Оказалось, что это был голос Шуй Жолань. Никто в кабинете не ожидал, что Шуй Жолань займёт такую жёсткую позицию.

Шуй Жолань всегда производила впечатление нежной, утончённой и слабой леди. Ни до, ни после замужества в особняке Цинь она не чувствовала себя в нём хозяйкой.

По сути, она не возражала против решений, принятых старой мадам Цинь и Цинь Хуайюном. Она никогда открыто не выражала несогласие.

Но теперь, даже когда Цинь Хуайюн нахмурился и посмотрел на неё, она не отводила взгляда. Все видели гнев на её лице и в её нежных глазах.

Цинь Ваньжу вдруг кое-что поняла и спокойно подошла к ней. Шуй Жолань была беременна, и такие резкие перепады настроения могли ей навредить!

– Матушка, муж, Ваньжу не виновата! Многие видели, что браслеты разбились по вине Юйжу. Она вытолкнула Ваньжу из кареты на улице, а затем потащила её за собой. В драке она случайно уронила браслеты. Ваньжу не должна нести за это ответственность. Если наша семья так отреагирует на случившееся, над нами будут насмехаться, – твёрдо сказала Шуй Жолань.

Цинь Юйжу не смогла скрыть ненависть в своём сердце, она пристально посмотрела на Шуй Жолань и громко заявила:

– Хватит нести чушь! Это Цинь Ваньжу разбила мои браслеты! Она сделала это нарочно! Я не выгоняла её из кареты, она сама настояла на том, чтобы выйти!

Шуй Жолань посмотрела на Цинь Юйжу и мягко сказала:

– Юйжу, я знаю, что ты всегда была любимицей в семье, и твой отец всегда очень баловал тебя. Но многие люди на улице видели это своими глазами. Даже если ты будешь настаивать на своём, в столице сложится справедливое мнение. До сих пор речь шла лишь о паре разбитых браслетов. Хотя браслеты и ценные, неужели ты считаешь их ценнее своей репутации?

– Чушь собачья! Ты просто выгораживаешь Цинь Ваньжу!Ты...

Цинь Юйжу не смогла сдержаться и резко выкрикнула это. Однако Цинь Хуайюн прервал её, яростно ударив кулаком по столу.

В кабинете повисла мёртвая тишина. Чашка с чаем на столе подпрыгнула и упала, расплескавшись.

– Юйжу, возвращайся к себе во двор и подумай о том, что ты натворила! Браслеты – это твоё личное дело. Тебе запрещено выходить из двора в ближайшее время! – холодно сказал Цинь Хуайюн.

– Отец, почему ты так со мной поступаешь?! Старая герцогиня Син пригласила меня почаще приходить к ним в особняк, чтобы сопровождать её и с ней разговаривать! – громко сказала обиженная Цинь Юйжу.

Ещё вчера она не осмеливалась перечить Цинь Хуайюну, но теперь всё было иначе, поэтому она осмелела. Её мать сказала, что благодаря благосклонности старой мадам из особняка герцога Син даже её отец пойдёт на уступки.

– Юйжу, хоть ты и нравишься старой мадам из особняка герцога Син, она нам не родственница и не может вмешиваться в наши семейные дела! – спокойно рассудила Шуй Жолань.

– Шуй Жолань, что тебе от меня нужно? Ты завидуешь мне из-за того, что я снискала расположение старой герцогини Син, и боишься, что теперь моя мама с поддержкой особняка Син сместит тебя с должности управляющей? Ты всего лишь наложница, знай своё место! Моя мама несравненно благороднее тебя!

Цинь Юйжу действительно потеряла над собой контроль. Одно за другим происходили события, которые так разозлили её, что у неё лопнуло терпение. Она бездумно повторила то, о чём часто разговаривала с мадам Ди. Она даже протянула руку, чтобы указать пальцем на Шуй Жолань, и резко высказалась, совсем не считаясь с Шуй Жолань как со старшей.

Старая мадам Цинь тоже разозлилась и резко сказала:

– Дай ей пощёчину!

Няня Дуань, которая ранее остановила Цинь Юйжу, не дав наброситься на мадам Шуй, подошла, ударила Цинь Юйжу по лицу, и сказала:

– Первая леди, пожалуйста, успокойтесь. Они все ваши старшие. Вы не можете говорить с ними в таком тоне.

– Ты… Ах ты, старая стерва! Как ты посмела меня ударить? Ты решила, что можешь безнаказанно выполнять приказы старухи? Я забью тебя до смерти, наглая тварь! – Цинь Юйжу в порыве гнева начала ругаться и безжалостно бить няню Дуань. – Мне плевать на твою старую приживалку! Она не родная мать моего отца. Как она смеет думать, что имеет право меня наказывать?!

Она даже обругала старую мадам Цинь, чем так разозлила её, что та побледнела, слегка пошатнулась и чуть не потеряла сознание.

– Госпожа, госпожа! – Получив пощёчины от Цинь Юйжу, няня Дуань не обратила на это внимания и поспешила на помощь своей хозяйке. Она так сильно пострадала, что её голос изменился из-за опухшего лица.

На лбу Цинь Хуайюна вздулись синие вены. Он встал, шагнул вперёд и с потемневшим лицом яростно отвесил Цинь Юйжу пощёчину.

Цинь Юйжу отступила на два шага и тяжело шлёпнулась на пол.

– Отец, ты… ударил меня? – Цинь Юйжу недоверчиво посмотрела на Цинь Хуайюна. Её глаза покраснели, и по щекам потекли слёзы.

За всю жизнь Цинь Хуайюн ни разу её и пальцем не трогал. Это было невыносимо для Цинь Юйжу, которая в особняке всегда получала всё, что хотела.

Она разразилась рыданиями.

– Слуги, сюда! Отведите старшую леди обратно в её двор. С сегодняшнего дня она должна оставаться в своём дворе, чтобы учить наставления для женщин и совершенствовать свои моральные качества. Кроме того, передайте наставнице по этикету, что она должна каждый день заниматься с первой леди. Пока наставница по этикету не сможет сделать из неё достойную леди, старшей леди не разрешается покидать двор! – Цинь Хуайюн резко произнёс это, и на его лбу всё ещё бугрились вздутые синие вены.

– Да, генерал! – Две пожилые прислужницы подошли и вывели Цинь Юйжу, крепко держа её под руки.

– Отец, отец, как ты можешь так поступать со мной? Я будущая жена наследника особняка графа Юн! Кроме того, я нравлюсь старой герцогине Син, и она сказала, что попросит герцогиню Син удочерить меня и порекомендовать великой княгине Жуйань!

В этот момент Цинь Юйжу пришла в себя, осознав, что натворила. Понимая, что её вот-вот уведут, она сопротивлялась и кричала, забыв о приличиях и достоинстве, присущих девушке из аристократической семьи.

Цинь Хуайюн со спокойным видом энергично взмахнул рукой. Две пожилые прислужницы, не колеблясь, уволокли Цинь Юйжу. Торопливо поклонившись Цинь Хуайюну, Мэйсюэ бросилась за ними.

В кабинете снова воцарилась тишина.

Цинь Ваньжу неподвижно смотрела на носки своих туфель, её длинные ресницы дважды дрогнули, скрывая холод в глазах.

То, что произошло сегодня, стало тяжёлым ударом для Цинь Юйжу, поэтому она не сдержалась и наговорила много лишнего. Пара браслетов из кровавого нефрита, подаренных старой мадам Син, словно проложили ей путь к успеху. Они с матерью столько дней строили планы и вот-вот должны были добиться наилучшего результата. В этот момент ей было проще всего сорваться и поддаться порыву.

Цинь Юйжу и раньше была такой же импульсивной и высокомерной, но внезапно браслеты из кровавого нефрита разбились, и её будущее стало неопределённым. Цинь Юйжу неизбежно впала бы в смятение и обезумела.

То, что она только что сказала, было крайне грубо. Если бы она принадлежала к какой-либо другой аристократической семье, её будущее было бы разрушено. Однако в особняке Цинь всё было иначе. Она была единственной дочерью Цинь Хуайюна и невестой будущего графа Юн. Что касается этих двух пунктов, у Цинь Юйжу могли быть и другие планы.

Цинь Юйжу наконец вышла из себя и выболтала кое-что очень важное. Цинь Ваньжу заметила, что выражение лица Цинь Хуайюна не изменилось, но он крепко сжал правый кулак.

Старая мадам Син была высокого мнения о Цинь Юйжу и даже сказала, что попросит герцогиню Син удочерить Цинь Юйжу. Этого было достаточно, чтобы значительно повысить статус Цинь Юйжу. Что касается рекомендации Цинь Юйжу великой княгине Жуйань, то это, безусловно, означало нечто большее.

Ваньжу глубоко вздохнула, и её длинные ресницы затрепетали. Она поняла слова Цинь Юйжу, потому что теперь была практически уверена, что является дочерью бывшего наследника особняка герцога Син, но что насчёт её приёмного отца Цинь Хуайюна?

Похоже, он тоже понял слова Цинь Юйжу. Значит ли это, что он что-то об этом знает?

Ей было так грустно, что казалось, будто стальное кольцо сжимает её сердце. Она чувствовала острую боль и печаль!

И в прошлой, и в этой жизни Ваньжу всегда считала Цинь Хуайюна своим отцом. В прошлой жизни она оказалась в таком бедственном положении, но не могла вернуться домой. Однако даже тогда она верила, что у её отца были свои трудности. Дочь вышла замуж, и это было похоже на разлитую воду. Вполне разумно, что он не мог ей помочь.

Она была изгнана из особняка заместителя премьер-министра из-за своей дурной репутации. Мадам Ди управляла гаремом особняка Цинь, а её отец был управляющим внешним двором. Он не смог бы помочь ей, даже если бы захотел.

Но на самом деле всё было не так, как она думала.

Чья-то рука медленно и крепко сжала ладонь Цинь Ваньжу. Несмотря на тонкие и холодные пальцы, рука сжимала её крепко, словно придавая ей сил, хотя сама была такой же слабой.

Ваньжу слегка приподняла голову и посмотрела на обеспокоенное лицо Шуй Жолань.

У этой женщины было белое и немного хрупкое лицо, и сама она была слабой и беззащитной. Увидев, как она одной рукой прикрывает живот, а другой заботливо поддерживает её, Ваньжу почувствовала, как у неё слегка дрогнули губы, но она ничего не могла поделать, кроме как крепко сжать её руку.

Холод в её сердце, казалось, немного отступил. Она взяла Шуй Жолань за руку, чтобы согреть и себя, и её.

Цинь Хуайюн вернулся за стол, сел, протянул руку, чтобы коснуться ладони другой руки, и ровно сказал:

– Пригласите доктора, чтобы он осмотрел вдовствующую мадам Цинь!

– Я... в порядке. Хуайюн, я собираюсь поговорить об этом… с тобой! – Старой мадам Цинь в этот момент стало лучше. Она дрожащими пальцами взяла чашку со стола, сделала глоток и почувствовала себя немного отдохнувшей.

Эту пару браслетов из кровавого нефрита подарила старая герцогиня Син. Они не могли разбить браслеты без причины и объяснения.

– Да, мама! – Цинь Хуайюн кивнул, посмотрела на Шуй Жолань, которая тоже была бледна, и мягко сказал: – Жолань, ты тоже устала. Вы с Ваньжу можете уйти и отдохнуть. Мы с матушкой решим эту проблему. Не волнуйся!

– Хорошо! – кивнула Шуй Жолань.

Цинь Ваньжу протянула руку, чтобы помочь Шуй Жолань, а затем осторожно вышла вместе с ней.

Шуй Жолань, похоже, была не в лучшей форме. Бледное лицо и несфокусированный взгляд говорили о том, что она держится из последних сил.

Выходка Цинь Юйжу не должна ей навредить!

Заставив себя спокойно выйти из двора кабинета, Шуй Жолань не выдержала и пошатнулась. Если бы Цинь Ваньжу и Цюнхуа не следили за ней, она бы упала.

– Мама, тебе нельзя двигаться! Цюнхуа, найди доктора и попроси его прийти с лекарством, которое предотвратит выкидыш. Юйцзе, принеси мои иглы! – Цинь Ваньжу говорила спокойно, несмотря на то, что её лоб покрылся испариной. С заботливым видом она крепко сжала руку Шуй Жолань, чтобы придать ей немного сил.

Она не просто так положила руку на запястье Шуй Жолань, она нащупала её крайне слабый пульс.

Он был очень слабым, беспрецедентно слабым…