Теперь слова Чу Лючэня развеяли тревоги вдовствующей императрицы.

Эта Цинь Ваньжу была ещё совсем ребёнком и не умела плести интриги. Однако она сумела поладить с её внуком, став просто его товарищем по играм.

Дело оказалось не в том, что у Цинь Ваньжу, которая, как подозревала вдовствующая императрица, притворялась наивным ребёнком, есть талант к интригам, а в том, что она и её внук просто подружились, играя вместе.

К товарищам по играм можно относиться с уважением, но ему не следовало уделять ей столько внимания, что со стороны даже казалось, будто она ему небезразлична.

Находясь во дворце, даже если это была самая простая ситуация, вдовствующая императрица всё равно думала о том, не замышляет ли кто-то что-то за её спиной.

– Может, лучше переодеть её мальчиком и призвать во дворец, чтобы она считалась твоим компаньоном по играм? – неуверенно предложила вдовствующая императрица, зондируя почву.

– Мне нравится эта идея! У меня есть только Сяо Сюаньцзы, а это так скучно! – беспечно согласился Чу Лючэнь.

Иными словами, в сердце её внука эта девочка занимала такое же положение, как Сяо Сюаньцзы, который был всего лишь маленьким евнухом. придя к такому выводу, вдовствующая императрица почувствовала облегчение и ещё больше обрадовалась тому, что всё прояснилось.

Вдовствующая императрица считала Цинь Ваньжу недостойной её драгоценного внука, но если бы Чу Лючэнь был решительно настроен заполучить Цинь Ваньжу, она бы не отказала ему.

Этот ребёнок редко о чём-то просил. Чтобы сделать его счастливым, вдовствующая императрица не стала бы возражать.

Просто, по её замыслу, законная жена Чу Лючэня, которую она выбрала, должна была поддерживать Чу Лючэня. Но если бы он действительно разочаровал её или семью, которая за ней стоит, это было бы плохо.

То, что любимая наложница угрожала статусу законной жены, могло погрузить любую семью в хаос.

Конечно, для всего этого были свои условия. Чу Лючэню должна понравиться выбранная невеста, и он должен согласиться жениться на неё. Её внук не просил многого. Если он сильно чего-то хотел, а вдовствующая императрица была в силах выполнить его желание, она сделала бы для него всё, что угодно!

В данный момент отношение Чу Лючэня к девочке было самым лучшим. Пусть пока побудет его компаньонкой. Возможно, спустя годы отношения между ними станут уже не такими чистыми и искренними. Девочка всё ещё очень мала и сейчас не задумывается о будущем, что не означает, что она не станет расчётливой интриганкой, когда немного подрастёт и наберётся ума.

Скорее всего, она выберет стать наложницей кого-то из других принцев. Если бы девочка сама попросила отпустить её, это не испортило бы отношения между ней и внуком и не помешало бы отношениям между внуком и его законной женой.

Это самый лучший выход из ситуации!

Что касается того, влюбится ли Цинь Ваньжу в других её внуков или нет, вдовствующая императрица считала, что это не так уж важно. Причина, по которой девочка могла хорошо ладить с её третьим внуком, заключалась в том, что она многого не знала. Когда она всё узнает, ей точно не понравятся болезни и слабости её внука. Даже если бы у неё самой не было таких мыслей, родители внушили бы ей их.

И тогда, если бы других её внуков настоятельно попросили относиться к ней лучше, всё прошло бы намного проще!

Что касается настоящего, то, конечно, она не ослушалась бы её внука. Она была просто его маленькой подружкой, и в этом не было ничего особенного.

– Через два дня я приглашу её во дворец, чтобы она увиделась с тобой! – Вдовствующая императрица, как правило, легко соглашалась с ним и открыто выражала своё мнение. Она не уклонялась от ответа, придумывая отговорки, как до этого.

– Спасибо, бабушка-императрица! – сказал Чу Лючэнь с ленивой улыбкой на губах, в которой сквозило ребячливое озорство. – Бабушка-императрица, я слышал, что сегодня герцогиня Син представит высшему обществу свою приёмную дочь. Я тоже хочу пойти туда и посмотреть на веселье!

Ты никуда не пойдёшь в таком состоянии! – Вдовствующая императрица снова помрачнела.

– Что не так с моим состоянием? Сегодня я прекрасно себя чувствую, и мой императорский врач посоветовал мне больше гулять на свежем воздухе, чтобы не скучать здесь всё время! – обиженно возразил Чу Лючэнь.

– Что бы ты не говорил, я не позволю тебе этого сделать. – Вдовствующая императрица решительно пресекла попытку Чу Лючэня.

– Бабушка-императрица… – Чу Лючэнь посмотрел на вдовствующую императрицу, подняв свои прекрасные глаза. Его взгляд стал таким умоляющим, что мог растопить и бездушный камень.

Вдовствующая императрица почувствовала, что больше не может оставаться. Если бы она осталась ещё немного, то неизбежно проявила бы мягкосердечие. Она просто встала, посмотрела в окно и сказала:

– Уже поздно, и мне нужно идти. Позже твоему дяде нужно будет кое-что обсудить со мной. Я приду к тебе завтра!

– Бабушка-императрица, обязательно приходи завтра! – Чу Лючэнь выглядел беспомощным.

– Ладно, теперь отдыхай. – Увидев, что Чу Лючэнь не настаивает, вдовствующая императрица улыбнулась и пообещала: – Бабушка не забудет вызвать твою девчонку во дворец!

– Спасибо, бабушка-императрица! – На лице Чу Лючэня сразу расцвела улыбка.

Вдовствующая императрица удовлетворённо кивнула, повернулась и вышла вместе со своей няней.

Сяо Сюаньцзы долго ждал у занавеса у двери. Он высоко поднял занавес, а когда вдовствующая императрица ушла, Сяо Сюаньцзы снова опустил занавес.

– Мастер, ваш миньон не понимает, почему вы согласились!

Сяо Сюаньцзы действительно не понимал. Придавал ли его хозяин какое-то значение младшей барышне Цинь или нет? Была ли она просто товарищем по играм?

Чу Лючэнь искоса взглянул на него, и на его губах появилась дьявольски обаятельная, но злая и опасная улыбка. Он был совсем не похож на того открытого и нежного ребёнка, который только что предстал перед вдовствующей императрицей.

К счастью, Сяо Сюаньцзы знал, что его хозяин лучше всех умел менять выражение лица.

– Пойдём посмотрим, что происходит в особняке герцога Син!

– Что, ваше высочество, что вы… Что вы задумали?! Вдовствующая императрица запретила вам выходить из дворца. Мастер, если вы действительно поедете туда, вашего миньона лишат головы! – Сяо Сюаньцзы был так напуган, что от ужаса скорбно запричитал.

– Я не могу выйти? – Чу Лючэнь поднял брови.

– Вы не можете туда поехать, правда не можете. Ваш преданный слуга умрёт, и не сможет больше служить вам, ваше высочество! – От страха у Сяо Сюаньцзы сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Если его хозяин настоит на этом, то накажут только его.

– Тогда ты поезжай! – улыбнулся Чу Лючэнь.

– Миньон поедет? – Сяо Сюаньцзы на мгновение опешил, ничего не поняв.

– Ты поедешь к Цинь Ваньжу. Я напишу ей письмо, она будет знать, что делать! – Чу Лючэнь встал с дивана, больше не подшучивая над верным евнухом.

– Мастер, вы хотите, чтобы миньон тайком пробрался в особняк герцога Син? Но вдовствующая императрица обязательно узнает об этом! – воскликнул Сяо Сюаньцзы.

– Ну и что, если она это узнает? Пока я не выхожу из дворца, императорская бабушка закроет на это глаза! – слегка прищурившись, многозначительно произнёс Чу Лючэнь.

Конечно же, он точно знал, что не давало покоя вдовствующей императрице! Теперь, когда её опасения рассеялись, некоторое вольности она не стала бы считать выходящими за рамки приличия.

– Великий князь дал ей то, в чём она больше всего нуждалась! – высокомерно заявил Чу Лючэнь и улыбнулся улыбкой, которая на самом деле улыбкой не была.

От этой улыбки у верного евнуха застыла кровь в жилах. Он опустил глаза, пытаясь скрыть, что дрожит всем телом...

***

Когда Цинь Ваньжу получила письмо, она едва могла поверить, что Сяо Сюаньцзы, одетый как маленький лакей особняка Син, стоит перед ней.

Правильно ли рассмотрела? Неужели это действительно Сяо Сюаньцзы, главный евнух, отвечающий за дворец принца Чэня?

Поэтому, когда Сяо Сюаньцзы протянул письмо, Цинь Ваньжу нервно огляделась по сторонам.

– Вторая барышня Цинь, нашего мастера здесь нет! – тихо сказал Сяо Сюаньцзы.

Сердце Цинь Ваньжу упало, она взяла письмо за уголок и осторожно спрятала его в рукав. Это был особняк герцога Син, и вокруг прогуливалось много гостей. Если она откроет конверт здесь и кто-нибудь увидит, что ей передали послание, это станет ещё одним поводом для сплетен.

– Это срочно? – тихо спросила Цинь Ваньжу.

– Вовсе нет, но это очень важно для второй барышни Цинь! – с улыбкой успокоил её Сяо Сюаньцзы.

Цинь Ваньжу растерянно моргнула и спросила:

– Это всё, что велел передать твой хозяин?

– Это всё. Мастер также сказал, что вдовствующая императрица призовёт вторую барышню Цинь во дворец через два дня. – Сяо Сюаньцзы продолжал улыбаться.

– Зачем? – сердце Цинь Ваньжу подпрыгнуло и чуть не ушло в пятки, и её лицо слегка напряглось.

– Ничего важного. Это просто просьба мастера! – с улыбкой сказал Сяо Сюаньцзы и многозначительно добавил: – Мастер не хочет оставаться во дворце императора, он хочет вернуться в свой дворец!

Он ничего важного не сказал, но Цинь Ваньжу всё поняла. Она улыбнулась, глядя на него прищуренными глазами, и кивнула.

– Хорошо, я знаю, что делать!

– Ну и откуда взялся этот молодой слуга? Он даже на задний двор может зайти, не соблюдая правил. Сын какой семьи на этот раз зовёт тебя на тайную встречу? – раздался резкий голос из-за каменной горки.

Цинь Ваньжу и Сяо Сюаньцзы одновременно повернули головы и увидели Ди Фэнлань, которая с гордым видом медленно шла к ним в сопровождении нескольких девушек из аристократических семей. Все они насмешливо смотрели на Цинь Ваньжу.

Молодых лакеев редко пускали на территорию гарема, за исключением отправки писем.

Хотя Сяо Сюаньцзы казался молодым, с красными губами и белыми зубами, в конце концов, он был всего лишь слугой.

– Юная леди Ди, я не обижала вас ни раньше, ни сейчас, верно? – спокойно спросила Цинь Ваньжу.

– К чему ты клонишь? – с холодной улыбкой поинтересовалась Ди Фэнлань.

– Да так. Мне просто интересно узнать, как юной леди Ди удаётся быть настолько пунктуальной. Едва только я заговорила с этим лакеем, как вы тут как тут! – Цинь Ваньжу спокойно посмотрела на Ди Фэнлань и снисходительно улыбнулась.

– Что за чушь ты несёшь! – сердито воскликнула Ди Фэнлань. Она не ожидала, что Цинь Ваньжу посмеет контратаковать на глазах у стольких дам.

– Я несу чушь? Юная леди Ди лучше всех знает, что наш особняк Цинь и ваш особняк графа Юн скоро породниться через брак. Почему юная леди Ди продолжает высказывать мне недовольство? Когда у меня раньше были проблемы, юная леди Ди, кажется, говорила что-то в толпе. Разве тогда она не заступалась за меня?

Словно растерявшись, Цинь Ваньжу захлопала длинными ресницами и прищурилась.

– Цинь Ваньжу, ты сама виновата! – Ди Фэнлань густо покраснела. В тот момент она много гадостей наговорила о Цинь Ваньжу. Все девушки вокруг слышали это.

– Неужели? Я уже доказала, что наследник Ван хотел подставить меня, и он потерял свой пост и репутацию. Может быть, юная леди Ди знакома с наследником Ван, и поэтому стремиться оправдать его безобразный поступок? – Цинь Ваньжу выглядела озадаченной, и её ясные глаза становились всё задумчивее и задумчивее. – Если юная леди Ди считает нужным заступиться за наследника Вана, ей следует обратиться Ямень. Со мной спорить бесполезно!

Подтекст этих слов подразумевал, что между Ди Фэнлань и Ван Шэнсюэ что-то было, поэтому она будет нацеливаться на Цинь Ваньжу снова и снова.

Девушки, окружавшие Ди Фэнлань, отступили назад и посмотрели на неё с подозрением. Если бы Ди Фэнлань действительно была такой, их хорошие отношения с ней наверняка заставили бы общественность усомниться в их безупречной репутации.

Увидев одновременное отступление барышень и их служанок, Ди Фэнлань была готова взорваться от ярости. Она указала пальцем на Цинь Ваньжу и закричала:

– Цинь Ваньжу, не перекладывай с больной головы на здоровую и не наговаривай на меня бесконечно! Я просто спросила тебя, кто этот слуга, и почему он тайно шушукается с тобой! Если ты его не знаешь, почему он не разговаривает с другими, а только с тобой?

– Откуда юная леди Ди знает, что он не будет разговаривать ни с кем другим? – непринуждённо спросила Цинь Ваньжу.

– Так много людей это видели! Разве это можно понять как-то иначе?! – Ди Фэнлань протянула руку и жестом показала на всех девушек, которые были с ней. Хотя она была в ярости, она не потеряла рассудок. В результате того, что она в одиночку выступила против Цинь Ваньжу, она оказалась втянута в дела Ван Шэнсюэ и не могла ясно объяснить, своё поведение.

Она не верила, что Цинь Ваньжу может отрицать факт разговора со слугой, ведь это видели так много людей. Заметив, что Цинь Ваньжу намеренно избегает этой темы, она пришла к выводу, что здесь точно что-то нечисто.

То, что Цинь Ваньжу каким-то чудом избежала ловушки и избавилась от Ван Шэнсюэ, страшно её разозлило. Но на этот раз как она могла выкрутиться? Ди Фэнлань не могла сдержать гордости от триумфа, но в следующий момент гордость застыла на её лице перекошенной маской.

– Юная леди Ди, этот слуга искал вас! Я должен вам кое-что сказать! – Сяо Сюаньцзы произнёс это с простодушной улыбкой, как будто не понимал, что своими словами он прямо-таки ударил Ди Фэнлань по лицу…