили две дебелые бабки.

– Юная госпожа Ци, наша старшая леди переписывает заповеди для женщин, и она пока не будет принимать гостей! – учтиво сказала пожилая тётка, подойдя поприветствовать барышню.

Ци Жунчжи знала, что Цинь Юйжу наказана, но она не ожидала, что здесь стоят на страже охранницы.

Она закатила глаза и улыбнулась.

– Возможно, я скоро покину особняк Цинь. Герцогиня Син приняла меня как приёмную дочь. На этот раз я пришла, чтобы преподнести первой леди Цинь подарок от имени герцогини Син!

– Юная госпожа Ци, пожалуйста, проходите! – Старухи переглянулись и, поколебавшись, отступили назад, чтобы пропустить её.

Их охрана здесь была не такой строгой, как в том месте, где содержалась мадам Ди. Когда Ци Жунчжи подошла, они просто задали ей вопрос по привычке. Поскольку причина её визита была веской, они не стали её останавливать.

Ци Жунчжи вошла о двор вместе с Чуньи. Несколько служанок уже видели её и доложили об этом Цинь Юйжу.

Увидев, что Ци Жунчжи подошла, Мэйсюэ, которая оставалась при Цинь Юйжу, появилась в дверях с осунувшимся лицом и подняла для неё занавеску.

Ци Жунчжи вошла в комнату и бросила взгляд на Цинь Юйжу, которая с холодным лицом сидела на главном месте. Что касается так называемого переписывания, Ци Жунчжи увидела лишь то, что на письменном столе у окна валялись несколько скомканных листов бумаги и несколько предметов вроде кисточек для письма и чернильниц.

– Цинь Юйжу, как твои успехи в учёбе? – Ци Жунчжи гордо подняла голову.

– Что ты здесь делаешь? – Поскольку рядом никого не было, Цинь Юйжу ответила, не глядя на неё.

Ци Жунчжи неторопливо села на стул в стороне, с гордостью оглядела обстановку в доме и с сарказмом сказала:

– Очевидно, что я пришла посмотреть, как ты тут страдаешь. Первая леди Цинь, от которой когда-то в Цзянчжоу мой старший брат был без ума, теперь заперта в своём доме и не может выйти. Что касается твоего жениха, которого ты получила, бросив моего старшего брата, то, боюсь, он ни разу не пришёл повидать тебя, я ведь права? Цинь Юйжу, я действительно чувствую себя недостойной такой почитаемой особы, как ты!

– Что за чушь ты несёшь?! – Цинь Юйжу побагровела от гнева и холодно посмотрела на Ци Жунчжи.

В этот момент рядом никого не было, поэтому этим двоим не нужно было притворяться и изображать сестринскую любовь, и они были самими собой.

– На самом деле я просто пришла посмотреть на твоё жалкое положение, а также сказать тебе, что скоро переезжаю. Герцогиня Син планирует принять меня в качестве приёмной дочери. С этого момента я буду хозяйкой особняка герцога Син. Цинь Юйжу, ты когда-нибудь думала, что однажды я переступлю через твою голову?

Ци Жунчжи стряхнула пыль, которой на её рукавах и в помине не было, и успокоилась, наслаждаясь страданиями «закадычной подруги детства».

– Герцогиня Син примет тебя в качестве приёмной дочери? – Цинь Юйжу была ошеломлена. Она не знала об этом, потому что из-за домашнего ареста была плохо информирована.

– Конечно, и она также заберёт меня, чтобы я жила в особняке герцога Син! Цинь Юйжу, ты изначально стремилась угодить герцогине Син и даже была готова запугивать того маленького мастера в особняке герцога Син. Ты так хотела, чтобы герцогиня Син взглянула на тебя ещё раз, но теперь она больше не удостоит тебя и взглядом!

Ци Жунчжи дважды прищелкнула языком и гордо подняла брови.

Эти слова напомнили Цинь Юйжу о горькой сцене в её душе, и её лицо внезапно помрачнело.

– Только что герцогиня Син прислала слуг, чтобы передать мне щедрые подарки на усыновление, а также передала тебе в подарок серьги. В конце концов, я живу в вашем особняке с тех пор, как приехала в столицу. Герцогиня Син благодарит вашу семью за меня! – Ци Жунчжи откинулась назад и повелительно взмахнула рукой.

Выйдя вперёд, Чуньи протянула очень маленькую подарочную коробку и поставила её на чайный столик перед Цинь Юйжу.

– Взгляни. В любом случае, это проявление доброй воли герцогини Син. С тех пор, как ты приехала в столицу, на тебя не упало ни капли добра. Моя приёмная мать редко так хорошо о тебе отзывается! – В этот раз Ци Жунчжи даже назвала герцогиню Син «приёмной матерью».

Цинь Юйжу дрожала от гнева и резко взмахнула рукой. Отброшенная её рукавом подарочная коробка тяжело упала на пол с открытой крышкой, и из коробочки выпала пара изящных серёжек.

– Такая вспыльчивая? В прошлом, почему мой старший брат был так в тебя влюблён? Цинь Юйжу, у тебя нет ни красивой внешности, ни хороших манер, и ты распутная по своей природе. Когда ты была помолвлена с моим старшим братом, ты уже снюхалась с наследником Ди. Чья бы семья ни взяла замуж такую бесстыжую девку, их ждут тяжёлые времена. Неудивительно, что наследник Ди тоже несколько раз изменял тебе за это время!

Поскольку посторонних не было, Ци Жунчжи могла вести себя смелее. Чем больше она говорила, тем неприятнее становились её слова. Даже Чуньи, следовавшая за ней, не могла не покраснеть от стыда.

Неизвестно, где Ци Жунчжи почерпнула такие непристойные выражения, которыми обычно обменивались только бабы базарные. Хорошо воспитанная девушка из уважаемой семьи неожиданно осмелилась произнести такие грубые слова.

Побледнев, Цинь Юйжу вскочила на ноги и сердито закричала:

– Ци Жунчжи, ты переходишь всякие границы!

Ци Жунчжи определённо не из тех, кто готов терпеть нападки, поэтому она тоже встала и громко закричала:

– Что? Ты всё ещё хочешь меня ударить? Цинь Юйжу, я тебя предупреждаю! Теперь я больше не дочь магистрата Цзянчжоу. Я – дочь из особняка герцога Син, и этот высокий статус тебе не по зубам. Если ты меня действительно оскорбишь, я попрошу свою приёмную мать разоблачить твои скандалы в Цзянчжоу, и тогда посмотрим, хватит ли у тебя смелости выйти на улицу в будущем!

Видя, что ситуация ухудшается, Чуньи и Мэйсюэ испуганно отвели друг друга в сторону, боясь, что барышни снова начнут драться. Двух барышень пожурили бы и заставили переписать несколько статей, но с ними могло случиться что-то ужасное. Возможно, их снова наказали бы и избили.

С трудом сдерживая гнев, Цинь Юйжу протянула руку, указала на дверь и холодно поцедила сквозь зубы:

– Ци Жунчжи, убирайся вон!

– Конечно я уйду! Цинь Юйжу, не думай, что это Цзянчжоу. Это место – столица, где имя особняка генерала армии Нинъюань далеко не такое влиятельное, как в Цзянчжоу.

Ци Жунчжи холодно фыркнула и повернулась, чтобы пройти несколько шагов. Внезапно она снова остановилась, присела на корточки, чтобы поднять серьги, валявшихся у ног, и поднесла их к глазам, чтобы получше рассмотреть. Затем она вернулась к чайному столику рядом с Цинь Юйжу и положила на него серьги.

– Цинь Юйжу, моя приёмная мать дарит тебе эти серьги, но тебе, похоже, они совсем не по нраву. Хорошо, я обязательно расскажу об этом своей приёмной матери! – резко сказала Ци Жунчжи.

– Ну так скажи ей! Иди и скажи ей прямо сейчас! – Цинь Юйжу даже дрожала от злости. Она всегда делала всё, что хотела, и никто никогда не мог разозлить до такой степени.

– Хм, вот увидишь, я так и сделаю! – Ци Жунчжи гордо отвернулась.

Серьги действительно были сломаны, и одна из инкрустированных жемчужин на верхушке отклеилась.

Если бы у Ци Жунчжи появилась возможность, она бы обязательно рассказала об этом герцогине Син.

***

– Барышня, как и ожидалось, юная госпожа Ци снова поссорилась со старшей леди. Я слышала, что они сильно кричали друг на друга, и даже старые служанки, которые стояли на страже у ворот двора, всё слышали, – вернувшись, доложила Цинъюэ.

Цинь Ваньжу тогда, в сливовом саду, небрежно взяла в руки серёжки и посмотрела на них. Эти изящные серьги были очень красивыми, и инкрустированные в них жемчуга тоже были хороши, но их нельзя было сравнить с жемчугом, присланным ей герцогиней Син.

Герцогиня Син действительно была готова расстаться со своими сокровищами.

– До драки не дошло?

– На этот раз они не дрались, но после того, как юная госпожа Ци ушла, старая служанка старшей леди отправилась на кухню за десертом для старшей леди. Старшая леди была в очень хорошем настроении. Она только что поссорилась с юной госпожой Ци, а потом захотела съесть что-нибудь вкусное, словно что-то праздновала! – вздохнула Цинъюэ.

Цинь Ваньжу отправила её посмотреть на павильон Ялань. Позже Цинъюэ даже проследила за старой служанкой до кухни и увидела, что та взяла на кухне много пирожных и выпечки.

Цинъюэ теперь не знала, что и думать, поэтому неуверенно спросила:

– Старшая леди устала после ссоры и решила перекусить?

– Взяла пирожные и выпечку? – Цинь Ваньжу слегка озадаченно посмотрела на жемчужину в своей руке и медленно опустила её в шкатулку. В её глазах читалось глубокое чувство разочарования!

Это было совсем не похоже на обычное поведение Цинь Юйжу…