Цинсюэ дрожала всем телом, а её лицо было белым как снег.

– На самом деле, всё это время ты была свободна. В начале я обещала, что дам тебе простую работу и огражу от внимания мадам Ди, но ты упрямо хотела ввязаться в эту историю. раз так, тогда я тебя отпускаю! – холодно фыркнула Цинь Ваньжу, и её прекрасные глаза под длинными ресницами холодно блеснули.

Она решительно взмахнула рукой, показывая, что Цинсюэ может уйти.

– Вторая леди, я… – Цинсюэ попыталась оправдаться, но Цинъюэ оттащила её в сторону.

Увидев холодный и безразличный взгляд Цинь Ваньжу, Цинсюэ почувствовала себя так, словно провалилась в ледяной омут. Она неудержимо задрожала.

– Уходи. С этого момента нашей хозяйке будет всё равно, выживешь ты или умрёшь. Наша барышня хорошо с тобой обращалась. Ты сама ищешь смерти, так что тебе некого винить! – говорила Цинъюэ, выводя Цинсюэ из комнаты.

Когда они почти дошли до двери, Цинсюэ внезапно резко оттолкнула Цинъюэ, бросилась в ноги Цинь Ваньжу и громко закричала:

– Вторая леди, спасите меня! Пожалуйста, спасите меня!

Цинсюэ говорила с тревогой, её била неудержимая дрожь.

Цинь Ваньжу повернула голову и посмотрела на Цинъюэ. В её глазах было спокойствие, словно она видела всё насквозь, но при этом оставалась совершенно невозмутимой.

– Ты предала мадам Ди, а теперь хочешь использовать радикальное средство, чтобы снова завоевать её доверие, и ты сама и есть это радикальное средство!

Это был не вопрос, а констатация факта. На очаровательном личике едва повзрослевшей девочки появилось уверенное выражение, и Цинсюэ почувствовала, что она видит её насквозь.

– Вторая леди, спасите меня, пожалуйста! – Цинсюэ захлёбывалась от рыданий, неподвижно валяясь на полу. На этот раз Цинь Ваньжу не нужно было её спрашивать, она сама подробно всё рассказала.

Причина, по которой она вдруг выдвинула эту просьбу, заключалась в том, что её мать тайно передала ей послание, в котором просила её сделать всё, о чём попросит её мадам Ди. Она также сообщила, что несколько дней назад её младшего брата жестоко избили из-за небольшой ошибки, которую он совершил, и сейчас он всё ещё лежит в постели, восстанавливаясь после побоев.

Маленькая ошибка не привела бы к такому жестокому избиению, если бы не её предыдущая «ошибка», которая привела к недоразумению с заколкой. В итоге, план мадам Ди сработал не на Цинь Ваньжу, а на её собственной дочери. Мадам Ди так и не выяснила правды, но всё равно никто ей не мешал обрушить свой гнев на Цинсюэ.

Теперь, когда Цинсюэ номинально была служанкой Цинь Ваньжу, мадам Ди ничего не могла ей сделать, поэтому она выместила злобу на родных Цинсюэ.

Мать Цинсюэ попросила служанку тайно передать ей сообщение, в котором говорилось, что она не должна ослушаться мадам Ди, иначе их семья ещё больше пострадает. Мать также откровенно сказала ей, что она должна попросить разрешения уйти, чтобы служить мадам Ди, и в то же время притворяться «шпионкой» Цинь Ваньжу.

– Вторая леди, у меня тоже нет другого выбора! Члены моей семьи находятся под контролем особняка графа Юн! Я… я могу только слушаться мадам Ди!

Рассказав всё в подробностях, Цинсюэ зарыдала ещё громче.

Прошло уже много времени с тех пор, как она начала служить Цинь Ваньжу. Хотя она и не была её доверенным лицом, она знала, что эта девочка всегда продумывает свои действия, хотя она ещё совсем ребёнок. Мадам Ди и старшая леди раз за разом терпели неудачу, но даже не подозревали, что к этому приложила руку вторая леди. В сердце Цинсюэ Цинь Ваньжу была не просто маленькой второй леди особняка.

Поэтому, когда Цинь Ваньжу стала серьёзной и слегка пригрозила ей, она сразу же рассказала ей все подробности. Конечно, ещё одной важной причиной было то, что она не могла больше верить мадам Ди и Цинь Юйжу.

– Твою семью продали в особняк графа Юн? – спросила Цинь Ваньжу.

– Нет… нет, нет, у моей семьи нет контракта! – Цинсюэ несколько раз покачала головой и, вытирая слёзы, пояснила: – Моя семья только арендует поля у особняка графа Юн и работает на одной из его ферм, и работа там не тяжёлая.

– Это всего лишь аренда, почему бы вам не уехать? – Цинь Ваньжу улыбнулась и произнесла это очень тихо.

– Я могу… а мы можем?

Цинсюэ была ошеломлена и невольно уставилась на Цинь Ваньжу. Казалось, она хотела заручиться её поддержкой. Её семья была родом из Цзянчжоу и ничего не смыслила в мирских делах. После прибытия в столицу они делали всё по приказу особняка графа Юн, думая, что должны делать всё, что им говорит особняк графа Юн, потому что они следовали за людьми, которых мадам Ди тайно отправила привезти их в столицу.

– Конечно, можешь, потому что вы всего лишь взяли поля в аренду. Хотя твоя семья давно их арендует, им нужно будет заплатить лишь за часть аренды, а ты можешь уйти тайком. Особняк графа Юн не станет тратить много сил на то, чтобы вернуть тебя. В конце концов, ты не их слуга! – Цинь Ваньжу слегка прищурилась, глядя на Цинсюэ.

Семья была слабым местом Цинсюэ. Если бы с делами её семьи не разобрались в кратчайшие сроки, она бы не прекратила мутить воду, или это сделала бы не она, а мадам Ди, которая не отказалась бы от идеи использовать её, чтобы поквитаться с Цинь Ваньжу.

Цинь Ваньжу не испытывала особой симпатии к Цинсюэ, которая была жалкой, но в то же время отвратительной.

Если бы она попала в ловушку Цинсюэ, кто бы сейчас ей сочувствовал?!

Если мадам Ди могла использовать Цинсюэ, и она тоже могла это!

Это был обоюдоострый меч, который мог навредить пользователю, если использовать его неразумно.

– Я могу гарантировать, что заберу всех членов твоей семьи. Наш особняк покупает магазины и фермы. Твои родители могут работать на ферме, а твой брат может работать в магазине, если он сообразительный, – сказала Цинь Ваньжу, и её нежные тёмно-вишнёвые губы изогнулись в улыбке.

Она бы не стала помогать Цинсюэ без причины. Значит, было скрытое условие: после того, как Цинсюэ поможет Цинь Ваньжу, Цинь Ваньжу поможет её семье.

Поскольку это была вторая жизнь Ваньжу, она не была той, кто был только добрым и не мог вынести жестокость мира. Она была всего лишь уязвимой незамужней маленькой девушкой. Если она не могла защитить себя, то в чём был смысл доброты?

– Вторая леди, вы поможете мне! Вторая леди, спасибо вам, спасибо! – Цинсюэ была неглупа и понимала, что Цинь Ваньжу не стала бы помогать ей просто так. Понимая, что имела в виду Цинь Ваньжу, она почувствовала огромное облегчение, вытерла слёзы и несколько раз взволнованно поклонилась Цинь Ваньжу.

Не только её родители могли спокойно работать на ферме, но и её брат мог получить работу в магазине. Это была особая милость особняка Цинь. Неудивительно, что Цинсюэ была тронута.

Это было гораздо лучше, чем угрозы мадам Ди. Теперь Цинсюэ несколько раз искренне поклонилась Цинь Ваньжу. Когда она снова подняла голову, на её лице было решительное выражение.

– Вторая леди, не волнуйтесь, я буду служить мадам Ди и отправлять вам донесения.

На самом деле мадам Ди не собиралась просить её вернуться, чтобы служить ей, она хотела использовать её, чтобы отправлять Цинь Ваньжу «противоречивые» сведения. Цинсюэ прекрасно это понимала.

Итак, теперь, когда она поклялась в верности Цинь Ваньжу, она сразу же заговорила об этом.

– Хорошо, я отпущу тебя! Теперь ты должна будешь написать письмо и отдать его мне. Я пошлю человека доставить его твоим родителям, попросив их быть готовыми в любой момент. Как только ты попросишь их уехать, они должны собрать вещи за ночь и уехать с моими слугами! – Цинь Ваньжу рассказала ей подробный план.

– Да, вторая леди, я всё напишу, как только вернусь в свою комнату! – К этому моменту Цинсюэ окончательно успокоилась, снова поклонилась Цинь Ваньжу и поднялась на ноги. С красными глазами она вышла из главной комнаты и направилась в свою. По пути она всё ещё вытирала слёзы. Служанки и старые прислужницы, которые видели её, были шокированы.

Все слуги знали, что Цинсюэ не пользовалась расположением во дворе Чжифан. Однако, пусть она и не была в чести у хозяйки, её редко ругали. Будучи главной горничной, она была почти незаметна во дворе. Если бы ей нечего было делать, вторая леди никогда бы её не позвала, но теперь её, похоже, строго отругали.

Вспомнив тихий шум из главной комнаты, многие служанки подумали, что она выглядит жалко. Несмотря на то, что она была главной горничной, она попала в ситуацию, которая была не лучше, чем у девочки-чернавки. Её действительно было жаль!

Вернувшись в свою комнату, Цинсюэ написала письмо отцу, используя кисть и чернила, лежавшие на краю стола. Раньше мадам Ди собиралась сделать из неё доверенное лицо, поэтому научила её писать и читать. Хотя её почерк был не очень красивым, он был разборчивым. Что касается её брата, то он с детства выучил несколько самых нужных иероглифов. Поскольку в семье был только один мальчик, родители больше всего любили его.

– Закончила? – толкнув дверь, вошла и спросила Цюйлэ.

Теперь они вдвоём жили в одной комнате.

Вообще говоря, казалось, что у них двоих были предначертанные судьбой отношения, будь то в Цзянчжоу или в столице. Хотя они недолюбливали друг друга, какое-то время они жили вместе.

Отказавшись от мысли причинить боль Цинь Ваньжу, Цинсюэ начала хорошо ладить с Цюйлэ. В конце концов, они обе были очень молоды. Несмотря на их эмоциональную связь, они недавно стали хорошими подругами.

Но эти хорошие отношения проявились только в комнате. Снаружи они по-прежнему были просто соседками по комнате, холодно смотревшими друг на друга, и вели себя очень недружелюбно.

– Готово! – Цинсюэ положила письмо на стол, чтобы чернила высохли, и подняла голову, чтобы посмотреть на Цюйлэ, словно хотела что-то сказать, но не решалась.

– Если хочешь что-то сказать, просто говори, не тяни кота за хвост. В будущем, если ты выйдешь замуж, ты не всегда сможешь жить в родительском доме. Ради блага семьи твоих родителей ты пережила слишком много боли! – Цюйлэ холодно фыркнула и, казалось, была в плохом настроении, когда так откровенно высказалась.

В последнее время они хорошо ладили друг с другом, но Цинсюэ собиралась уходить. Естественно, Цюйлэ была в плохом настроении! То, что она сказала, прозвучало немного сердито!

– Сестра Цюйлэ, после того, как я уйду… – Цинсюэ стало немного грустно, когда она это сказала.

Изначально она не хотела вмешиваться в отношения между мадам Ди и Цинь Ваньжу, но, к сожалению, в конце концов, она не смогла от этого отвертеться. Её охватила тоска, и она вытерла слёзы платком.

Обычно она выглядела хладнокровной и спокойной на людях, но сегодня ей было необъяснимо печально.

– Ну-ну, не плачь. Раз та сторона хочет, чтобы ты ушла, тебе следует уйти, но помни, что вторая леди – твоя единственная хозяйка. В любом случае, та сторона – всего лишь иллюзия власти! К тому времени второй леди, возможно, всё ещё понадобится вернуть тебя! – прямо сказала Цюйлэ. Теперь ей тоже стало грустно, но она махнула рукой и нетерпеливо утешила Цинсюэ.

– Не волнуйся, я так и сделаю! – Цинсюэ кивнула, сложила письмо и протянула его ей. Она прикусила губу, показывая, что хочет сказать что-то ещё, но промолчала.

Цюйлэ выхватила письмо и нетерпеливо произнесла:

– Если хочешь что-то сказать, просто скажи, не стесняйся.

Как только Цинсюэ получила разрешение уйти, ей больше не нужно было соблюдать правила. Подумав немного, она стиснула зубы, опустила голову, приблизилась к Цюйлэ и прошептала ей на ухо несколько слов!